Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Заказное убийство к Юрьеву дню

Жители провинциального городка в Верхнем Египте скрывают от европейцев место рождения святого покровителя Москвы

Кафедральный собор коптской христианской церкви в Асуане. Фото: Египетское управление по туризму / RIEGER Bertrand/hemis.fr

Осенний праздник в честь св. Георгия большинство российских школьников запоминают по грустной присказке «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!». И все же, кажется, нет более любимого в России христианского святого, если не считать Николу Угодника. Может показаться, что и нигде не относятся к нему с большим пиететом чем у нас, но это только на первый взгляд: египтяне любят этого святого, пожалуй, даже более ревностно. Покровитель Москвы, красующийся на гербе столицы, столь почитаем в далеком Египте, что во всех коптских магазинчиках и жилищах будет изображение Победоносца, пронзающего копьем чудовище…

Юрий, Егорий (именно так называет русская летопись воина, совершившего чудо со змием), Георгий, Жорж, Хорхе, Джордж, Джерджис, Ежи — все это различные произношения имени одного и того же воина, которое почитают во всех религиях. Это имя часто дают первенцам не только русские, но и арабы, французы, поляки и американцы. И название штата Джорджия, и даже название Грузии многие соотносят именно с великим воином древности.

Такая маленькая «Джорджия»…

Затерянный в песках Египта крохотный городок с христианским населением не вызывал никакого интереса: скромные домики без окон, пыльные улочки, стаи голодных кошек и красивые черноокие дети — почти калька с любого ближневосточного поселения. Но, возможно, это и есть то самое место, которое безуспешно в течение пятнадцати веков пытаются отыскать теологи, историки и отцы церкви. Потому что именно здесь, как повествует местная традиция, и произошло великое сражение святого Георгия со змием…

Джерджис — так называется этот городок — находится в Нижнем Египте в провинции (губернаторстве) Сохаг, недалеко от её одноименной столицы. Удивительно, но противостояние Верхнего и Нижнего Египта, о котором мы читали в учебниках истории, живо и поныне. Жители Верхнего Египта не очень-то жалуют выходцев из Нижнего (его называют Абр Миср). Кроме Сохага в Абр Миср входят так же Наг-Хаммади, Асуан, Луксор… Некая настороженность, отличие диалектов и даже цвета кожи приводит и сейчас к тому, что браки между «Двумя царствами» и сегодня почти невозможны.

Городок Джерджис больше похож на кинодекорации к любимому фильму нашего детства «Белое солнце пустыни» — то же безжалостное светило, песок, отсутствие дорог. Белые или желтые дома спрятаны за высокими оградами — здесь не принято выставлять личную жизнь напоказ. Зато за стенами каждый местный житель старается украсить свое жилище, в зависимости от вкуса и кошелька. В основном, каждая семья имеет один большой дом. Словно в ответ любопытным, по количеству этажей можно точно сказать, сколько взрослых детей в семье: первый этаж — родители, второй — старший сын или дочь, и далее, по старшинству. Здесь не бывает маленьких квартир. Обязательны на каждом этаже комнаты для гостей, несколько спален, игровая для малышей. На крышах в этом жарком крае стараются или сделать садик, или просто пасут коз. Земля здесь не так плодородна, как в дельте Нила, и сад состоит из кустарников и деревьев, посаженных в огромные глиняные кадки. В домах побогаче есть пруд с рыбками, плюс свое хозяйство — обязательная пекарня или загон для скота с буйволами и овцами.

Богослужение в церкови пресвятой Девы Марии в коптском квартале в Каире. Фото: Египетское управление по туризму / GARDEL Bertrand/hemis.fr

Жизнь городка спокойна и размерена, как в любом захолустье. Главные новости здесь — рождение и смерть его жителей. У египетских христиан, коптов, самый важный религиозный обряд — крещение младенца. Копты считают себя истинными египтянами, которые жили на этой земле ещё до прихода арабских племен. В переводе копт — житель черной земли. На самом деле копты — одни из первых христиан, которые исповедуют религию очень близкую православию. Даже церковный календарь и имена очень похоже на наши. Правда, с некоторыми очаровательными поправками «на старину». Кажется, что попадаешь во времена Римской империи. И если мы привыкли говорить Марк, Петр, Филипп, Дамиан, Дмитрий, Мария, Иисус то они называют себя Маркус, Патрус, Филиппус, Демьяна, Митрий, Мириам, Иса…

Я и приехала сюда ради крестин. Христиане-арабы позвали меня к себе в глубинку отпраздновать рождение первенца, которого по традиции этого города надо было назвать Джерджисом или Гергисом (у египтян арабское «дж» меняют на «г»). Отец младенца Маркус водит меня по древним улочкам, которые помнят ещё, как тут уверяют, пламенные призывы апостолов и первых христиан. Но городок оставался языческим до тех пор, пока не объявился в городе каппадокийский военачальник Георгий, получивший «увольнительную» ради встречи с матерью.

