Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

У колыбели российской армии стоял первый русский император

Отечество не раз на протяжении своей тысячелетней истории в муках рождало институт своих защитников

  
Художник-баталист Алексей Данилович Кившенко в 1880 году написал картину  «Военные игры потешных войск Петра I возле села Преображенское»

23 февраля в России отмечают День защитника Отечества. До 1992 года праздник назывался Днем Советской Армии и Военно-Морского Флота и связывался с появлением в 1918 году рабоче-крестьянской Красной Армии. Новое название праздника подразумевает неразрывную связь современной российской армии и всех ее предшественниц. А создателем первой регулярной армии в нашей стране традиционно считают Петра I, хотя он сам, отмечая заслуги своего отца, Алексея Михайловича, писал в Уставе Воинском 1716 года: «Понеже всем есть известно, коим образом Отец Наш, блаженной и вечнодостойной памяти, в 1647 году начал регулярное войско употреблять...»

Конечно, регулярная армия не могла возникнуть внезапно, по мановению руки Петра. Она зарождалась еще в допетровское время...

Старомосковское войско и полки «нового строя»

На рубеже XVI–XVII веков в военном деле стран Западной Европы произошли революционные изменения: начался переход к линейной тактике, основанной на массированном применении огнестрельного оружия. Линейная тактика требовала от воина не только умения пользоваться огнестрельным оружием, которое заметно усовершенствовалось, но и действовать в строю, быть частью коллективной военной машины. На смену феодальной сословной армии приходят регулярные наемные армии, единообразно вооруженные, дисциплинированные и обученные новым способам ведения боя.

Для Московского государства после Смуты 1598–1613 годов создание вооруженных сил, отвечающих современному уровню развития военного дела, было вопросом выживания.

  

Поместная конница. Гравюра из книги «Записки о Московии» Сигизмунда Герберштейна (1486–1566), где это войско описано так: «Лошади у них маленькие, холощеные, не подкованы, узда самая легкая; затем седла приспособлены у них с таким расчетом, что всадники могут безо всякого труда поворачиваться во все стороны и натягивать лук... к шпорам прибегают весьма немногие, а большинство пользуется плеткой, которая висит на мизинце правой руки, так что они могут всегда схватить ее, когда нужно, и пустить в ход, а если дело опять дойдет до оружия, то они оставляют плетку, и она висит по-прежнему. Обыкновенное оружие их составляют: лук, стрелы, топор и палка, наподобие булавы, которая по-русски называется кистень. Саблю употребляют более знатные и более богатые. Продолговатые кинжалы, висящие наподобие ножей, спрятаны у них в ножнах...»

Основу русского войска к XVII веку составляли поместная конница и стрелецкие полки.

Служившие в поместной коннице дворяне и «дети боярские» получали от царя земельный надел при условии несения военной службы. Их служба была пожизненной и наследственной. Помещики должны были являться на службу «конно, людно и оружно», то есть самостоятельно снаряжаться и приводить с собой определенное количество вооруженных всадников. Поместная конница не была постоянным войском. Она собиралась на периодические смотры, а также призывалась для участия в военных походах.

В XVII веке происходило закрепление поместий за их владельцами, что лишало помещиков стимула к службе. Они неохотно покидали свои поместья, и несмотря на строгие меры, принимавшиеся правительством, было много уклонившихся («нетчиков»).

В отличие от поместной конницы стрельцы были «непременным» (постоянным) войском. Их служба также была пожизненной и наследственной. Стрельцы жили в городах в особых слободах со своими семьями, несли караульно-полицейскую службу, а в свободное от службы время занимались промыслами и торговлей. Они тоже погрузились в дела своих хозяйств и как войско были уже малопригодны к дальним походам.

Московские стрельцы, будучи организованной вооруженной силой, сделались орудием городских восстаний и дворцовых переворотов, подобно преторианцам или янычарам. Наибольший размах имели стрелецкие бунты 1682 года («Хованщина») и 1698 года.

