Красный планетолет “Наркомвоенмор товарищ Троцкий”

Красный планетолет “Наркомвоенмор товарищ Троцкий”

Отрывок:

Вспомнилась мне одна старая история...
История совершенно реальная, но притом — абсолютно фантастическая. Случается с делами минувших дней такое — разумом понимаешь: да, да, было, и документы в архивах остались, и свидетельства очевидцев, и статьи на пожелтевших, хрупких страницах старых газет... И все равно — фантастика. Не бывает.
Вот и эта история — самая настоящая НФ. Твердая. Твердокаменная, как большевик старой ленинской гвардии. Сравнение не случайное — как раз с пламенной речи большевика-ленинца всё и началось.

* * *

Звали пламенного партийца Николаем Ивановичем Бухариным. Фигура широко известная и масштабная: член ЦК, человек из ближайшего окружения Ленина, главный редактор «Правды» — газеты номер один на шестой части суши. «Любимец партии», — так характеризовал его Владимир Ильич. «Бухарчик», — ласково вторил Иосиф Виссарионович.
При всей своей твердокаменности был Николай Иванович весьма увлекающимся человеком. С богатой фантазией. И порой его заносило далеко в сторону от генерального партийного курса. Кончилось это в конце концов плачевно... Но не будем забегать вперед — весной 1923 года любимец партии находился на вершине власти и в зените славы: портреты висели повсюду, школы, улицы и пароходы называли его именем и даже, по слухам, собирались переименовать в честь Бухарина город Ростов — не тот, что на Дону, а тот, что Великий...
Свою знаменитую речь Бухарин произнес на всесоюзном расширенном совещании партийного актива. Выступали и другие вожди, но те больше про мировую революцию: глава Коминтерна Зиновьев доложил про революционную ситуацию в Англии, нарком Троцкий вновь поклялся омыть копыта красных коней в водах Атлантики... А Бухарчик о нашем, о родном: о промышленности и сельском хозяйстве.
Помните, у Ильфа и Петрова: «Стальной конь придет на смену крестьянской лошадке!» — оттуда, из той речи, долго гуляла по стране крылатая фраза, в тридцатые став анонимной — поминать вслух имя ее автора стало небезопасно. Очень увлекла в то время Николая Ивановича проблема тракторостроения... И в ударе явно был он в тот вечер. Перспективы нарисовал фантастичнейшие: сто тысяч железных коней пашут бескрайние поля (ну и боронят, сеют, жнут, разумеется, — при помощи соответствующего навесного и прицепного оборудования). А трудовое крестьянство, освободившись от изнуряющего труда, обогащается и материально, и духовно — знаниями, культурой, передовыми идеями марксизма — и становится вровень с самым развитым классом, с пролетариями. Идиллия, одним словом. Четвертый сон Веры Павловны.
Не знаю уж, присутствовал ли первый секретарь Кичкасского уездкома ВКП(б) Титов на расширенном совещании — как раз таких и собирали, районного уровня партбоссов, но всех, естественно, в один зал вместить не смогли. Может, и не присутствовал, а прочел бухаринскую речь в «Правде». Но, так или иначе, с ней ознакомился. И воспринял фантазии любимца партии как руководство к действиям. Немедленным и активным.
Последствия оказались самые фантастические...

 
# Вопрос-Ответ