Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

На Кирибати за солнечной короной

Ходить пешком на атолле Тарава считается дурным тоном, и шофер любого автобуса всегда подвезет пешехода бесплатно

После завершения солнечного затмения небо над островами Кирибати чем-то напоминало небо со знаменитой картины Альбрехта Альтдорфера (Albrecht Altdorfer, 1480–1538) «Битва Александра Македонского с Дарием» (1529). Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

Среди праздников, ожидавших астрономов в 2009 году, было и полное солнечное затмение 22 июля. Среди мест, откуда его можно было наблюдать, оказались острова Кирибати, затерянные в Тихом океане. Поэтому туда была отправлена Тихоокеанская астрономическая экспедиция, организованная Иркутским университетом, в состав которой в качестве фотографа посчастливилось попасть и автору этих строк.

Мы летели на Тараву — самый крупный атолл в архипелаге Гилберта, входящий в состав Республики Кирибати. Название архипелагу дал в начале XIX века побывавший здесь Иван Крузенштерн (1770–1846). Так он увековечил имя английского мореплавателя Томаса Гилберта (Thomas Gilbert, даты жизни неизвестны), исследовавшего эти острова в 1788 году. От этого же имени происходит и название всего государства — Кирибати. Это искаженное английское Gilbert Islands (Гилберт Айландс) — «острова Гилберта». На языке местных аборигенов название редуцировалось до Gilberts и стало произноситься как Кирибас. Страну разрезает Линия перемены даты, проходящая по 180-му меридиану. Она оставляет во вчерашнем дне часть островов, и, чтобы не создавать путаницы, правительство решило сдвинуть её немного на восток. В результате получилось, что разница во времени между восточными территориями Кирибати и Гринвичем составляет 14 часов!

Жизнь у обочины

Первые, кого мы встретили, пройдя пограничный контроль на Тараве, были врачи, придирчиво проверявшие, нет ли у прибывших симптомов опасных инфекций. Что ж, примета времени…

Тарава и остров Маракей расположены в меланезийской части государства Кирибати, состоящего из тридцати трех участков суши — островов и атоллов, из которых 20 необимтаемы. Общая площадь Кирибати составляет 726,34 км², это на 20% меньше площади Москвы. Фото: JAXA

Мир атолла Тарава, состоящего из двадцати четырех островков (обитаемы всего восемь), мне показался как будто одномерным. Ширина полосы суши здесь редко превышает километр, а вся жизнь сосредоточивается по обе стороны проходящей по ней дороги. Ходить пешком здесь не принято, даже, можно сказать, неприлично, поскольку указывает на вашу финансовую несостоятельность: проезд на микроавтобусе стоит один австралийский доллар (около двадцати семи рублей). Однако если вы идете по обочине дороги, водители общественного транспорта, как правило, притормаживают и предлагают подвезти бесплатно. Местное население вообще мало двигается и отличается упитанностью.

Правда, асфальтированная дорога, по которой ходит общественный транспорт, идет не по всему атоллу, а лишь по островам его южной, наиболее населенной части. Она соединяет порт на самом западном острове Бетио с Баирики — островом, на котором находится столица Кирибати — Южная Тарава (Баирики), и аэропортом на острове Бонрики, который расположен на востоке атолла. Общая протяженность трассы — 25 км. Почти сразу за аэропортом остров Бонрики пересекает узкий, но глубокий пролив, через который переброшен мост. Однако, как и большинство мостов в этой стране, он сломан. Дальше ехать нельзя. Зато можно идти. И этот сломанный мост разделяет атолл на две совершенно разные части: северную и южную. Перешел его — и попал в другой мир: без суеты, автомобилей, магазинов и прочих «благ цивилизации».

Мы вполне комфортно  устроились в нашем отеле под названием «Отинтай» (Интернет, кондиционер, электричество, горячая вода), расположенном на острове Бикенибеу, как раз посередине «вдольдорожного» мира, рядом с рощей знаменитого хлебного дерева. Того самого, за саженцами которого в 1789 году был отправлен знаменитый фрегат «Баунти». Особенно вкусны обжаренные на масле недозревшие «булки», напоминающие по вкусу картофель фри.

