Тян-Шань в имени

«Будучи еще маленьким мальчиком, я совершал свои первые экскурсии в природу, «путешествуя» по нашему имению. Мне казалось, что я открыл на окраине нашего поместья местность, никем не виданную и никому не доступную, но превосходящую красотою своей природы всё, что я когда-либо видел до своего десятилетнего возраста... Всё это уносило меня, одинокого и безотрадного, в какой-то чудный поэтический мир, которого двери мне были впервые широко открыты»…

Эти строчки спустя долгие годы напишет в своих мемуарах Пётр Петрович Семенов-Тян-Шанский – выдающийся русский географ второй половины XIX века, вице-председатель Императорского Русского географического общества, президент Русского энтомологического общества, Почётный член Императорской Академии наук и Академии художеств, сенатор крестьянского департамента Правительствующего сената, член Государственного совета, Русского горного общества, всех Российских университетов.



Ему – первому из европейцев – принадлежит честь исследования почти неизвестного до того времени Тян-Шаня. Своими путешествиями и открытиями он положил начало славной эпохе научного завоевания русскими учёными Центральной Азии. Он вошёл в число выдающихся учёных не только как первый исследователь горной страны Тянь-Шаня, но и как крупный натуралист, как статистик и экономист, как блестящий организатор и вдохновитель многочисленных экспедиций. При всей исключительной разносторонности своих интересов Пётр Петрович неизменно служил географии, которая была его истинным призванием.

«Наука есть общечеловеческое достояние, и научные идеи, где бы они ни возникали, принадлежат всему человечеству. Национальность же науки заключается именно в том, чтобы она проникала в жизнь народную, делалась для нее не мёртвым символом, а пластическим началом. Это необходимо потому, что наука в наш реальный век уже не есть туманное отвлечение схоластических умов; она есть самопознание, познание окружающих предметов и сил природы, умение подчинить их своей власти, употребить их для нужд своих и потребностей. Без нее невозможен не только умственный прогресс поколений, но даже и успех материального их благосостояния» (Из записок П.П. Семенова-Тян-Шанского).



Приставка Тян-Шанский появилась в его фамилии достаточно поздно. Он родился в семье рязанского помещика. Лишившись отца, когда ему было всего пять лет, мальчик долгие годы оставался в имении со своей больной матерью. Единственным развлечением для него служили природа и книги. Пётр серьезно занялся ботаникой. Он читал и перечитывал все садовые книги, которые были в домашней библиотеке, и попутно заинтересовался и животным миром. Зимой он весь день занимался чтением. К тринадцати годам он изучил Тредьяковского, Державина, Ломоносова, Дмитриева, Хемницера, Озерова, Богдановича, а Пушкина и Крылова знал почти наизусть.

«Работа путешественников и местных наблюдателей - это первоначальное производство всех основных данных, служащих полному географическому познанию страны. Для производства подобных данных от местных наблюдателей и исследователей требуется особая подготовка по какой-нибудь из специальностей, входящих в цикл географических наук, или, по крайней мере, большая наблюдательность, а также способность и навык в собирании сведений по данному предмету, а от путешественника еще, сверх того, мужество, отвага, находчивость и способность переносить лишения» (Из записок П.П.  Семенова-Тян-Шанского).



Пройдя с помощью приглашённого воспитателя подготовительную школу, Семенов поступил в Петербургский университет, где, прослушав цикл естественных наук и сдав кандидатский экзамен, уже к весне 1848-го завершил свое университетское образование. С этого-то времени и наступает период его обширной научной и общественной деятельности, давшей громадные результаты в области географического изучения нашей родины и сопредельных стран. В феврале 1849-го он избирается в действительные члены Русского географического общества, в котором он непрерывно проработал 65 лет, а последние десятилетия Семенов был руководителем всей его работы.

Именно так называемый «Семёновский» период истории общества является одним из самых ярких и плодотворных периодов в развитии русской географии. Одно из важнейших поручений Общества было связано с переводом выдающегося по тому времени сочинения известного географа Риттера «Землеведение Азии». Эта работа дала Семенову исчерпывающее знакомство с научной литературой по Азии и возбудила в нем глубокий интерес к изучению азиатских стран, и в особенности к загадочному Тянь-Шаню, куда еще не ступала нога европейского путешественника, и который был известен только по скудным китайским источникам.