Сейчас историки не устают спорить — через какую страну — Египет, Сирию или ещё как добирался в отпуск к своей матушке знаменитый военачальник. Простые египтяне совсем не в курсе подобных дискуссий. Они просто верят, что именно в Джерджисе было совершено то самое чудо. И переубедить их невозможно: улыбнутся, поклонятся и пойдут дальше с молитвами и песнями. Такие уж они, копты.

Копты и гностики

Коптов часто называют гностиками (gnosticism), ссылаясь на так называемую библиотеку Наг-Хаммади — обнаруженную пятьдесят лет назад неподалеку уникальную коллекцию древних рукописей, включающую в себя, кроме прочего, апокрифические евангелия. Многие из этих текстов переведены и изданы, но считать гностиками нынешних коптов — явное заблуждение. Ведь многие положения гностицизма осудил ещё апостол Павел, а потом с попытками внедрить в христианство гностические идеи боролись и св. Ириней (Saint Irenaeus, ок. 115–202), и Тертулиан (Quintus Septimius Florens Tertullianus, ок. 155–230), а копты очень серьезно относятся к истокам христианства. И даже стараются в меру своих сил противостоять католицизму, называя католиков «заблудшими овцами».

В отличие от свитком Мертвого моря, к древним рукописям, найденным в Наг-Хаммади, специалисты по истории религий из разных стран довольно быстро и легко получили доступ. Уже к середине 70-х годов основные тексты были транскрибированы, переведены на современные языки и опубликованы. Среди наиболее ценных находок чаще всего упоминаются тексты, приписываемые Гермесу Трисмегисту, и апокрифические евангелия. Фото: CNN Presents – All Rights Reserved 2006 © 

Я стала свидетелем, как американский священник снял большое здание для собрания верующих, пригласил туда множество коптов, которые пришли полюбопытствовать — что иноземец может сказать им нового о Боге, а когда священник затянул веселые спиричуэлс, пританцовывая и хлопая в ладоши, его освистали и выпроводили прочь. Зато православных, «русских», копты считают своими братьями и очень ценят русскую традиционную иконопись. В Египте уже давно перешли в церковном деле на «ширпотреб» — крестики яркие пластмассовые (так и хочется заподозрить в их производстве вездесущих китайцев), вместо икон постеры, изображающие Богородицу в ярких одеяниях с овечками возле каких-то вилл, и огромные фотографии отцов Египетской епархии. И даже изображение любимого коптами святого Георгия походит у них на странный персонаж компьютерных игр.

Но этот китч — отнюдь не повод считать коптов дикими аборигенами, забывшими свою историю ради дешевых побрякушек. Европейцы и арабы так долго пытались перекроить всю художественную традицию здесь на свой лад, что теперь местные жители принимают массовую культуру, в том числе и в религиозных аспектах, как неизбежность. И совершенно не переживают насчет полного упадка религиозного искусства. Александрия и Наг-Хаммади остаются и поныне религиозными центрами коптов, которые ещё двенадцать лет назад переживали очень трудные времена. Так случилось, что окончание христианского поста и мусульманского совпало, церковные праздники в Египте — это всенародное ликование и гуляния. Но в тот раз оно переросло в стычки: египтяне никак не могли решить, чей пост был строже и религия правильнее. Началась резня, которая прокатилась по всей стране. Власти сделали все, чтобы страшная бойня — а копты уверяли меня, что погибло тогда аж два миллиона христиан — прекратилась и об этой религиозной междоусобице не стало известно миру.

Сейчас у коптов и мусульман появился общий враг — египетский священник Патрус Закарейя, который бежал из страны от гнева исламского шариата и египетских отцов церкви. Отец Патрус скрывает свое местонахождение, но по слухам, его приютили где-то на Кипре. Священник вызвал общий гнев египтян за то, что открыто — через телевизионные проповеди на спутниковом телеканале «Эль Хайя» — делился с верующими содержанием гностических рукописей Наг-Хаммади и их современными интерпретациями, отчего те хватались за кинжалы. Отец Патрус кричал на мусульман за то, что они верили «прохвосту из бедняцкой семьи, не пропускавшему ни одну юбку и поклоннику вина», а коптам твердил об обмане церкви, которая «скрывает истину о жизни Иисуса Христа, который женился на Марии Магдалине и имел детей». Кстати, официальная церковь аутентичность найденных в Египте и у Мертвого моря апокрифических текстов так и не признала.

