Омонимы и чечевица

Омонимы и чечевица

Отрывок:

Ну что ж, друзья мои. Пришла пора потолковать о вещах серьёзных: о кораблях, сургучных печатях, о старых башмаках, об омонимах и чечевице.
Вот, кстати, омонимы. Штука забавная и где-то даже загадочная. Слова, которые звучат обманчиво-одинаково, а на самом деле обозначают совершенно разные вещи. Не стоит путать женскую прическу с сельскохозяйственным инструментом только потому, что и то, и другое называется косой. А уж о последствиях неразделения цветочного горшка с ночным и говорить не приходится. Дело, как нетрудно догадаться, исключительно в контексте. В словах, стоящих рядом. В конце концов, всякому, имеющему некоторый пейзанский опыт, понятно, что рвать цветы на лугу — совсем не то же самое, что рвать их у себя в огороде. Там они, безо всяких недомолвок и омонимов, называются попросту сорняками.
Что ж. Об омонимах мы, кажется, поговорили. Можно и о фантастике.
Забавно. Рассуждения о фантастике как «низком жанре», «массовой литературе» и «жвачке для мозгов» — в коих рассуждениях фантастика наряду с детективом и любовным романом образует некий триумвират отщепенцев, пасынков литературы — по степени своей монотонности могут быть сравнимы разве что с однообразными контраргументами с той стороны колючей проволоки. Заметьте: сам факт наличия в тексте любого из патентованных фантастических атрибутов, будь то инопланетяне, маги, бластеры и вариации на тему грядущего, отнюдь не априори свидетельствует о принадлежности такого текста к фантастике. Примеров в современной российской словесности тьма, от Крусанова и Быкова до Толстой, Сорокина и Проханова.
Бессмысленность подобного рода «апелляций из гетто», похоже, всё больше становится понятной и внутри фантастического анклава. Всё чаще раздаются призывы «пойти своим путём», «создавать альтернативную параллельную иерархию», «жить своей жизнью». Собственно говоря, именно это нынче и имеет место быть: существует ряд собственно литературных сообществ, претендующих на некую «элитарность», со своими «толстыми» журналами и премиями навроде «Букера» или «НацБеста» — и соответствующее сообщество фантастов, именуемое Фэндомом, где присутствуют точно те же институции. Замечу здесь, что ни детективисты, ни авторы сентиментальной прозы ничем подобным похвастаться не могут, что уже заставляет усомниться в легитимности «уравниловки» между ними и фантастами.
Напротив, из нашего лагеря регулярно раздаются крайне скептические реплики в адрес того, что отчего-то называется у нас мэйнстримом. Однако все попытки скопом поименовать оппонентов копрофагами, погрязшими в описании всевозможнейших извращений и психических расстройств, также едва ли основательны — хотя и не беспочвенны.
Однако сомнительная прелесть ситуации состоит в том, что «клеветники фантастики» во многом правы. Ой, как правы! Стоит наугад снять с полки книжного магазина расписанный драконами или звездолетами пухлый том, произвольно раскрыть его, чтобы со значительной долей вероятности убедиться в, мягко говоря, удаленности предлагаемой последовательности слов от собственно литературы. Немалую роль в подобном, далеко не умозрительном, эксперименте сыграет и то, что под руку со значительной долей вероятности попадется «Opus Magnus» кого-нибудь из корифеев продаж.
Давайте оговоримся сразу: тираж и продажи мерилом литературного качества не являются ни в какой мере. Давайте оговоримся ещё: в разговоре о собственно литературных достоинствах мнением «неквалифицированного читательского большинства» можно пренебречь, как фактором из другой линейки ценностей. И разность литературных направлений здесь не имеет никакого значения. Шекспир, по мнению современных ему литературо- и театроведов, был кичмен. Помните? Все эти призраки, эльфы и прочие Калибаны с Ариэлями. А Мольер? Автор для «галёрки». До сих пор ставится с немалым успехом и немалыми же сборами. А тогдашние кумиры тогдашних снобов? Строчка в литературной энциклопедии, предмет диссертационных студий. Постановка? Только по гранту, все равно не окупится. С другой стороны, в незабвенные девяностые все неоднократные потуги господ издателей «дать народу» Ната Пинкертона или Ваньку Каина заканчивались оглушительным чпоком. А ведь как гремели, какие тиражи делали! И далее: если известный «в узких кругах» автор решается «слабать нетленку» — результаты тоже далеко не всегда будут равнозначны. У кого-то выйдет «Лолита» или «Хазарский словарь», у кого-то — «Приключения Эраста Фандорина» или «Код да Винчи».

 
# Вопрос-Ответ