В 1630 году правительство царя Михаила Федоровича, готовясь к войне с Речью Посполитой за возвращение утраченных во время Смуты смоленских и новгород-северских земель, приступило к формированию полков «нового», или «иноземного, строя», вооруженных и обучаемых на западный манер.

К началу Смоленской войны 1632–1634 годов было сформировано шесть солдатских и один рейтарский полк. Тогда же в русском войске впервые появились гусары по образцу элитной кавалерии Речи Посполитой.

В полки нового строя вначале записывали беспоместных «детей боярских», затем стали набирать «вольных охочих людей» (с 1659 года перешли к принудительному набору «даточных людей» из крестьян и посадских). Их обучением занимались иностранные военные инструкторы.

По приказу царя Алексея Михайловича в 1647 году был издан первый печатный устав «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей», переведенный с немецкого.

В 1648–1654 годах создается настоящая армия нового строя, которую красочно описал русский посол в Венеции Иван Иванович Чемоданов в 1656 году в беседе с герцогом Козимо Медичи (Cosimo III de' Medici, 1642–1723): «У Великого государя нашего, у Его Царскаго Величества, против Его Государских недругов рать сбирается многая и несчетная, и строенье многое, различными ученьи и строеньем: перво, устроены многие тысячи копейных рот, гусарскаго строю; а иныя многия тысячи устроены конныя с огненным боем, рейтарскаго строю; а иныя многияж тысячи устроены драгунским строем, с большими мушкеты; а иныя многие тысячи устроены солдатским строем…»

  
Борис Михайлович Кустодиев, «У кружала стрельцы гуляют». Репродукция с сайта Art-каталог

Во многом благодаря этой новой армии удалось присоединить Смоленскую и Северскую земли и Левобережную Украину с Киевом. Но, как выразился Василий Осипович Ключевский, «рать вконец заедала казну». Правительство вынуждено было сократить военные расходы, что больнее всего ударило по полкам нового строя. К началу петровских преобразований лишь два выборных московских полка (Лефортовский и Бутырский) заслуживали названия регулярных частей.

Несмотря на внушительную численность русского войска, лишь небольшая часть его была способна к активным боевым действиям.

В целом русской армии не хватало выучки и дисциплины. Тыл и снабжение были плохо организованы. Не хватало отечественных командирских кадров, поэтому приходилось привлекать иностранных инструкторов. Армия зависела от закупок вооружения за границей. Большая часть войска собиралась по мере надобности и распускалась по домам после окончания боевых действий.

Иван Посошков (1652–1726) в донесении боярину Федору Алексеевичу Головину (1650–1706) в 1701 году дает нелестную характеристику допетровского войска: «У пехоты ружье было плохо, и владеть им не умели, только боронились ручным боем, копьями и бердышами, и то тупыми, и на боях меняли своих голов по три, по четыре и больше на одну неприятельскую голову. А если на конницу посмотреть, то не то что иностранным, но и самим нам на них смотреть зазорно: клячи худые, сабли тупые, сами нужны и безодежны, и ружьем владеть никаким неумелые. Истинно, государь, я видал, что иной дворянин и зарядить пищали не умеет, а не то, что ему стрелять по цели хорошенько... А то я у многих дворян слыхал: "Дай-де Бог великому государю служить, а сабли б из ножен не вынимать"».

О неудовлетворительном состоянии русского войска свидетельствует и ряд тяжелых поражений во время Русско-польской войны 1654–1667 годов (под Конотопом, Полонкой и Чудновым), провал Крымских походов в 1687 и 1689 годах.

Подобная армия не могла решить стоявших перед Россией внешнеполитических задач (выход к Балтийскому и Черному морям), а слабость перед лицом вышколенных и закаленных в боях европейских армий грозила в будущем утратой национальной независимости. Не зря Виссарион Григорьевич Белинский в 1841 году отмечал, что «Петр явился вовремя: опоздай он на четверть века, и тогда — спасай или спасайся, кто может!..»

