Реквием на барабане

Реквием на барабане

Отрывок:

Когда Заяц постучался ко мне в Skype, я, потягивая из банки «Карлсберг», как раз пялился в монитор. Шла прямая трансляция. По телевизору такого не увидишь. Толпа скандировала: «Мутин — путный! Мутин — путный!..» А окружившие площадь по периметру рашисты колотили в барабаны и пытались перекричать митингующих собственной неприхотливой речевкой: «Мутин, Хорьков, Россия! Мутин, Хорьков, Россия!»

«А чего вы хотели, — злорадно думал я, внимательно вглядываясь в лица рашистов, выхватываемые из полутьмы трясущейся камерой, — надо было думать, когда выбирали президента с такой фамилией. Как будто нет в русских лесах зверя посимпатичнее. Только не надо мне говорить, что не фамилия красит человека, а наоборот. Кто его тогда знал, этого «человека»? Он ведь как чёрт из табакерки выскочил… А вот, например, заяц — очень положительный и миролюбивый зверь. Почему не выбрали какого-нибудь Зайцева?»

Вот тут-то, легок на помине, и постучался ко мне мой знакомец Заяц.

— Привет! — заорал он, проявившись в уголке экрана. То, что он пребывает в нездоровом возбуждении, было видно невооруженным взглядом. Прямо таки дикий заяц-напрягаец. — Смотришь?!

Дело тут не в том, что он какой-то уж сильно догадливый, просто я не убрал звук.

— Привет, — кивнул я благодушно. — Смотрю, конечно.

— Это хорошо, что смотришь! Значит, не митингуешь! — воскликнул он.

— Я что, белены объелся? — пожал я плечами. (Алина меня не слышит…)

— Это хорошо, что не объелся! — отозвался Заяц. — Будет от нас с Дятлом сюрприз этим рашистам тупорылым! Так что сиди, не высовывайся…

Сказал и отключился.

Сперва я как-то даже не забеспокоился. Потому что на Алину я был зол. И когда разглядывал рашистские рожи, все как на подбор гладкие, румяные, светящиеся великой идеей, я даже себе не признавался в том, что выискиваю среди них именно ее лицо. А зол был оттого, что сегодня она должна была повести меня на свой отчетный концерт, а вместо этого орала где-то там охрипшим на морозе голосом про Мутина и Хорькова. Очень умно.

Я уже летом, когда она отправилась в этот свой «лагерь российской патриотической молодежи», почувствовал, что что-то не так. Но стоило мне только заикнуться, как она наехала на меня в полный рост:

— Ты, Толстый, — аполитичный и инфантильный человек. Ты не ходишь на выборы и даже не смотришь новости. Но тебе это простительно, ты видел слишком много разных режимов и разочаровался, как все старшее поколение.

Я аж поперхнулся, когда она про «старшее поколение» сказала. Вообще-то у нас разница — шесть лет, и что-то я не слышал, чтобы она на меня жаловалась в постели… Но она моей оторопи не заметила и продолжала:

— Это ведь, Толстый, как в любви: можно встретить сотню партнеров и разочароваться. Но на самом-то деле твой один-единственный, настоящий, где-то есть. Просто не повезло. И трудно в это поверить после всех неудач. Вот ты, Толстый, — мой единственный… (Это она сказала явно для того, чтобы я не перебивал.) Мне с тобой повезло. И с Мутиным нашему народу повезло. Только не весь он еще это понял, потому что разочарован. Как ты. Слишком часто обжигался, вот и мне не веришь.

Такое изящное у нее тогда получилось политико-матримониальное переплетение, что мне пришлось молчать в тряпочку. Потому что, начни я с ней спорить насчет Мутина, спор неминуемо переместился бы в область наших личных взаимоотношений и вышел бы на давно витавший в воздухе вопрос: почему это мы так замечательно встречаемся уже два года, а в загс не собираемся? «Нет уж, — решил я, — пусть лучше едет…»

Все это у меня сейчас мигом промелькнуло в голове, а последним вагончиком паровозика оказалась обкуренная физиономия зайцевского друга — Зомбодятла. Вообще-то у него двойное прозвище — до обкурки он просто Дятел, а вот после добавляется приставка. И увидел я мысленным взором, как он у себя в подвале, на верстаке между этажерками-парничками что-то химичит, приговаривая: «А это не для сегодня. Это для послезавтра. Сегодня им только трава да грибы нужны, а вот послезавтра пластид понадобится. А у кого он есть? Только у Дятла. Дорого, но есть…»

Блин… Я торкнулся к Зайцу в Skype, но в сети его уже не было, и он не отозвался. Я набрал его мобильный, потом Дятла, но и тот и другой были недоступны. Я бросился в прихожую и стал судорожно натягивать куртку, а фантазия уже рисовала передо мной любимые руки… Без туловища… Любимые ноги… С ошметками джинсов на месте колен…

 
# Вопрос-Ответ