• Архив

    «   Декабрь 2016   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2 3 4
    5 6 7 8 9 10 11
    12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25
    26 27 28 29 30 31  

7 фактов из истории Мариинского театра

В начале мая в Санкт-Петербурге откроется новая сцена Мариинского театра. Составить представление о том, каким будет новое здание можно на сайте Мариинки. А пока мы дожидаемся открытия новой сцены, чтобы сравнить ожидания с реальностью, вспомним некоторые факты об историческом здании.

Мариинский театр до реконструкции 1885 года

1. Свой первый спектакль Мариинский театр дал 2 октября 1860 года. Это была опера Михаила Глинки «Жизнь за царя». Раньше на месте Мариинки находился другой театр – Театр-цирк. Он был открыт в 1849 году, но через десять лет сгорел. И у Театра-цирка, и у исторического здания Мариинки один создатель – архитектор Альберто Кавос.

Фото: В.Барановский

2. Официальной эмблемой Мариинского театра считается его занавес. Он выполнен Александром Головиным в 1914 году. Занавес сочетает в себе сразу две художественные техники (живопись и аппликация) и повторяет рисунок шлейфа платья императрицы Марии Александровны, супруги Александра II. Именно в честь театр получил свое имя - Мариинский.

3. Имя выдающегося художника Александра Головина носит зал, который расположен под самой крышей Мариинки - там создаются «мягкие» декорации к спектаклям. Это одно из самых легендарных мест в театре. Именно в этом зале Головин писал знаменитый портрет Шаляпина в костюме Бориса Годунова. Там же произошла ссора двух поэтов, Максимилиана Волошина и Николая Гумилёва, которая закончилась знаменитой дуэлью.
А кресло, о которое опирается Головин на портрете работы художника Яковлева (висит в фойе третьего яруса театра) хранится в Мариинке до сих пор.

4. Почти век оркестровая яма была задвинута под авансцену. Гидравлические подъемники – чтобы пол ямы мог подниматься и опускаться – смонтировали только в 1970-х годах. Когда старинный пол оркестровой ямы вскрыли во время реконструкции, под ним обнаружился слой битого хрусталя. Строители выгребли его лопатами, так и не разобравшись, для чего он нужен. Назначение хрусталя выяснилось во время ближайших спектаклей. Оказывается, в ХIХ веке зодчие использовали его, чтобы улучшить акустику зала.
Кстати, считается, что слушать оперу предпочтительней на третьем ярусе (здесь лучше акустика), а смотреть балет - в бельэтаже (на этом уровне хорошо виден рисунок танца)

Фото: Н.Разина

5. Когда-то во главе царской ложи была расположена монограмма: сочетание первых букв имен Марии Александровны и Александра II. С приходом советской власти монограмму сменил серп и молот (а сам театр в 1934 году был переименован в Ленинградский государственный академический театр оперы и балета имени Кирова). В 1992 году Маринке вернули прежнее имя и имперскую символику.
В царской ложе императорская семья сидела только в особых случаях. Например, во время официальных визитов иностранных гостей или на праздничных гала-представлениях. Гораздо больше коронованные особы ценили семейную царскую ложу, которая находится напротив ложи директора театра.
Сегодня билет в царскую ложу можно легко купить (если места не зарезервированы за правительственными делегациями). Попасть в семейную и директорские ложи можно только по контрамаркам.
В стене семейной царской ложи есть потайная дверь, которая ведет прямо на «женскую сторону», то есть за кулисы, где расположены гримерные солисток. Считается, что через этот вход царственные особы после представления входили поприветствовать понравившихся балерин. По преданию, таким способом будущий император Николай II навещал балерину Матильду Кшесинскую.

Фото: В.Барановский

6. Вес бронзовой трехъярусной люстры, которая висит в центре зрительного зала, – 2,5 тонны. Она состоит из 210 лампочек и 23000 хрустальных подвесок.
Живописный плафон выполнен по эскизам живописца Козрое Дузи. На плафоне изображены танцующие нимфы и амуры, а окружают его 12 портретов великих русских драматургов XVIII и XIX веков. Лица Фонвизина, Гоголя, Островского напоминают зрителям о том, что изначально Мариинка задумывалась как сцена и для оперной, и для драматической трупп Императорского театра.

