Сингулярность и преемственность

Сингулярность и преемственность

Отрывок:

1. Методологические предуведомления

Будущее напоминает дорогу в тумане: впереди вырисовываются силуэты, но что именно встретит нас там — определить сложно. Иногда хочется ехать помедленнее, иногда идти на обгон, однако секундная стрелка часов всегда вертится одинаково. Что же искать в этих туманных образах, которые скоро станут настоящим?

В данном рассуждении перед нами стоит как бы двуединая задача. С одной стороны, требуется вскрыть базовые процессы, которые идут в человеческой цивилизации, дать их приблизительные контуры на ближайшее столетие. С другой — требуется рассмотреть их уникальное проявление, обладающее собственной логикой развития, которое будет представлено в судьбе России.

Анонс конкретных событий в стиле «к 2038 году у России появится первая лунная база» по большей части не оправдается по срокам и как-то иначе исполнится по содержанию. Львиная доля сценариев, где прописаны даты победы над бедностью, покорения Марса и обретения бессмертия, — это сиюминутные «хотелки», которые их авторы облекают в форму прогноза.

Необходимо определить основные проблемы, с которыми столкнется человечество, показать узловые точки их решения и подумать, как лучше реализовать шансы России в грядущей эпохе. Не пытаться выдумать, что будет, а представить, что надо нам от будущего.

Как же искать эти проблемы?

В основе человеческой цивилизации лежит техника. Общество показало, что может буквально за одно поколение перестроить свой образ жизни под те новые возможности, которые открывают технологии, — урбанизация здесь лучший пример.

Следовательно, объектом рассуждений будет революция в развитии техники как основа изменения человека.

Введем четыре основных принципа исследования техники.

Во-первых, для обнаружения ключевых отраслей используем критерий «маловероятности» действия техники. Образно говоря, молоток можно соорудить наполовину случайно, почти неосознанно, подглядев действия у обезьяны, а вот создать атомную бомбу из вещества, которого вообще не существует в природе и которое приходится синтезировать, это совсем другое дело.

Во-вторых, попытаемся выявить основные противоречия, которые и определяют качество техники. Как противоречия снаряда и брони определяют качество танка, так в основе технических изделий лежит некое противоречие, форма решения которого и задает особенности обуви, швейной машинки, калькулятора, велосипеда.

В-третьих, любая технология имеет пределы своего распространения. Даже если завтра изобретатели создали бы антигравитационное устройство, «армады планетолетов» не устремились бы тотчас в космос. Солнечная система все равно осваивалась бы медленно: полеты в безвоздушном пространстве сохранили бы свою сложность, космические корабли остались невиданно дорогим удовольствием, потому и «яблони на Марсе» так быстро не зацвели бы.

В-четвертых, необходимо учитывать антропоцентричность в технике — определение человеком себя как конечной цели любого технического процесса, как выраженного смысла существования техники. Для современных машин causa finalis выступает Homo sapiens. Карандаш и клавиатура, при всей разнице в уровне техники, равно «привязаны» к пальцам. Но в современных фантастических прогнозах самое показательное проявление антропоцентризма — это фактический застой одного из ответвлений фантастики, кибер-панка, рассматривающего равноправные отношения человека и компьютера. С чем он связан? Если романы начинались с описания созданного искусственного интеллекта (дальше — ИИ), то последующее совершенствование машин превращало человека в некую игрушку, в объект действия более могущественных сил. В результате авторы вынуждены сужать горизонт прогноза: чем более человечным желают они изобразить мир, тем меньшими возможностями должны в нем обладать вычислительные машины, из-за этого события произведений развиваются либо в ближайшем буду
щем, либо задаются некие ограничения, тормозящие развитие техники. В романах основателя кибер-панка У. Гибсона можно наблюдать сползание действия с передового края науки на периферию — только так автор мог сохранить уровень отношений между ИИ и персонажами, заданный в прославленной «Нейромантике».

Возникает вопрос: как же такие системы, у которых нет предела по сложности, смогут изменить человека?


2. Силуэт технологической сингулярности

Полтораста лет назад развитие металлургии определяло индустриальное состояние Европы. Пуск новых доменных печей был важнейшим в технологическом плане событием. Железной дороге повезло еще больше — она зримо помогала каждому человеку, потому изменение общественного бытия зафиксировано во всей классической литературе XIX века.

Однако стоит отрасли отойти от фронтира, сделаться не такой важной, и самые глубинные изменения в ней остаются совершенно не интересны окружающим.

 
# Вопрос-Ответ