Иностранцев на Тараву приезжает мало, поэтому сам президент Кирибати — Аноте Тонг (Anote Tong) — не только любезно принял у себя нашу небольшую экспедицию в Новой Тараве, но и пообещал поддержку и консультации, связанные с размещением информации о Кирибати в наших печатных изданиях и на сайтах.

Тарава удивляет обилием сломанных мостов. Однако, может быть, это и к лучшему: благодаря отсутствию транспортного сообщения северная часть атолла дает возможность отдохнуть от бешеного ритма современной цивилизации. Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

Когда Солнце клонится влево

Как-то гуляя по острову Бонрики, мы наткнулись на небольшой пролив. Наше внимание привлекли две избушки на «курьих ножках» на противоположном берегу. Вблизи оказалось, что рядом с ними находятся ещё несколько сооружений, отдаленно напоминающих парники, покрытые пленкой. Но выращивают в них не помидоры, а потрясающе красивых моллюсков — тридакн. Владельца фермы звали Майкл. Когда-то он приехал на атолл из Австралии. Здесь женился на местной девушке, и у него уже три дочери и три внучки.

Тридакны растут медленно, но могут достигать огромных размеров — до двухсот килограммов веса при длине в полтора метра. Скорость их роста — примерно сантиметр в год. Размер, нужный Майклу, — четыре сантиметра в длину. Достигнув его, тридакны отправляются в далекое путешествие в Европу, для того чтобы попасть в аквариумы. Перевозят их в специальных мешочках, наполненных морской водой, обогащенной чистым кислородом. Существует легенда, что в дикой природе тридакны больших размеров представляют собой опасность для ныряльщиков. Если нога человека случайно зацепит за открытые створки раковины, моллюск их захлопнет, и человек не сможет всплыть с таким грузом на ноге. Но подобные случаи в литературе не описаны: столь большие тридакны встречаются нечасто и живут, как правило, на мелководье, так что утонуть там сложно. Кроме того, из-за своей яркой раскраски они хорошо видны, а их створки легко раскрыть с помощью ножа

Впрочем, тридакны — не единственное чудо на островах. Летом солнце заходит почти вертикально, оно падает в океан, непривычно смещаясь влево (а не вправо, как в наших широтах)… Закаты фантастически насыщенны, но коротки. Темнеет рано. Под крышами манеоба собирается народ. Манеоба — это одновременно и дом собраний, и кинотеатр, и пивная. Молодежь занимается танцами. Настоящими, полинезийскими. Десятки человек под руководством инструктора многократно отрабатывают только им понятные нюансы. Другая, более взрослая часть населения играет в лото. Это увлечение может «затянуть» целую деревню: на улице никого — все в манеоба играют в лото!

На Тараве бросается в глаза и большое количество христианских храмов и воскресных школ. В XIX веке здесь активно работали миссионеры, как протестанты, так и католики. И надо сказать, что их деятельность имела большой успех. Она не прекращается и сегодня: местные священники — большие энтузиасты. Плоды их трудов налицо: уровень преступности здесь близок к нулю, на островах нет ни нищих, ни наркоманов, а именами портовых проституток, очень немногочисленных и известных всему атоллу, пугают детей. В воскресенье все жители Таравы надевают свои лучшие наряды и идут в церковь.

Фермер Майкл около своих «парников». Тридакны экспортируются в Европу не только для аквариумов. Этих моллюсков едят, а их раковины используют при производстве бижутерии. Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

Кровавые пляжи Таравы

Во время Второй мировой войны атолл имел важное стратегическое значение и для японцев, и для американцев. По этой причине вскоре после начала боевых действий на Тихом океане в декабре 1941-го Тарава не раз был атакован японцами и с воздуха, и со стороны океана. Старания императорской армии увенчались успехом в сентябре 1942-го — атолл стал принадлежать Японии. Почти все европейцы, остававшиеся на Тараве, были уничтожены.

Японцы предприняли все усилия, чтобы превратить Тараву в неприступный бастион. В качестве центра обороны был выбран остров Бетио. По периметру его окаймляет коралловый риф, усеянный острыми скалистыми образованиями и камнями. С помощью мин и колючей проволоки риф был превращен в мощный барьер, который должен был остановить американский десант.

