Хронограф
18152229
29162330
310172431
4111825
5121926
6132027
7142128

<декабрь>

Путеводители

Миссия выполнима. Выполняет Анюша

Звездные дневники четвертой космической туристки Анушех Ансари привлекли особое внимание к ее полету

  
Анушех Ансари на борту корабля «Союз ТМА-9». Потом она признала, что несмотря на долгие тренировки в Звездном, бытовые неудобства, связанные с долгим пребыванием в весьма ограниченном пространстве, стали для нее тяжелым испытанием, хотя на МКС места значительно больше. Фото: NASA

Четвертая космическая туристка Анушех Ансари (Anousheh Ansari, находилась на МКС с 18 по 29 сентября 2006 года) отличалась от всех предыдущих не только полом (все они были мужчинами), но и стремлением поделиться своими впечатлениями о пережитом со всем миром. И на орбите, и уже вернувшись на землю, она вела в Интернете дневник, в котором с подкупающей искренностью описывала события и мысли каждого дня. И, прочитав первую же запись, я подумала: «Как изменились времена!» Всего полвека прошло после запуска первого ИСЗ, после полета Юрия Гагарина, первого человека, поднявшегося в космос, и того меньше, а сейчас в космос уже летают туристы.

В 1962 году мне самой довелось оказаться «посторонней», только не на орбите, а в отряде космонавтов. Точнее, тогда «посторонними» оказались мы все — первая женская группа космонавтов. Но тогда происходило историческое соревнование двух социальных систем, и пилотируемая космонавтика оказалась «ареной показательных боев». В ней, как в капле воды, отражалось все: военная и промышленная мощь страны, ее научный и интеллектуальный потенциал и (по мнению руководителей нашего государства) преимущества социального устройства общества. Кроме того, в массовом сознании «образ» космонавтики представлялся тогда именно в виде пилотируемых полетов, и завоевание приоритетов в этой области было чрезвычайно важным. Советская женщина должна быть первой в космосе! Никто и не думал иначе, и с нашим появлением в отряде космонавтам пришлось примириться. И все же мы были авиационными спортсменками.

И уже тогда, на заре космической эры, Королев говорил, что в будущем люди будут летать на Луну по профсоюзным путевкам. Можно думать, что это время уже не за горами, только пока вместо профсоюзных путевок — миллионы долларов…

Первым туристом, полетевшим в космос, был гражданин США Деннис Тито (Dennis Tito). Он входил в состав экипажа первой российской экспедиции посещения, выведенной на орбиту 28 апреля 2001 года кораблем «Союз ТМ-32».

По поводу его полета между российской и американской сторонами возник серьезный конфликт. Россия имела экономический интерес: Тито оплачивал участие в полете, а с деньгами у российской космонавтики было тогда туго. Однако все страны-участники проекта выразили резкий протест против присутствия непрофессионала на борту МКС. Они говорили, что он будет отвлекать экипаж от работы, а в аварийной ситуации может быть просто опасен. Конфликт приобрел политическую окраску и достиг высшего накала, когда Тито не был допущен к тренировкам в Хьюстоне, а российский экипаж отказался тренироваться без него.

  
Первый космический турист Денис Тито выступает на Сороковом Космическом конгрессе в апреле 2003 года. В своем выступлении он рассказал о пережитом во время полета, чтобы больше не возвращаться к этой теме в публичных выступлениях. Фото: NASA
В конце концов согласие было достигнуто. Тито приказали спать в «Союзе», не входить в американские модули без сопровождения и оплатить все, что он там сломает. Тито обязался также не предъявлять исков к NASA, если он пострадает во время полета.

На самом деле Тито был вовсе не первый непрофессиональный космонавт. В январе 1986 года в составе экипажа «Challenger» была учительница Криста Маколлиф (Sharon Christa Corrigan McAuliffe, 1948–1986), которая должна была рассказывать школьникам Америки о полете. Она погибла вместе с экипажем при взрыве корабля. На шаттлах совершили полет два представителя фирм, сенатор и конгрессмен.

Реакция на полет первого туриста была, мягко говоря, неоднозначной. В средствах массовой информации высказывались разные мнения, было много возмущений среди космонавтов и специалистов, особенно среди ветеранов ракетно-космической техники. Оно и понятно: элитарные профессиональные сообщества, к которым безусловно относились тогда (так же, как и теперь) космонавты и разработчики космической техники, неохотно принимают в свои ряды «посторонних». Так было всегда, особенно в самом начале.