  
Франц Лефорт. Репродукция с сайта FLOT.com

От «потешных» к регулярной армии

В 1684 году для военных забав 11-летнего царевича Петра были собраны около 50 дворянских юношей, получивших название «потешных». Постепенно игры приобретали все более серьезный характер, а количество «потешных» росло. В 1691 году «потешные» войска получили правильную организацию и разделились на два полка: Преображенский и Семеновский. За образец при их формировании Петр взял московские выборные полки солдатского строя — Лефортовский и Бутырский, командиры которых Франц Лефорт (1656–1699) и Петр Гордон (1635–1699) непосредственно участвовали в обучении петровских «потешных».

Азовские походы 1695 и 1696 годов, несмотря на конечный успех, выявили недостаточную выучку русского войска. Стрелецкий бунт 1698 года показал ненадежность старых формирований и окончательно убедил Петра в необходимости коренной реорганизации всей русской армии.

В ходе заграничного путешествия 1697–1698 годов в составе «Великого посольства» Петр I ознакомился с основами военного искусства стран Западной Европы. Вернувшись в Россию, он начал решительно действовать.

8 ноября 1699 года был издан указ Петра I «О приеме в службу в солдаты всяких вольных людей». В соответствии с этим указом было сформировано 27 пехотных и 2 драгунских полка.

Создавая новую армию, Петр отказался от прежней военной структуры. «До ума» были доведены лишь два выборных московских полка и один стрелецкий полк Суханова. 28 000 человек из старых солдатских полков влились во вновь созданные полки. Остальные части переводились в гарнизонную службу, в тягло, использовались на земляных работах. В 1713 году был распущен последний стрелецкий полк.

Северная война (1700–1721) стала суровой школой для русской армии. Наспех сформированное 35-тысячное русское войско было разбито под Нарвой 30 (19 по старому стилю) ноября 1700 года, но поражение только укрепило волю царя к проведению реформ.

Необходимость постоянного пополнения армии в связи с задачами труднейшей Северной войны и высокими людскими потерями заставила Петра изменить порядок комплектования армии.

К началу XVIII века большинство европейских армий были наемными. Единственной страной, где национальная кадровая армия комплектовалась на основе поземельной воинской повинности (индельты), была Швеция.

  
Митрофан Борисович Греков, «Атака шведов ярославскими драгунами у деревни Эрестфер 29 декабря 1701 года». В тот день, как писал Сергей Михайлович Соловьев, «3000 шведов полегло в битве, 350 было взято в плен, русские потеряли около 1000 человек. Петр был в восторге от первой победы над шведами…» Репродукция с сайта Art-каталог

Петр не мог позволить себе иметь профессиональную армию из наемников — не хватало ни денег, ни свободных людей. Ему ничего не оставалось, как перейти к массовому принудительному набору в армию. Вместо прежнего огромного и рыхлого, набиравшегося время от времени войска Петр I создал кадровую регулярную армию. Профессионализм в ней достигался в результате принудительной пожизненной службы солдат и офицеров.

Обязательная пожизненная служба дворян была закреплена Указом 1701 года: «...все служилые люди с земель службу служат, а даром землями никто не владеет». В том же году была введена рекрутская повинность для податных сословий. С каждых двадцати дворов (с 1724 года — с определенного числа душ) должен был выставляться солдат на пожизненную службу. В рекруты брали годных к военной службе мужчин в возрасте от 15 до 35 лет.

Рекрут уходил в армию, как в могилу. В отличие от временных военных сборов или кампаний XVII века его отрывали от семьи и хозяйства навечно. Только смерть, дряхлость или увечье могли избавить от солдатской лямки.

