На игре

На игре

Отрывок:

Я уже закрыл магазин. Но вмешивается судьба.

— Джефри.

Оборачиваюсь. Передо мной стоит коротыш Четвертый, — привет из тех самых тридцатых.

«Нашел все-таки», — думаю я.

— Тебя же могли видеть, — не скрываю раздражения. — Мне не нужны...

— Никто меня не видел, ты же понимаешь. Я к тебе по делу, значит, я на игре. Если ты считаешь, что меня могут выследить, когда я на игре, то придется обидеться. А я по делу.

— Ну? Какое дело?

Четвертый один из немногих, кто все еще верит в фей, — почему-то вспоминаю именно это. Я видел, как он размозжил голову какому-то панку, который осмелился сказать, что фей не существует. Они ведь умирают, когда такое говоришь.

— Джефри, мне нужна начинка, дружище.

— Здесь, на прилавках, все, что есть. Не нравится — убирайся.

Четвертый недоверчиво улыбается.

— Не верю. У тебя всегда есть начинка высшего сорта.

— Артефакты запрещены в девяносто четырех штатах.

— Мне не нужен артефакт, — терпеливо говорит Четвертый, — мне нужна начинка.

Я вздыхаю.

Мой магазин на Третьей авеню — респектабельное и дорогое заведение. Здесь вы можете купить служебных гремлинов, которые будут прокладывать и обслуживать сеть. Есть, коли надо, гремлины подороже — могут поддерживать работу серверов и рабочих станций. Вон там, на полке, коробка со звездной пылью — никакой пользы, но дамам нравится ее блеск, и потому расходится она мгновенно. Друзья еще шутили, что я начал торговать косметикой, но сейчас у меня нет друзей, так что мне все равно. Бесы, черти, сертификаты вызова демонов, из-под полы я приторговываю исчезающими теокритовыми жабами, но вы должны меня понять — сухой закон все еще строг и действует на всей территории Федерации, а жить как-то надо. Чтобы оставаться владельцем респектабельного и дорогого заведения, приходится отстегивать фараонам хороший процент. Они сами не против упороться жабьим ядом, так что все на мази.

Я давно уже не ловлю эзотеров, потому что этим есть кому заниматься и без меня. Выдумали технику, способную справиться с ловлей куда лучше, есть молодые, умеющие этой техникой пользоваться, а я просто прослежу, чтобы все было на мази и торговля шла как нужно.

Но сейчас я вздыхаю, ибо с Четвертым так не будет. Этот человек верит в фей, что является явным признаком безумия, поэтому все эти годы каждый раз, когда кто-то похожий на него приходил в «Диковинки Джефри», и я сталкивался с его глазами, я нервничал. Но никто не обладал такими стальными глазами с пляшущими там искорками безумия. Теперь, когда они передо мной, смотрят внимательно и участливо, это становится совершенно понятно.

Так что сейчас я нервничаю куда сильнее.

В моем магазине давно никто не хотел купить ангелов.

И кто бы еще захотел, кроме Четвертого?

— Слушай, — я оглядываюсь. — Мне не нужны неприятности.

— Никаких неприятностей, дружище. Я беру у тебя начинку, по накладной ты проводишь ее как... ну что у тебя тут самое дорогое? Ты получаешь деньги, я товар.

— Ты не понимаешь...

— Джефри, я все понимаю. Я знаю тебя много лет и уверен, что ты сейчас начнешь ныть о проверках и фараонах, которые перетрясут твой магазинчик в случае, если кого-то убьют.

Улыбка пропала с лица Четвертого. Он серьезен, искорки безумия в его серых глазах пляшут дьявольский танец. Его не укротить. Он редко такой, поэтому мне становится жутко.

— Обещаю тебе, — он опирается о стойку. — Никто не узнает. Ты же доверяешь старому другу?

Четвертый был лучшим игроком. Я был для него лучшим ловцом. Мы были отличной командой, но времена меняются, и нет идиотов, верящих в старые, давно разорванные связи.

— Я не игрок, мне помирать скоро. О душе надо думать...

— После работы беру на себя твои грехи, — быстро и просто говорит Четвертый.

Этим он застает меня врасплох. В наступившей тишине слышен только стук дождя в окна. Вспыхивает молния.

 
# Вопрос-Ответ
Кто живет в Гренландии?

Эскимосы, датчане и другие европейцы

Где впервые ввели правила дорожного движения?

Первые такие правила ввел Юлий Цезарь в Римской Империи