Правда, Тито был не чужд космической тематике: он работал в Лаборатории реактивного движения НАСА, имеет степень бакалавра в области астронавтики и аэронавтики и степень магистра по инженерным технологиям. Но все-таки — турист…

В Звездном Анушех Ансари сразу полюбили и немедленно окрестили «Анюшей». И она не оставалась в долгу: в своих интернет-дневниках очень высоко оценивает человеческие качества космонавтов и астронавтов, с которыми она летала и с которыми общалась во время подготовки к полету: «Я была поражена тем, какие прекрасные люди астронавты и космонавты».

О людях, с которыми она работала, она пишет, что они интеллигентны, отзывчивы («имеют теплое сердце») и выдержаны. «Когда я была в Звездном городке, я видела там людей, которых можно назвать superhumans». Эти «сверхчеловеки» — отнюдь не супермены, которых мы ежедневно можем видеть по телевизору во всяких боевиках и сериалах. Я думаю, она хотела подчеркнуть их высокие человеческие качества.

И конечно, никакие они не сверхчеловеки. В космонавты приходят разные люди — веселые и хмурые, открытые и замкнутые, «физики» и «лирики», импульсивные и сдержанные, честолюбивые и скромные, азартные и рассудительные. Полный спектр человеческих качеств с разнообразнейшими оттенками представлен сообществом космонавтов. Но все они должны удовлетворять требованиям, которые предъявляет профессия. Это готовность к риску и чувство высочайшей ответственности; способность к сложной работе в тяжелых условиях и высокая надежность операторской деятельности; высокоразвитый интеллект и физическая выносливость; способность грамотно и эффективно действовать в нештатных ситуациях — а это особое качество. Для этого нужно обладать интуицией, способностью к нетривиальным решениям и нестандартным действиям.

«Я действительно думаю, что мы должны выдвигать астронавтов в президенты, они настоящие лидеры с уникальным престижем в мире», — пишет Анюша. Ну, может, и не в президенты, но к личностным качествам кандидатов при отборе предъявляются столь высокие требования, а длительная, сложная и многоплановая подготовка к полетам формирует из них профессионалов такого уровня, что потом они легко находят себе применение в разных сферах деятельности и добиваются больших успехов. Как летавшие в космос, так и не летавшие.

  
Суборбитальный космический корабль «SpaceShipOne» выводится за пределы атмосферы турбореактивным самолетом «White Knight». Весь проект получил в 2004 году премию Ансари X Prize, учрежденную фондом X Prize Foundation и спонсируемую семьей Ансари. Фото: courtesy of Scaled Composites, LLC

Должна признаться, что чувство профессиональной замкнутости мне не чуждо, и даже теперь, давно расставшись с мыслью полететь в космос, в душе я так и не смогла принять космических туристов. Что им там делать? Это сфера серьезной и весьма ответственной профессиональной деятельности.

Но Анюша примирила меня с реальной действительностью, в которой существуют (и будут существовать в дальнейшем) космические туристы. Большое уважение вызвала у меня ее жизненная позиция, подкупила эмоциональность и искренность («Эмоции переполняют меня, и миллион мыслей приходит в голову»). Но самое главное — это ее постоянное интерактивное общение с людьми на Земле — просто с людьми, со всеми, кто захочет ее услышать.

В 1960-е, 70-е и даже еще в начале 80-х годов философы, социологи и психологи много говорили и писали об огромном мировоззренческом значении выхода человечества в космическое пространство, о «космическом императиве» развития человечества, о становлении космического сознания — «сознания человека XXI века». Потом об этом как-то забыли. И вот в заметках Анюши я услышала отзвук прошлых исканий.

Свой полет в космос она воспринимает как некую Миссию: «Мое путешествие окончилось, но моя Миссия (Quest) открыть для каждого ворота во Вселенную (to open up the gates to the universe) только начинается».

На самом деле она начала выполнять свою Миссию еще на борту станции. В своих посланиях она неоднократно повторяет мысль об ответственности всех и каждого за сохранение Земли. «Земля у нас одна, одна на всех, она маленькая и хрупкая, и мы должны ее беречь», — вот что донесли до нашего сознания первые люди, побывавшие в космосе.

«Земля воспринималась живой. Она гипнотизировала и притягивала меня своей красотой…» — пишет Анюша. Гагарин, вернувшись из первого в истории человечества космического полета, сказал такие слова: «Облетев Землю в корабле-спутнике, я увидел, как прекрасна наша планета. Люди, будем хранить и приумножать эту красоту, а не разрушать ее!» Потом за гулом повседневности его призыв стал неслышен, а вот теперь он снова прозвучал с орбиты. «Это слишком большая задача для одного человека, но все вместе мы сможем это сделать», — добавляет Анюша.

