Царевна

Царевна

Отрывок:

Горло почти прошло, и читать, лежа под одеялом и прислушиваясь к ненастью за стенами, было уютно. Журчала падающая из желоба в переполненную бочку вода, дождь постукивал в запотевшее окно. Пахло яблоками и дымком от печки. Свернувшаяся клубком Катька согревала живот. Я сделал глоток, прислушиваясь, как пивная сытная горечь обволакивает язык…

Дела были, но не делать же их под дождем? И так простужен весь. Завтра. Или послезавтра… Я подоткнул одеяло, положил открытую книгу на грудь и потянулся к магнитофону. Катька обеспокоенно вскинула голову. Битлы в магнитофоне негромко запели про «кам ту геве».

Правильно, в общем-то, запели.

Катька согласно сощурилась и попыталась лизнуть меня в руку. Я убрал руку, нашарил папиросы, закурил. Катька фыркнула и ушла устраиваться в ноги — не любила запах табака. Я взялся было за книгу, но тут дохнуло сырым холодом, стукнула открывающаяся дверь, и на террасу вошла женщина.

Незнакомая женщина. Красивая.

— Гм… — сказал я, поправляя очки. — Гм! Здравствуйте.

Женщина ничего не сказала. Она стащила с себя полиэтиленовую накидку, несколько раз энергично встряхнула ее, оросив каплями пол, и повесила поверх моего парадного пиджака.
Страховщица? Те вроде не наглые. Так хорошо все было... собес какой-нибудь? Агитатор… то бишь агитаторша? Или торговка ручками, клеем и средством от моли?

Катька соскочила с кровати, выгнула спину и, негромко шипя, двинулась к незнакомке. Маленькими шажками, по замысловатой кошачьей траектории, зигзагом. Подерет, как пить даст — подерет...

— Брысь! — прикрикнул я, садясь и нашаривая калоши. — Не трогать!

Незнакомка одернула зеленый свитер, поправила прядь русых волос и, равнодушно взглянув на кошку и на меня, прошагала в комнату. Самым наглым образом, все так же молча. Оставив цепочку грязных следов. Зараза…

Катька потрусила за зеленой незнакомкой, я побежал за ними.

Незнакомая красавица стояла посреди комнаты, критически оценивая обстановку. Красавица была недовольна.

— Рухлядь, — бормотала она, — дрянь, рвань…

— И пьянь, — вмешался я. — Вы кто будете? Чему обязан?

— Кто, кто… — скривилась красавица. — Суженая. Ох, как не везет… фатально не везет! В судьбу веришь?

Угу. Суженая. В судьбу. Веришь… Это мне не везет.

— Увы, — я развел руками. — Зато верю в осенние обострения.

— Ну и дурак, — сказала красавица. — Это все мы выкинем. Впрочем, и халупу надо сносить… терем строить… хотя на фига нам здесь терем? В Москве построим!

— Еще какие будут распоряжения? — я вытянулся во фрунт и отдал честь.

— К пустой голове руку не прикладывают, — проворчала красавица, хотя я и был в шапке по случаю болезни. — Чаю дай.
Красавица уселась за наш круглый стол. Катька запрыгнула на стул напротив нее, задрала ногу и принялась демонстративно вылизываться. Я пожал плечами, включил плиту, поставил перед незнакомкой чашку с блюдцем, подвинул поближе заварной чайничек.

— Работаешь? — красавица подтащила к себе чайничек и сунула нос в заварку.

— Угу, — сказал я. Заварка была так себе, вчерашняя была заварка. — Кочегаром, в поселке.

Красавица скривилась.

— Зато сутки через трое, — похвастался я, доставая из серванта банку с остатками варенья. — Есть время на картины. Может, настойки? Вы, верно, продрогли. Погоды-то нынче…

— Не пью, — отрезала красавица. — И ты бросишь!

 
# Вопрос-Ответ