Новобранцев в армию отправляли, как будто они были опасными преступниками, в оковах и колодках. Чиновник Военной коллегии писал: «Когда в губерниях рекрутов сберут, то сначала из домов их ведут скованных и, приведши в города, держат в великой тесноте, по тюрьмам и острогам не мало время и, таким образом еще на месте изнурив, отправят, не рассуждая по числу людей и далекости пути... при недостаточном пропитании, к тому же поведут, упустив удобное время, жестокою распутицей, отчего в дороге приключаются многие болезни и помирают безвременно, а всего хуже, что многие и без покаяния...»

С 1712 года для предотвращения побегов было введено клеймение рекрутов. На кисти левой руки делалась наколка в виде креста. Раскольники называли ее «печатью антихриста».

Основой регулярной армии Петр считал беспрекословное повиновение приказам и распоряжениям начальников. Дисциплина в петровском войске поддерживалась системой жесточайших наказаний для «ослушников». Более ста видов преступных деяний влекли смертную казнь, которая исполнялась «застрелением, мечом, виселицею, колесом, четвертованием и огнем».

  
Роберт Кер Портер (1781–1842), «Взятие Азова». Британский полярный исследователь, путешественник, писатель и художник, придворный художник, женатый на русской княжне Марии Щербатовой, Портер оставил немало картин, гравюр и рисунков, в том числе посвященных русской армии, ее военачальникам и солдатам. Репродукция с сайта FLOT.com

Петр понимал, что одной палочной дисциплины для поддержания «высокого духа воинского» недостаточно, и обращался к другим стимулам: честолюбию, чувству долга, патриотизму. Той же цели служили награды и поощрения. Петр ввел коллективные награждения полков медалями (офицерские медали были золотыми, солдатские и урядничьи — серебряными), ордена для высшего командного состава.

Набор в армию крепостных крестьян освобождал их от крепостной зависимости. Они приобретали более высокий социальный статус, теоретически получая возможность заслужить дворянство, дававшееся при получении первого офицерского чина. Нехватка офицерских кадров заставила Петра I производить в офицеры наиболее отличившихся солдат.

Офицеры получили преимущество перед любыми другими дворянами. Указ 1712 года требовал от каждого дворянина «какой бы фамилии ни был, почесть и первое место давать обер-офицеру».

Рекрутская система позволила России создать армию не менее профессиональную, чем наемные армии, господствовавшие в Европе, но значительно более дешевую и многочисленную. К 1708 году в петровской армии было уже 52 пехотных (в том числе 5 гренадерских) и 33 драгунских полков. В отличие от прежнего войска новые петровские полки постоянно находились в боеготовности.

Ядром армии были гвардейские полки — Преображенский и Семеновский. Русская гвардия стала боевой школой офицерского корпуса. Указом 1714 года было запрещено производить в офицеры дворян, которые не служили солдатами в гвардии.

Сам Петр, по его собственным словам, «зачал служить с первого Азовского похода бомбардиром», постигая с азов военную науку.

Ученьем и трудом, кровью и потом создавалась регулярная русская армия. Австрийский дипломат Оттон-Антон Плейер в 1710 году удивлялся, «до какого совершенства дошли солдаты в военных упражнениях, в каком они порядке и послушании приказам начальства и как смело ведут себя в деле», замечая, что «в России, однако ж, мало думают о сохранении солдата, так как плохое устройство и присмотр за необходимыми магазинами почти единственный, впрочем главный недостаток, от которого войско чуть не с каждым годом расстраивается больше, чем от самых жарких сражений…».

Хотя первые регулярные воинские части появились в России еще до Петра I, им была создана регулярная армия со всеми ее составляющими: централизованным управлением и снабжением, единообразной структурой, вооружением и униформой, штабами, уставами, военно-учебными заведениями.

Новая регулярная армия предполагала развитие военной промышленности, а также реформу всей финансово-административной системы. Военная реформа «потянула» за собой реформы во всех сферах государственной жизни. Так прежнее Московское царство, по словам Николая Языкова, «железной волею Петра» превращалось в могущественную Российскую империю.

Павел Кузнецов, 23.02.2008

 

Новости партнёров