В погоне за северным сиянием

fa3f564a68d2e3ddc952a5f986c95d77.jpeg

— Погода в Мурманске хорошая, минус 32, — сказал пассажирам авиарейса капитан корабля, направляя на посадку самолет Москва-Мурманск. Не знаю, что в его понимании хорошая погода, но за окном не было видно ничего — только снег, туман и ветер. Приземлились, вышли из крохотного аэропорта, скорее напоминавшего пригородный вокзал, вдохнули все минус 32 градуса. Кроме того, в три часа дня было уже темно. Но об этом позже.




Но мы ребята не промах, продумали все до мелочей. Зашли в Макдональдс, к слову сказать, самый северный в мире и стали переодеваться: колготки, джинсы, лыжные штаны, два свитера, угги. Хихикаем параллельно над тем, как мы нелепо, наверное, со стороны выглядим. А рядом сидят девушки в юбках, тонких колготках и сапожках: точно местные.




Утеплились и отправились в путь. Город нас поразил до глубины души. Морской, где-то строгий, холодный, обжигающий, и вместе с этим очень теплый и гостеприимный.
Времени у нас в обрез — ведь основная цель нашего путешествия еще впереди. Мы решили прокатиться на такси. Не прогадали.
- Как же вы живете в такой темноте! Это всю зиму у вас так? — Спросили мы водителя.
-Да, это действительно очень тяжело. Как физически, так и эмоционально. Это называется «Полярная ночь», и она длится с начала декабря по середину января. Солнце не встает из-за горизонта вообще и город находится во мраке почти 24 часа. Солнечного света не хватает совсем. Но летом все меняется кардинально наоборот. Наступает «Полярный день». Когда солнце не садится за горизонт. И в городе всегда светло. Это, знаете, тоже не очень-то легко. Засыпать, когда в окно вовсю светит солнце. И так почти все лето: с мая по август.
Нам было очень интересно разговаривать с таким приятным и общительным таксистом, но, как я уже говорила, времени было в обрез.
Телефон, конечно, разряжается моментально. Но в те моменты, когда я его отогревала, подозрительно названивал какой-то незнакомый номер. Удалось, наконец, подойти. Оказалось, это сын хозяйки, у которой мы собирались остановиться на ночлег. Говорит, мол, подарки хочет передать. Мы были поражены. Зачем незнакомым людям напрягаться, подстраивать свои планы и что-то там передавать! Передал брелки из оленьего рога — настоящий мурманский сувенир. Мы были очень приятно растроганы. Рассказал, что посмотреть, как добраться и где поужинать. Запомнили, попрощались, поехали дальше гулять по городу.
Очень приятные чувства вызвал памятник “Ждущая”. Трогательный. Хотя, как оказалось, мурманчане считают иначе.




Конечно, впечатлил и памятник “Алёша” — огромная статуя, посвященная Защитникам Советского Заполярья в годы Великой Отечественной войны. Там мы и отогревали наши телефоны — на Вечном огне.




Хороша была и прогулка до Ледокола «Ленин». К сожалению, было слишком поздно для того, чтобы зайти внутрь, но мы сумели оценить его мощь и снаружи тоже.
Все. Пора в Териберку. Зачем, собственно, нам нужно было ехать в Териберку.
Мы понадеялись на удачу и случай. Были уверены, что нам повезет увидеть Северное сияние. По дороге в Териберку мы взахлеб обсуждали сияние, хотя все небо было окутано тучами. Ничего, мы надежду не теряем. С таксистом нам снова повезло.
- Вы что, серьезно поехали в Заполярье, чтобы посмотреть на Северное сияние?
- Да! — Хором отвечаем мы — Неужели вы им не любуетесь?
- В детстве я, конечно, очень любил поглазеть на сияние. Но сейчас даже и не обращаю внимание. Бывает, подниму голову, о, зеленоватый свет, да и все. Дальше еду. Не ощущаю никакого восторга — это стало чем-то повседневным.
Для нас это, конечно, шок. Это же что-то из ряда вон, как же можно к этому равнодушно относиться!
Северные люди, что с них взять. Для нас Красная Площадь — это что-то обычное, а для них, вон, Северное сияние.
После заснеженной и изнурительной дороги мы, наконец, приезжаем в Териберку.