7. За сценой находится колокол - «почетный артист» Мариинки, который играет в операх «Хованщина» и «Борис Годунов». Возраст колокола – около 200 лет. Но в театре он появился в 1930-х. По легенде, в годы борьбы с религией он был сброшен с одной из городских церквей и брошен в Крюков канал. Там он пролежал несколько лет, пока его не извлекли и не передали в дар театру.

Бремен и его музыканты

Популярность отечественного мультфильма-мюзикла по мотивам сказки братьев Гримм изрядно портит нашим соотечественникам впечатление от этого немецкого города

Читать подробнее...

Фото:

Одна Голгофа на двоих

В судьбах Николая Гоголя и Михаила Булгакова было немало схожего. Удивительным образом они оказались связаны и после смерти

Читать подробнее...

Фото:

День космических атак

Траектория движения 2012 DA14. NASA

Ученые пока расходятся во мнениях, связан ли "челябинский" метеорит с пролетом мимо Земли астероида 2012 DA14. Но интерес к предстоящему событию оказался изрядно подогрет.
Сегодня ночью астероид окажется на минимальном расстоянии от нашей планеты - около 23-30 по Москве он пролетит в 27,7 тысячи километров от Земли.
Астероид невелик - около 45 метров в диаметре. Впрочем, при массе 130 тысяч тонн, угоди он в атмосферу нашей планеты, взрыв был бы сравним с падением Тунгусского метеорита. Но ученые заверяют, что беспокоиться нечего.
Примерно с 23.30 по Москве астероид начнет двигаться в небе через созвездие Дракона, затем - через Большую Медведицу. В районе Москвы его лучше всего будет видно около полуночи. Но - только в бинокль или телескоп. И подальше от городских огней.
Поэтому пролет астероида 2012 DA14 проще будет наблюдать в интернете.
Например, здесь: http://www.slooh.com/
Или здесь: http://www.clayobservatory.org/
Или здесь НАСА: http://www.nasa.gov/

Ну и на всякий случай, напомню, как выглядел взрыв метеорита над Челябинском. Кстати, редкое видео, обошедшееся без матерных комментариев.

http://www.youtube.com/watch?v=4ZxXYscmgRg
Загрузка плеера

Уроки чистописания

Брюссель. Фото: dj.tal.soul

Одни называют их вандалами, другие - считают последними настоящими некоммерческими художниками. Сами они предпочитают именовать себя «райтерами» - «писателями». Хотя они не пишут истории – они в них регулярно влипают, когда патруль застает их на «боевом посту».
Обыватель, поутру обнаруживший на соседнем заборе очередное граффити, непременно задастся вопросом: зачем? Не находит ответа. Просто в этом мире есть люди, которым не дает покоя унылая серость мегаполиса. Они пытаются на свой вкус раскрасить если не весь мир, то хотя бы маленький его кусочек.

Сан-Франциско. Фото: Franco Folini - San Francisco2

Стены сами по себе – вызов человечности. Они требуют заполнения, пятна, украшения. Ведь глухой забор или стена – идеальный символ равнодушия, отчуждения. Они воспринимались так задолго до того, как Pink Floyd выпустили свой опус, восточный Берлин отмежевался от своей западной половинки, и даже раньше, чем китайцы попытались отгородиться от северных кочевников нелепо гигантским сооружением. Собственно, в тот день, когда какой-то пращур Ле Корбюзье возвел первый в истории дом, собравшиеся посмотреть на творение зеваки нутром почуяли: что-то тут не так… Прошли тысячелетия – и в древности в Месопотамии не жалели сил, украшая изразцами крепостные стены.
Но еще одна давняя страсть человечества – воевать - не ведала преград. Замаявшись не то что украшать, но вообще отстраивать заново стены, обитатели городов предпочли психологическому комфорту практичность толстой крепостной стены без всяческих художественных излишеств.
Но свято место пусто не бывает: голая поверхность немедленно выявила другую человеческую слабость – жажду бессмертия. Не способный задержаться в этом мире хоть сколько-нибудь надолго человек издавна стремился оставить в памяти потомков хотя бы имя. Вести легионы на завоевание мира способны немногие, изобрести велосипед – тем более. Зато начертать свое имя на стене способен каждый, разумеющий грамоту.
Сложно сказать, какое имя носил тот первый «Вася», который «здесь был». Но компанию ему составляли многие. Лорд Байрон развлекался так, прохлаждаясь в казематах Шильонского замка, российские императоры – скучая в Зимнем дворце. Да и более могущественные фигуры норовили что-нибудь начертать на стене – если не Свое Имя, так глубокомысленную сентенцию: вспомним загадочные слова «Мене Текел Фарес», обозначившие приговор вавилонскому властителю Валтасару.