Бернат Марторель. Святой Георгий, убивающий дракона (ок. 1430). Возникновение легенды о святом, изгоняющем сатану, принявшем облик змея, относится к XIII веку, причем изначально она не связывалась со св. Георгием

Священник и легенда

Об истории Джерджиса и о роли в ней св. Георгия мне рассказал местный батюшка, выглядящий точь-в-точь как наш православный священник, если б не замысловатый черный тюрбан на голове. Мы сидим с ним в крохотной церквушке, обклееной постерами с изображениями Богородицы и св. Георгия, на скамеечках, расставленных по всему храму. Коптский священник, мешая английскую речь с диалектами Верхнего Египта, рассказывает:

«Христиане не были в почете у нас в то далекое время. Царь-язычник приносил первенцев в жертву чудищу, что жило неподалеку. Когда Георгий вошел в наш город, то все оплакивали дочку правителя, ведь красавицу нужно было отдать на растерзание чудовищу. Но Георгий усмирил этого полузмия-полуволка, привел его на цепи в город и потребовал, чтобы жители приняли христианство. Царь со спасенной дочкой первыми крестились, затем в истинную веру перешли все жители, а чудовище воин убил. На этом месте и возведена наша церковь. Конечно, от тех пор ничего не осталось, но ведь и камни помнят многое…»

Историки и отцы церкви согласны, что нет оснований сомневаться в реальности св. Георгия как исторического персонажа. Он принял мученическую смерть в Лидде (современный Израиль) в эпоху гонений на христиан. На этом достоверная историческая информация и заканчивается. Дальше начинаются легенды: о том, как он служил военачальником в Каппадокии, принял христианство, а однажды, получив отпуск, отправился на родину навестить свою мать, арристократку и богачку. По пути в Лидд через множество стран, Георгий якобы обращал в христиан местных жителей и совершал чудеса во славу новой религии.

Легенда о победе над зловонным чудищем, истреблявшем жителей Рима, и о св. Сильвестре, следовавшем в своем подвиге наставлениям святого апостола Петра, известна по «Золотой легенде» (Legenda Aurea) Якова Ворагинского (Iacobus de Voragine, ок. 1230–1290). И хотя Яков Ворагинский пользовался, очевидно, более ранними источниками, их средневековое происхождение не вызывает сомнений. Точно так же не вызывает сомнений и позднесредневековая идентификация св. Сильвестра и св. Георгия.

Однако есть свои сторонники и у идеи, что в легенде об умерщвлении змея отважным воином «закодировано» некое реальное историческое событие. Но даже наиболее последовательные её защитники — как, например, известный российский исследователь Александр Владимиров, автор книги «Кумран и Христос», — не решаются определить место, где совершал свои подвиги великий воин. А когда называются наиболее вероятные претенденты, Египет почему-то выпадает из этих версий.

Нам не нужны европейцы!

Как объяснить, что городок, носящий так много веков имя святого воина, не заинтересовал исследователей? Я пытаюсь выяснить это у самих местных жителей: а ученые исследовали городок? Но они лишь смеются: «Нас несколько веков грабили англичане и французы, потом пришла немецкая армия. Мы не хотим, чтобы великое прошлое теребили пришельцы. А самим египтянам, которых окружают великие тайны и фантастическая история древности, сейчас не до исследований. Мы же просто верим в то, что чудо с драконом совершил Георгий в нашем городе — ведь не зря же с тех пор нашу местность называют в его честь…».

Коптский крест, хранящийся в Коптском музее в Каире. Фото: Египетское управление по туризму / GARDEL Bertrand/hemis.fr

И правда, отношение к европейцам здесь настороженное. Нас считают чудаками и богатеями, которые скуки ради лезут с расспросами к занятым людям. У меня — и это несмотря на то, что я была почетным гостем! — исчез в кофейне фотоаппарат, а почти каждый взрослый и ребенок не стеснялся заказывать мне в подарок очень дорогой «гостинец» — кто стиральную машину, кто мобильный, кто видеокамеру…

Но сейчас — меня ждал праздничный стол и радостный праздник. В такой момент мать новорожденного лишь принимает подарки и занята наследником, а все хлопоты по хозяйству лежат на отце и деде. Первый с утра должен выбрать самую большую рыбу на рынке: чаще всего это так называемая рыба апостола Петра — гигантская, переливающаяся всеми цветами радуги рыба-наполеон, или гигантский губан (Cheilinus undulatus). Когда видишь её, под два метра длиной, начинаешь верить тем строкам христианских сказаний, где одной рыбиной можно было накормить толпу.

Рыбу рубят, обмазывают пряностями, обжаривают. Плов, лепешки, овощи, фасоль и обязательная кола — вот и готов нехитрый праздничный стол. Собственно, столов здесь почти не бывает — их ставят снаружи, возле дома, если гостей набирается столько, что не поместятся внутри. Если же приглашенных всего-то человек двадцать- тридцать, их усадят на ковре в гостиной, а столом станет покрытый скатертью пол.

Подарки в такой день всегда очень дороги — малышу и матери дарят золотые украшения. В Египте очень ценят не столько ювелирную работу, сколько вес изделия. Цены на золото растут тут так стремительно, что простые люди стремятся хранить свои бережения не в банке, где процент невысок, а дома — вернее, на своих женах и дочерях. Это их банк и вложение в будущее.

Юлия Малахова, 04.10.2008

 

Новости партнёров