Небольшой Бетио — всего три  километра в длину и менее одного километра в ширину — был изрыт вдоль и поперек траншеями и ходами сообщения, покрыт блиндажами, долговременными огневыми точками и бункерами, в которых была установлена крупнокалиберная артиллерия, снятая с кораблей. Простреливался каждый сантиметр суши. Отличной была и маскировка укрепрайона: на аэрофотоснимках американцы не могли в подробностях разглядеть оборону противника. Японцы пребывали в полной уверенности, что Бетио не взять и миллиону солдат, даже если они будут штурмовать его в течение ста лет (такая вот восточная образность).

Так что, какими бы ни были доблесть, отвага и выучка американских десантников, о том, чтобы бросить их на штурм хорошо укрепленных берегов острова без предварительной бомбовой «обработки», не могло быть и речи. Поэтому в течение августа и сентября 1943 года день и ночь с американских авианосцев в воздух поднимались бомбардировщики и брали курс на Тараву.  Операция по высадке десанта на островах, получившая кодовое название «Гальваник», была назначена на 20 ноября 1943 года. Начиная с 13-го числа, интенсивность бомбардировок решили увеличить: на Бетио сбрасывать по сотне тонн бомб ежедневно. Непосредственно перед началом штурма боевым кораблям предписывалось обрушить на этот жалкий клочок суши две тысячи тонн снарядов, а самолетам — ещё тысячу бомб.

Однако несмотря на столь основательную огневую обработку, десантные суда американцев попали под сильный минометный и пулеметный огонь. По словам участников сражения, это была настоящая бойня: водный транспорт не смог подойти вплотную к суше — в результате танки утонули, а солдатам со своим тяжелым снаряжением пришлось прыгать с судов в воду, доходившую им до горла, и пытаться добраться до берега вброд. Одни из них утонули, другие были убиты… Но все же десантникам удалось захватить небольшой плацдарм. На следующий день подошло подкрепление. 23 ноября японцы были полностью уничтожены.

Бетонные руины японских укреплений. В октябре 1943 года к морским бомбардировочным эскадрильям американцев присоединились тяжелые бомбардировщики наземного базирования — они планомерно «перепахивали» один за другим все острова архипелага Гилберта. Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

В общей сложности бой на Бетио длился семьдесят два часа. За это время американцы потеряли 988 человек убитыми, в том числе 55 офицеров. Количество раненых составило 2311 человек. Потери с японской стороны были не менее впечатляющими, чем оказанное ими сопротивление. По состоянию на 20 ноября (об этом упоминалось в документах, обнаруженных в одном из бункеров, где размешался главный штаб противника), численность японского гарнизона на Бетио составляла 4836 человек, включая 129 корейских рабочих, взятых впоследствии в плен. Из военного же контингента в плену оказались только 17 человек. Остальные 4690 были убиты. Это была первая серьезная победа американцев на Тихом океане, обозначившая перелом в войне — «американский Сталинград».

Сегодня о битве на Тараве напоминают растянувшиеся по побережью японские доты, сохранившие на себе следы попаданий снарядов. Дошли до нашего времени и два 8-дюймовых корабельных орудия английского производства. Их партию Япония закупила в 1900 году, так что пушкам довелось участвовать в Цусимском сражении. В 1920-м орудия с броненосцев сняли и использовали для береговой обороны. Кроме того, в прибрежных водах много брошенной военной техники, как японской, так и американской.

Не пресная и не соленая

Достопримечательности достопримечательностями, но не стоит забывать, что мы добрались до Кирибати, в первую очередь, чтобы провести наблюдения затмения и получить заветные фотографии солнечной короны, ради которой многие астрономы готовы ехать хоть на край света. А на Тараве ожидалось лишь частичное затмение, поэтому наш путь лежал дальше — на остров Маракей. До него — тридцать минут бреющего полета. Мы знали, что остров невелик по размеру, но по-настоящему почувствовали, насколько он крохотный, только во время захода на посадку. 