Тьма. Несколько домов. Несколько фонарей. Гладкий, нетронутый никем снег. И где-то там за горизонтом — Северный Ледовитый океан. Все.
Заселились в очень уютную квартиру, поговорили с хозяйкой, она нам рассказала о местах, которые можно посетить в Териберке, добавила, что вчера, мол, накануне нашего приезда было великолепное Северное сияние. Мы с уверенностью в голосе заявили, что не теряем надежды. Она одернула полупрозрачную занавеску, посмотрела на мутное облачное небо, усмехнулась и сказала: Ну, не теряйте.




Выпив бутылку подаренного хозяйкой шампанского, было решено пойти на океан. С коньячком, конечно же, холод — страшный. Да и медведями нас напугали, а с коньячком медведи не так страшны.




Шли мы по глубоким сугробам, спотыкались, проваливались в снег — не видно же ничего, но услышав звук прибоя, мы поняли, что пришли к цели.
О, о-о-о-океан. Ни-че-го не видно, зато слышно. Да и на вкус он соленый — все как надо.
Северного сияния мы так и не увидели, хотя на следующий день женщина из гостиницы сказала, что некому китайцу повезло. А нам нет, ну и ладно. Отправились мы на прогулку по Териберке, встав в 10 утра. Мы знали, что у нас есть всего несколько часов — Полярная ночь же — и поэтому не особо копаясь, зашли в единственный магазин по дороге, купили пару булочек, воду и отправились в путь.




Из достопримечательностей мы знали только про Рыбный завод, который с недавнего времени стал гостиницей, про Кладбище заброшенных кораблей и про само побережье Баренцева моря (нам больше нравилось называть его океаном).




- Ребята, если вы увидите кита, скажите мне! — попросила я, посмотрела налево и.. кит! Это реально кит! Не очень большой, не выпрыгивает как в фильмах, выпуская огромный фонтан, но черный, длинный, с плавником: наверное, касатка.
Я увидела настоящего кита.




Дальше мы держали путь до Кладбища затонувших кораблей. Название-то какое! Жюль Верн — не иначе.




Оказалось оно не столь масштабным, как мы думали, но все равно впечатляющим: ведь такого мы ранее нигде не видели.




А там и деревня стала появляться на горизонте.
-Мы блин в Заполярье! — Время от времени каждый из нас вспоминал о том, куда же нас занесло.




Домик за домиком, крыша за крышей стали появляться маленькие, деревянные, обветшалые дома. Под огромным слоем снега. Ощущение, что здесь не жил никто как минимум лет десять. Все порушенное, заброшенное.




Но наряду с крышами мы увидели, так называемую, турбазу, о которой нам рассказали повстречавшиеся на пути спортсмены. И там же было кафе — единственное в Териберке. Конечно, мы решили зайти и погреться. Турбаза вскоре закрывалась, поэтому нам удалось съесть только по тарелке солянки, но и она нам показалась манной небесной, ведь до того мы ели только какие-то булки.




Я помню свои ощущения. Несколько столов. Очень вежливые, очень доброжелательные люди. Горячий суп. Мы — единственные посетители. Огромное панорамное окно с видом на открытый океан. И я смотрю туда в надежде увидеть кита хотя бы еще один раз.
Темнело: полярная ночь нас настигала. И мы пошли обратно за вещами, чтобы возвращаться обратно в Мурманск, а по дороге решили зайти на Рыбный завод. Когда мы до него дошли, то обрадовались, что жили все же не там. Нет, он уютный и очень миловидный, но ничего особенного. Никакой таинственности, которую ждали мы.
Все. На Мурманск. По дороге мы смотрели в окно в ожидании и с надеждой все же застать Северное сияние. Не, слишком облачно. Проходит около получаса и тут мы видим одну звезду. Вторую. Десятую. Все небо заполнилось звездами. Наконец-то мороз! Ну давай, Заполярье, нам же должно повезти! Мы попросили таксиста время от времени останавливаться на перекур и чуть ли не молились, чтобы хоть зеленая полосочка появилась на небе. Таксист по-доброму усмехался: Ишь какая невидаль, Северное сияние это.

Так и не увидели. Но совершенно не расстроились. Потому что Заполярье и красоты природы нас поразили даже без него. Ничего, в следующий раз нам обязательно повезет.