«Ни однообразная Сибирская низменность, от Северного океана до Иртыша и от Урала до Алтая, лишённая всякого рельефа и не представляющая на неизмеримом своем пространстве никаких горных поднятий или выходов твёрдых пород, ни верная одному и тому же типу область сибирских киргизов от Иртыша до Чу и от Ишима до Балхаша, богатая только невысокими горными поднятиями, далеко не достигающими пределов вечного снега, не могут остановить на себе особенного внимания географа и геолога-путешественника» (Из записок П.П. Семенова-Тян-Шанского).



В начале мая 1856-го Пётр Петрович отправляется в задуманную им экспедицию в Тянь-Шань. Из Петербурга до Москвы он едет по железной дороге, дальше на лошадях – через Нижний Новгород, Казань, Екатеринбург в Омск. Отсюда через Барнаул, Семипалатинск он направляется в город Верный (ныне Алма-Ата). Отсюда и началось его путешествие вглубь Тянь-Шаня. С берегов Иссык-Куля он, первый из европейцев, увидел величественную панораму таинственного края. После зимовки Семёнов вновь отправился в горы. Он пересек по скалистым долинам северную цепь Терской Алатау и проник к истокам Нарыма. Позже он совершает трудное восхождение в самое сердце Небесных гор, на водораздельный перевал между озером Балхаш на западе и Лоб-нор на востоке. Таким образом, Семёнов первым из европейских исследователей вступил на склоны величественного Хан-Тенгри. Путешествие Петра Петровича Семёнова в Тянь-Шань увенчалось крупнейшими научными открытиями. Одним из них было доказательство отсутствия там действующих вулканов, существование которых утверждалось авторитетом Гумбольдта.

«Пробыв на вершине около часа, уже в непроглядном тумане мы начали спускаться по крутому гранитному северо-западному скату, на котором около широких снежных полос роскошно цвели высокие альпийские травы: розовая кортуза Cortusa matthioli и нежно белая ветреница (Anemone narcissiflora), очирок Sedum elongatum, горечавки Gentiana altaica и другие специально алтайские и альпийские растения. Западный ветер дул с необыкновенной силой, и, начиная от половины спуска, полил проливной дождь с градом, так, что когда мы часа через два доехали до выхода Громотухи из её ущелья и сели в экипаж, то уже промокли до костей» (Из записок П.П. Семенова-Тян-Шанского).



Семёновым впервые была установлена высота снежной линии в Небесном хребте, которую он определил от 11000 до 11500 футов. Наряду с этими открытиями он впервые дал отчётливую картину морфологии, тектонического строения, стратиграфии и геологического состава горных цепей. Кроме того, им были собраны прекрасная геологическая коллекция, обширный гербарий, коллекция насекомых и моллюсков и большой этнографический материал. Осенью 1857-го учёный-географ возвратился в Барнаул, чтобы отсюда вернуться в Петербург.

«Я нашёл генерала Гасфорта сильно постаревшим и упавшим духом со времени его поездки на коронацию Александра II. Там на него мало обратили внимания, в столицах никому не было дела до Заилийского края. При разговорах со мной и при моих рассказах о Тянь-Шане старик совершенно оживился и быстро перешёл к таившимся в его душе стремлениям. Он видел, что его заботы о правильно понимаемых политических интересах и выгодах отечества находили себе живую и компетентную оценку. Я заметил, что, по моему мнению, совершенно необходимо дать этому краю прочные и неуязвимые границы, а для этого нужно немедленно принять в подданство богинцев, а за ними и сарыбагишей, которые, очутившись в том же критическом положении, как и богинцы, между молотом и наковальней, не далее как года через два будут так же настойчиво проситься в русское подданство. Таким образом государственная русская граница, захватив весь бассейн Иссык-Куля, будет опираться на снежный гребень Тянь-Шаня, а ключ, замыкающий доступ в Заилийский край, уже легко будут найти занятием укреплённого пункта в Чуйской долине» (Из записок П.П. Семенова-Тян-Шанского).



Громадные результаты путешествия Петра Петровича дали ему полное право на наименование его со всем нисходящим потомством "Семёновым-Тян-Шанским", что было установлено законом в 1906 г. в ознаменование 50-летия со времени путешествия в эти места.


* * *

В программе использованы подлинные архивные очерки и Труды экспедиций Русского географического общества

Программа создана при поддержке Русского географического общества