Аборигены Кирибати делятся на два этноса: собственно кирибати, или тунгару (93%), и банаба — это потомки выходцев с островов Гилберта, переселившихся на остров Банаба (западнее Таравы) и обособившихся в результате вековой изоляции. Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

Потом обнаружились и другие отличия острова от островов Таравы: во-первых, Маракей замкнут в кольцо, а во-вторых, он весь покрыт зеленью. Жизнь здесь тоже протекает вокруг дороги, только кольцевой. Здесь есть и небольшая гостиница на шесть мест, только в ней почти никогда не бывает электричества. Из транспорта на всем острове найдется только три грузовичка, зато много легких мотороллеров.

Мэр Маракея встретил нас радушно, лично проконтролировал, как мы разместились, и попросил прочесть в школе лекцию о том, что такое солнечное затмение. У него тринадцать детей. Два сына — моряки на рыбацких судах, две взрослые дочери, живущие с детьми на Тараве, две — школьницы, остальные — совсем маленькие. Начальные школы есть во всех деревнях Маракея. Здесь преподают математику, рисование, родной и английский языки.

На острове наше внимание привлекли очень простые, но удивительно эффективные приспособления для ловли рыбы, которые местные жители строят в проливах, соединяющих лагуну с океаном. Крупную рыбу из таких ловушек достают при помощи сетей, когда вода ещё не совсем опустилась в отлив, а мелкая рыбешка сама остается: нужно только сходить и собрать её. Ловят здесь и летучих рыб. Для этого существуют специальные сети, которые островитяне ловко набрасывают на рыбьи стаи, взлетающие у них из-под ног.

И все же главное достояние и основа экономики острова — кокосовые плантации. Пальма дает сразу несколько продуктов: кокосовое молоко, замечательно утоляющее жажду, орех, копру, масло и древесину. Сок пальмы используется и для приготовления замечательного вина и сахара. Ещё один источник дохода — сбор жемчуга. Его ищут в уже знакомых нам тридакнах. Рассказывают, что как-то в одной из них, возраст которой перемахнул за двести лет, нашли жемчужину весом в семь килограммов.

Маракей имеет своих духов-хранителей, вернее, духов-хранительниц, их четыре, и все они — женщины. Обитая в четырех сторонах острова, они оберегают его от напастей и бед и насылают порчу на тех, кто им пришелся не по нраву. Посещение мест их культа — первейшая обязанность всех прибывающих на остров, причем не только иностранцев. Обычно в дар духам приносят табак. Исполнили этот ритуал и мы, а заодно осмотрели окрестности. Чтобы проверить, принимают ли вас стражи Маракея, нужно предпринять дополнительные действия. На расстоянии примерно метра от линии прилива, невдалеке от места поклонения госпожи-хранительницы, выкапывается в песке ямка. Если немного подождать, она наполнится водой. Теперь нужно попробовать эту воду на вкус. Если она соленая — духи вас не приняли и нужно срочно уезжать. Если же пресная — все в порядке, жди удачи! В наших ямках вода была, конечно, не совсем пресная, но вполне пригодная для питья… Смысл такого знака мы разгадали чуть позже.

Остров Маракей. Вот такие ловушки строят на мелководье местные жители для ловли рыбы. Попав в центр каменного «сердца», мало кто из водных обитателей находит путь обратно. Фото (Фотобиблиотека ВС): Алексей Шевелев

В день затмения, 22 июля, с утра стояла замечательная солнечная погода без облаков. Мы уже было поблагодарили дам-хранительниц, как вдруг, когда Солнце было уже наполовину заслонено Луной, набежала небольшая, но совершенно непрозрачная тучка, скрыв от нас всю красоту так ожидаемой всеми короны…

Итак, мы, можно сказать, не достигли цели своего визита, но все-таки остров принял нас по-доброму. И, видимо, чтобы мы покидали его не совсем грустными, он сделал нам на прощание подарок: из окошек нашего самолетика мы увидели китов. Эти океанские гиганты плыли у самой поверхности воды поперек нашего курса. Удивительное по своей величественности зрелище!

Алексей Шевелев, 08.12.2009

 

Новости партнёров