Правила войны

Правила войны

Отрывок:

Ринат уже застегивал клипсы бронекирасы, когда в проходе появился капрал Берман. Он продефилировал между двумя рядами железных шкафчиков и остановился перед Ринатом.
— Поздравляю, — сказал Берман с расстановкой. — Тебя желают видеть в первом отделе.
Сашка Смирнов, экипировавшийся на соседней скамейке, навострил уши.
«Дьявол, — подумал Ринат. — Какого болта им нужно?»
— Откуда инфа? — спросил он, хмурясь.
— Из первоисточника.
— А на кой он «лейкоцитам»? — встрял любопытный Сашка.
— На кой, — передразнил Берман. — А не надо было позавчера в баре выступать.
— Так мы ж все пьяные были.
— Быть пьяным не преступление, а вот болтать, что попало… — капрал постучал себя по лбу костяшками пальцев. — Думать нужно. Головой.
— Пошли они, — зло пробормотал Ринат.
— Я бы не стал так говорить, — рассудительно сказал Берман.
Ринат поднялся с узкой скамейки:
— Все равно через десять минут на объект выходить, — он поправил паховую пластину и попрыгал, проверяя амуницию, — а вернемся — видно будет.
— Ладно, не бзди, — Берман похлопал его по выпуклому наплечнику. — Послужной у тебя хороший, а треп — он и есть треп. Разберутся, — он внимательно с ног до головы осмотрел Рината, облаченного в камуфлированные доспехи. — Ты в первый раз идешь старшим группы?
Ринат кивнул.
— Тогда ни пуха, — сказал капрал.
— Пошел к черту, — как положено, ответил Ринат, и Берман молча двинулся прочь. Прощаться перед боевым выходом считалось дурной приметой.
— Пошли, что ли? — сказал Сашка, застегивая ремешок тактического шлема.
— Пошли, — сказал Ринат.
Они вышли в коридор, ведущий к отстойнику, и пошли мимо дверей с электронными табличками. Ринат нес полусферу шлема в руке, укороченный «Шатун» с ажурной рамкой приклада качался на шее.
— Вот суки, — говорил на ходу Сашка, имея в виду, по всей видимости, «лейкоцитов». — Это все Крюк. Гадом буду…
«Это аукаются мне предки по деду-мусульманину, — мрачно подумал Ринат. — М-да, неприятная новость, и главное, что перед самым дежурством. — От внезапно возникшей мысли он даже сбавил шаг. — А ведь Володьку Кравца тоже перед самым выходом к особистам вызывали, и он тоже сказал, что позже зайдет». На душе сразу сделалось паскудно.
— Точно Крюк, — продолжал Сашка. — Он давно уже на тебя зуб точит.
— Кончай базар, — Ринат пихнул Смирнова в бок. — А то наскребешь на хребет.
Он выразительно покосился на потолочный карниз, перфорированный через каждые три метра глазками камер. Сашка махнул рукой, но замолчал.
Возле приземистого «донгфенг хаммера» уже переминались с ноги на ногу шестеро бойцов. Двенадцатая линейная группа отряда «Доберман» была в сборе. Стараясь не торопиться, Ринат проверил амуницию подчиненных, замкнул транскомы шлемов в локальную сеть, проверил свой командирский канал и велел ребятам грузиться. В отстойнике было свежо, кондиционированный воздух пах холодильником, и, забираясь на переднее сиденье, Ринат подумал про жару, нетипичную для конца июня, подумал про то, что к полудню противопотное белье намокнет от пота, и еще подумал, что раньше, когда он учился в школе, в конце июня у всех уже были летние каникулы.
— Двенадцатая. Выходим на дежурство, — доложил он в микрофон, дождался ответа и махнул водителю, дескать, поехали. Машина нырнула в проем под щитом ворот, миновала противоракетный лабиринт и, включив сирену, выехала на улицу.

 
# Вопрос-Ответ