Не надо волноваться

Не надо волноваться

Отрывок:

Ситуация казалось патовой: Кланч сел на холодный металлический пол и глубоко задумался.

Впрочем, «глубоко» здесь лишнее — Кланч еще ни разу не был замечен в поверхностности в рассуждениях. Он был типичным представителем своей расы.

— Так ты говоришь — грозит нам скорая гибель? — произнес Кланч. — Хм… Послушай, друг мой, старую притчу…

Ник застонал и, схватившись за голову, принялся метаться меж стен туннеля, пока Кланч рассказывал свою историю.


Ник не мог предположить, что когда-либо попадет в такую страшную и в то же время нелепую ситуацию. Встроенные повсюду динамики продолжали имитировать вой сирены, аварийное освещение своим мерцанием напоминало о том, что через несколько минут реактор пойдет вразнос. До последнего спасательного бота было рукой подать — несколько поворотов, пара шлюзов и подъемов по пандусам. Если бежать, то минуты три.

Одна беда — это неземной бот. Он адаптирован исключительно под Кланча и без него даже внутрь не пустит. Такая вот нелепая конструкция, как и вся его, Кланча, раса! Никогда бы Ник не подумал лететь на этой развалюхе, но все земные боты — по ту сторону, отгороженные броневыми плитами и смертельной радиоактивной зоной.

Послал же бог товарища! Ник раньше почти не общался с Кланчем, предоставляя это сомнительное удовольствие Николаю. Но теперь, когда Николай сгинул в активной зоне станции, ничего другого не оставалось.

А Кланч сидит и нравоучительным голосом рассказывает очередную байку.


— Дружище, да потом расскажешь! — не выдержал Ник. — Только доберемся до бота!

И тут же пожалел о сказанном. Потому что Кланч, собрав на мохнатом лбу задумчивые складки, воздел вверх трехпалую лапу и заговорил:

 — А знаешь ли ты, что значит откладывать «на потом»? По этому поводу есть несколько удивительных притч. Послушай первую…

— О, господи! — стукнул себя по голове Ник и сел на пол. Нужно было переждать.

Раса Кланча — анчи — стала в свое время настоящим клондайком для филологов и ксенопсихологов. Многим это казалось забавным — анчи общались исключительно притчами. Вначале казалось, что язык анчей расшифрован и понят. Действительно, сами анчи легко осваивали земные языки и с удовольствием общались с землянами. Однако вскоре ученые с удивлением обнаружили многослойность языка анчей: одно слово не значило для них практически ничего, если не соответствовало какой-либо традиционной легенде. Это напоминало общение иероглифами. На обмен банальными репликами у анчей уходили земные часы. Чтобы просто поздороваться, парочка анчей усаживалась поудобнее и начинала долгий, сводящий людей с ума диалог.

Основополагающим стержнем цивилизации анчей был покой. Покой и размеренность. Можно было ворваться в дом любого из анчей, начать все громить и выносить, а в это время хозяин дома, присев на циновку и глубоко задумавшись, будет читать грабителям длинную и небезынтересную для любого философа лекцию. Ученые просто поражались, как такая цивилизация смогла выжить и даже достичь звезд. Действительно, технический прогресс этого народа был фантастически растянут. Однако, при всем при том, никто не мог состязаться с техникой анчей по надежности.

— …И тогда влюбленные поняли — живут они здесь, в Нижнем мире, а в мире Светлом не будет ни любви, ни потомства, ни радости. И нарушили они запрет своих родов и создали собственный род. И потом еще долго смеялись над собой, вспоминая свою нерешительность… Вот… Это была первая притча. Послушай теперь вторую…

Ник исподлобья взглянул на Кланча и осторожно предложил:

— А давай ты расскажешь свою историю на ходу!

Кланч с изумлением взглянул на Ника.

— Как можно разговаривать на ходу?

Ник мысленно сплюнул. Действительно. Никто еще не видел анчей разговаривающими на ходу. На любой заданный им вопрос они неизменно вежливо и пространно отвечали, предварительно удобно усевшись на циновку, с которой никогда не расставались.

Пол под ногами задрожал. Из глубины туннеля донесся низкий утробный гул. Пискнул дозиметр, торчащий из кармашка на рукаве комбинезона Ника.

— Е-мое, — пробормотал Ник, глядя на индикатор дозиметра, — Кланч, родной, давай ты продолжишь во-он на той площадке…

Это была площадка подъемника. Если тот сработает, может, удастся выиграть время.

— Хм… — задумался Кланч и медленно поднялся.

Ник дрожал от нетерпения, пока Кланч степенно сворачивал в рулон свою циновку, затем укладывал ее в кожаный футляр, исполненный в виде скрученной газеты «Times». (Анчи обожали земные газеты, стараясь найти в них какой-то тайный смысл. Короткие заметки представлялись им притчами с непостижимой глубиной содержания.)

— Вперед, побежали! — крикнул Ник и рванул вперед.


Кланч почесал в затылке и тронулся в путь.

Таким темпом ходили, очевидно, Платон с Сократом, обмениваясь своими премудростями. Пока Кланч дошел до площадки, Ник успел трижды добежать до нее и вернуться назад. Он напоминал бы спаниеля, рыскающего перед хозяином, если бы его глаза не были полны страха.

Когда до площадки оставалось метра три, Ник вскочил на нее и, положив руку на панель управления, воскликнул:

 — Быстрее, Кланч. Сюда!

 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи