Цена могущества и миф об удерживающем

Цена могущества и миф об удерживающем

Отрывок:

Популярность имперской темы в отечественной фантастике уже давно ни для кого не является секретом. И можно с уверенностью утверждать, что очень многие отечественные фантасты видят могущественную Россию как мир-империю, тип политического образования, для которого главными являются силовые аспекты могущества, возможность навязать свою волю остальным или же противостоять их воле. Формула могущества мира-империи — это формула автаркичного, самодостаточного в экономическом плане или даже подчиняющего себе мир-экономику государства. Мир-империя по определению должна бороться с другими мир-империями, вообще — с окружением. Или отгородиться от них. Около 500 лет назад капиталистическая мир-экономика начала разрушать и подчинять себе привычные мир-империи, в том числе и Российскую. Мир-экономики, в отличие от мир-империй, представляют собой прежде всего объединенные экономические цепи производства, которые существуют поверх многочисленных политических границ. Мир-экономики интегрируются скорее экономически, чем политически: в отсутствие централизованного контроля экономические агенты обладали большей свободой в накоплении богатств. Политические образования внутри мир-экономики способствовали разделению труда и неравному распределению в масштабах всей системы. Основная логика мир-экономики заключается в том, что аккумулируемая прибыль распределяется неравномерным образом в пользу центра, а не периферии системы, т. е. тех, кто способен достигнуть различных видов временных монополий в рыночных сетях. Такова и современная капиталистическая мир-экономика, находящаяся в основании современной миросистемы. Теперь, по мнению многих исследователей, прежде всего И. Валлерстайна, эта миросистема вступила в полосу кризиса и, вероятнее всего, развала. И это, в конечном счете, является главной причиной популярности варианта старой доброй мир-империи (и вообще имперской темы) в отечественной фантастике.

В наиболее чистом виде мы встречаем такой вариант у Х. Ван Зайчика с его огромной и совершенно самодостаточной европейско-азиатской империей, включающей в себя русские и китайские земли и воспринимающей остальных как варваров. (У В. Рыбакова, как составляющей части Ван Зайчика, в «Гравилете «Цесаревич»» весьма сходная идиллия.) В злотниковском «Армагеддоне» таковой же становится Российская империя, включая в себя едва ли не всю Европу и Африку. Россия в «Сверхдержаве» А. Плеханова тоже не слишком нуждается в остальном мире и берется решать его проблемы скорее в силу желания ее новых вождей. Россия П. Крусанова («Укус ангела»), получив-таки Константинополь в одной из предшествующих войн, ввязывается в войну со всем миром только потому, что ее новый лидер одержим своим великим мистическим предназначением.

Параллельный мир Ф. Березина («Параллельный катаклизм») с доминирующим СССР вообще представляет собой классическую картину столкновения двух мир-империй на развалинах КМС, причем СССР в силу новых территориальных приобретений более чем самодостаточен. У Е. Чудиновой («Мечеть Парижской Богоматери») сильная, сохранившая христианскую культуру Россия противостоит «полумировому господству» ислама, причем в отсутствие прочих традиционных конкурентов — США и Европы. Так, вероятно, проявляется тайная мечта российских «мир-империалистов»: чтобы конкуренты ненароком сошли со сцены сами, а Россия осталась единственно цивилизованным, могучим и, главное, уцелевшим «Третьим Римом», за которым «четвертому» уже не бывать. Примерно в том же положении находится и возрожденный СССР у А. Шубина («Ведьмино кольцо. Советский Союз XXI века»): могучий гигант на фоне упадочных США и Европы и стремительно расширяющегося исламского Халифата.

Мышление в парадигме мир-империи (а именно к ней сводится наложение триады «нация—общество—государство» на проблематику гегемонии) исключает вопрос о глобальной справедливости (т. е. справедливого мироустройства). Сильный и развитый другим ничем не обязан, а обязан только самому себе. Не может быть и мысли о том, что кто-то платит за его процветание. Мир-империя на то и мир-империя, что не является частью капиталистической миросистемы, т. е. не эксплуатирует периферию и не является объектом чужой эксплуатации. Поэтому она не обязана заботиться о периферии, предлагать ей какие-то проекты развития и т. д. Ей достаточно хорошо выучить, по выражению Е. Холмогорова, «азбуку национализма»: ксенофобия — естественная основа поведения; не допускать к власти и собственности чужаков, править самим; если можешь — расширяйся, не можешь — обороняйся. Заботиться об остальном мире мир-империя будет разве что тогда, когда завоюет его весь. Но это из области фантастики.

Иначе говоря, в парадигме мир-империи цена могущества — это цена справедливости для всего мира. И баланс справедливости вовсе не обязательно устанавливается в пользу окружения: только в случае овладения всей ойкуменой империя обязана установить в ней некий минимум процветания.

 
# Вопрос-Ответ