Звонкие ручьи грядущего

Звонкие ручьи грядущего

Отрывок:

Весеннее солнце растопило выпавший за зиму снег, обнажило поля. Эти серые бескрайние поля, в которые, казалось, превратился весь мир. Война осталась в прошлом, но ее эхо все еще гремело над землей. Раскатистое, болезненное эхо, от которого вздрагивало сердце, ожидая новых ударов с воздуха, новых выстрелов, новых жертв…

— Думаешь, здесь все еще остались мины? — спросил Артема его друг Скотти Палмер. Друг, которого Артем приобрел этой зимой. Высокий чернокожий атлет пришел с севера, сказав, что жизнь за горизонтом такая же пустынная, как и в любой другой точке земного шара. Война забрала все, что было создано.
— Но война закончилась, — сказала Светлана, когда ее муж Андрей и его друг Артем хотели повесить Палмера на старом тополе, который умер еще до начала войны и теперь медленно догнивал изнутри, доживая свои последние годы. Андрей отмахнулся от нее, но с линчеванием чужака решил подождать.
— Может быть, кто-то подаст нам сигнал. Скажет, что делать? — Андрей вглядывался в горизонт, откуда пришел Скотти Палмер. Радиоприемники молчали. Ни одного сигнала, словно весь мир действительно вымер. Или затаился. — Откуда ты знаешь наш язык? — спросил Андрей чужака. — Признайся, тебя же послали наши враги!
— А кто ваш враг? — спросил его Скотти Палмер. Андрей замолчал, смутился, снова начал вглядываться в горизонт. Последние бои закончились больше года назад. Бои между своими и чужими, но мирное население было слишком напугано, чтобы выбраться из своих укрытий и узнать, кто же все-таки воюет. А радио и телевидение молчало. Как и сейчас.
— Все не могли погибнуть, — сказал Андрей, вглядываясь в черные глаза чужака. — Ты же здесь. Ты же живой.
— И ты тоже живой, — сказал ему Скотти, затем посмотрел на жену Андрея, на ее живот. — Вам скоро рожать? — спросил он ее. Она кивнула, нахмурилась. — А врач у вас есть?
— Врача нет, — ответил за жену Андрей. Артем тронул его за руку.
— Его рюкзак, — он протянул ему вещи Скотти. — Кажется, там бинты и инструменты врача.
— Вот как? — Андрей взял рюкзак, высыпал его содержимое на землю, закурил, небрежно вороша ногой кипу таблеток и ампул с пенициллином. — Так ты, значит, врач? — спросил он чужака и снова посмотрел на приготовленную ему петлю. Ветер раскачивал старый тополь, и веревка раскачивалась вместе с умирающим деревом. — И где же тогда твои шприцы и все остальное?
— Где-то в рюкзаке, если, конечно, вы их не разбили. — Скотти спросил разрешения закурить и начал рассказывать о местах, откуда пришел. О мертвых местах. — Вы первые, кого я встретил за последние месяцы, — закончил он.
— Понятно, — протянул Андрей и сплюнул себе под ноги.
— Хороший врач нам бы не помешал, — осторожно сказала ему Светлана.
— Верно, — согласился с ней Андрей, посмотрел на чужака. — Ты хороший врач?
— Как и все другие врачи.
— Ты должен быть хорошим врачом, потому что у нас многим нужна помощь.
— Многим? — удивился Скотти Палмер и неожиданно заплакал. Крупные слезы покатились по черным щекам. Губы затряслись.
— Что с тобой? — растерялся Андрей.
— Наверное, просто долго был один, — сказала Светлана, дождалась, когда чужак кивнет, и предложила отвести его в дом и накормить. Это было в начале зимы. Снег еще только начинал падать. Этот редкий, безразличный снег.
— Может быть, придут и другие? — сказал Андрей, наблюдая, как жена ведет чужака в уцелевший кирпичный дом, над залатанной крышей которого клубился белый дым коптящей печи. — Может быть, это только начало? — Он снова устремил взгляд к горизонту, откуда пришел чужак, позвал Артема и велел присматривать за незнакомцем.

 
# Вопрос-Ответ