Владимир Иванович Вернадский еще в начале ХХ века утверждал, что человечество может выжить только как единое целое. «Мы все связаны друг с другом, потому что живем на единственной обитаемой планете в Солнечной системе… нам некуда уйти, да и незачем. Мы должны жить здесь», — пишет Анюша. Скорее всего она ничего не знает о Вернадском и его идеях, но эта мысль — о связи людей друг с другом и об их ответственности за судьбу планеты — перекликается с идеей Вернадского о едином человечестве. И это не только мысль, это еще и глубокое чувство.

Она часто раздумывает о своем предназначении. «Может быть, мне было предназначено стать тревожным сигналом, который пробудит тот маленький голос внутри каждого (that little voice inside of each), и каждый из вас начнет изменять мир, чтобы он для всех нас стал более пригодным для жизни. Может быть, мне было предназначено вдохновить того молодого ученого, который изобретет «прыжковый двигатель» (Warp engine) фантастических сериалов. Может быть, мне было предназначено напоминать всем нам о наших бесконечных возможностях. Может быть…» Она часто пишет, что чувствует огромный прилив положительной энергии: «И теперь внутренний голос ведет меня к моему предназначению».

  
Жизнь на орбите может не только продолжаться, но и зарождаться. Анушех Ансари держит в руках растение, выращенное в служебном модуле «Звезда» МКС. Фото: NASA
Она любит смотреть в иллюминатор своей каюты, и ее любимое зрелище — земной шар на фоне космоса, «…потому что видно Целое, а не часть». Это очень важное качество — уметь за частностями увидеть Целое, но далеко не всем дано видеть лес за деревьями… «Я пожелала бы лидерам различных наций сделать то же самое и смотреть сначала на мир в целом, а потом на свою отдельную страну», — пишет она. Такая (или похожая) мысль звучала и прежде: астронавт Коллинз, увидев Землю с удаления лунной орбиты, сказал, что если бы политические руководители государств могли увидеть планету, на которой они живут, с расстояния в сто тысяч миль, их взгляды кардинально изменились бы, границы стали бы невидимы, а многие отчаянные споры умолкли. «Вы не можете видеть границ, не можете сказать, где кончается одна страна и начинается другая. Вы видите единственную границу — это граница между водой и землей», — пишет Анюша. Удивительное дело — космонавты и астронавты, возвращаясь с орбиты, разными словами высказывают одни и те же мысли. Иногда с интервалом в несколько десятилетий.

Вероятно, за прошедшие почти пять десятилетий пилотируемых полетов острота восприятия и у космонавтов, и у людей на земле несколько притупилась. Обыватели не очень-то и следят за событиями в космосе и уж, конечно, не чувствуют себя соучастниками, как это было в начале космической эры. Но вот Анюша со своим свежим взглядом, эмоциями и «миллионом мыслей» заставила многих стать виртуальными участниками ее полета. Она описывает все этапы полета — предстартовую подготовку, старт, жизнь на станции, спуск с орбиты. Она рассказывает о том, как плохо было ей, когда началась невесомость, как она потом к ней приспосабливалась и какие невесомость устраивала «фокусы». Пишет о быте на борту станции, о различных мелких происшествиях, о трудностях и страхах. Множество деталей делает ее рассказ живым и непосредственным, иногда забавным, а местами наивным. Она как бы приглашает «всех вас», как она часто пишет, увидеть все это и почувствовать и разделить с ней ее переживания. И вы действительно это делаете!

За короткий срок пребывания на станции она, конечно, не могла в полной мере осознать всю глубину чувства оторванности от Земли, которое испытывают космонавты в длительных полетах, не могла понять, какая это большая психологическая нагрузка, но она сумела это почувствовать. «Вы на долгое время оторваны от семьи и от друзей, кроме электронной почты и коротких телефонных звонков нет никакой связи, и вам не с кем поговорить, кроме членов экипажа». А ведь у первых космонавтов не было ни электронной почты, ни «коротких телефонных звонков» (через существующую сейчас спутниковую связь) — только редкие сеансы радиосвязи, да и то посредством кода. (Справедливости ради следует сказать, что американские астронавты говорили с Землей открытым текстом).

Она почувствовала атмосферу дружбы и доверия, без которой длительный полет невозможен, и поняла, что космическая дружба — на всю оставшуюся жизнь. «Они по полгода и больше живут и работают в пространстве, это сближает их, и они становятся друзьями на всю жизнь. Их жизнь зависит от того, как хорошо они работают вместе и насколько хорошо понимают друг друга (communicate)… и когда у вас устанавливаются такие прочные связи, вы не можете разорвать их при возвращении на Землю». Так это и есть на самом деле.

Ее приняли в космическое братство, и атмосфера дружбы, тепла и заботы распространилась и на нее. «Я вручила свою жизнь Мише (Михаил Тюрин, командир транспортного корабля «Союз ТМА-9») и Л.А. (Майкл Лопес-Алергиа, член экипажа), и они заботились обо мне, как о сестре».

Так всегда и было. Когда наша группа готовилась к полету, космонавты были для нас настоящими друзьями. Они опекали нас, учили, как готовиться к тренировкам и испытаниям, рассказывали, где какие есть подводные камни, как обманывать медиков (они уже имели в этом некоторый опыт). Общаться с ними было интересно и радостно. Правду сказал Сент-Экзюпери: «Единственная настоящая роскошь — это роскошь человеческого общения», а нас тогда (как потом и других, и Анюшу тоже) одаривали щедро. И это было именно человеческое общение. Поэтому перед возвращением Анюша почувствовала, что теряет «нечто необычайное».

Глубоко взволновал ее «последний ужин на орбите». Она пишет: «Миша сказал прекрасный спич, и я подумала, что он читал мой дневник, потому что его слова были эхом моих мыслей». Тюрин сказал: «Однажды космическая станция выработает свой ресурс, сойдет с орбиты и сгорит в атмосфере, но память об этом путешествии и наша дружба переживет ее».

Ее переписка «со всеми» кажется мне важной, и вот почему.

Сейчас интерес к космосу несколько поувял. Может, потому что космос потерял новизну — кто-то постоянно живет и работает на орбите, и это стало привычным. К тому, что дает «всем нам» космос — спутниковую связь и многое, многое другое —  привыкли. Новости с орбиты не идут, как раньше, первой строкой, да и картинка на телеэкране — вариант того, что уже неоднократно видели. (Кстати сказать, телеэкран и не передает даже десятой доли того колоссального напряжения всех духовных и физических сил, которого требует работа на орбите.)

  
Международная космическая станция. Такой ее увидели члены экипажа космического челнока «Discovery» 19 декабря 2006 года после успешно выполненной отстыковки. Фото: NASA

В 1960-е годы чуть ли не все дети на вопрос «Кем ты хочешь быть?» отвечали, не задумываясь: «Космонавтом!» А сейчас молодежь не очень интересуется космосом, и это плохо, потому что «космический императив» развития человечества все-таки существует. Поэтому очень важно оживить в массовом сознании интерес к космонавтике. А Анюша вовлекла в диалог многих людей, пусть даже круг ее корреспондентов не столь уж и широк. Но она надеется, что сможет помочь «росту той волны положительной энергии, которой мы дали начало и которая будет захватывать все больше и больше людей». И она собирается продолжать свою Миссию и на Земле: «Я отвечу на все полученные сообщения, когда вернусь. Пожалуйста, продолжайте писать мне».

Конечно, космонавты тоже общаются с людьми на Земле — ведут репортажи с орбиты, проводят уроки со школьниками и делают много для пропаганды космонавтики — но они обращаются сразу ко всем: они не имеют возможности, как Анюша, общаться персонально с каждым, потому что завалены работой «выше крыши».

А живое, личное общение — это несколько другое: к вам, лично к вам обращаются с орбиты. Анюша читает послания и радуется тому, что «кто-то зарядился энергией и решил неотступно следовать своей мечте»; радуется, что молодая девушка решила стать астронавтом. Она и сама зарядилась «необычайной позитивной энергией» и думает, что это была та энергия, которую посылали ей ее корреспонденты.

Она говорит молодым людям, что их мечты сбудутся, «если вы будете сильно этого хотеть и упорно трудиться». Она — живой тому пример: «Я всегда знала в моем сердце, что полечу в космос, но не знала точно, как. Но я хочу сказать всем, как сильно я любила космос и хотела полететь туда, и в конце концов нашла дорогу».

В заключение мне хочется привести еще одну выдержку из ее дневника, она говорит сама за себя и не требует комментариев: «Еще раз благодарю Бога за то, что он помог мне побывать здесь и испытать все это. Я благодарна Ему за то, что Он позволяет моему внутреннему голосу доходить до всех вас и прошу дать мне способность увидеть мой путь в жизни и дать силы идти этим путем».

Читайте также в журнале «Вокруг Света»:

 

Валентина Пономарева, 02.02.2007

 

Новости партнёров