Маастрихт, Нидерданды. Фото: loop_oh

Едва ли те подростки, что вошли в историю как первые авторы граффити, думали, что продолжают божественную традицию. Это сейчас отдельные эрудиты любят припомнить отрывочек из песни Саймона и Гарфанкеля конца 60-х годов: «И слова пророков написаны на стенах подземки». Увы, эта грубая лесть адресовалась вовсе не легендарным родоначальникам граффити вроде Taki-183 или Cornbread. Певцы имели в виду не подростков, чиркающих свое прозвище, где ни попадя. В песне речь идет всего-навсего о наборе благоглупостей (вроде призывов заниматься «любовью, а не войной»), которыми метила стены хипующая молодежь.
Граффити оказалось связано совсем с другой субкультурой, каковая, за неимением в конце 60-х канала MTV, прозябала на задворках неблагополучных кварталов…
Хип-хоп по происхождению своему - гангстерская субкультура. И первыми граффити, по большому счету, надо считать именно что участников молодежных банд из неблагополучных кварталов. Задолго до Taki-183 они метили аэрозольными красками границы своей территории. Но этот факт самозванные историки граффити предпочитают игнорировать. Равно как и то, что и в наши дни примерно десятая часть американских граффити – все те же гангстерские метки.
Впрочем, и сами граффити находятся вне закона - так же, как торговля дурью или рэкет. Разве что сроки за вандализм дают поменьше. И то не всегда – в Англии был прецедент, когда одного «писателя» суд упек за решетку на пять лет.

Брайтон, Великобритания. Фото: Dominic's pics

Определимся в терминах: граффити – это не сюжетные рисунки, а текст, буквы. Большинство уличных мастеров никогда не станут именовать себя художниками. Они обозначат себя как именно что как «писатель» (райтер). Граффити не хочет отрываться от корней: ведь жанр родился из «тэгов» – стилизованных автографов. Да и сейчас всякий начинающий писатель постигает азы мастерства именно в качестве «тэгера». Как пишет Генри Чэлфант в книге «Subway Art», считающейся Библией райтеров: «Лучшая учеба здесь – это повторение. Ты должен еще раз пройти всю историю искусства граффити. От простого – к сложному».
Существует множество стилей, выбирай на вкус: от простых в исполнении и легко читаемых шрифтов до сложного нагромождения причудливых форм. От шедевров, авторов которых дружески похлопал бы по плечу создатель шрифта Times, до воплощенного ночного кошмара. Высший класс – это придумать свой уникальный, ни на кого не похожий почерк.
Непосвященному наблюдателю набор символов на стене может показаться полнейшей абракадаброй – особенно если это аббревиатура, ставшая названием команды граффитистов, «крю». Но райтеры, влюбленные в буквы подобно гоголевскому Акакию Акакиевичу, полагают сюжетный рисунок занятием куда более простым и примитивным. Они свысока смотрят на коллег, предпочитающих рисование чистописанию. Им не требуется сама картина – довольно одной лишь подписи, автографа, факсимиле.
Максимум на что может согласиться райтер – на создание «пьес» (от английского masterpiece). Но это оказывается вывернутый наизнанку комикс, в котором текст, буквы - важнее персонажа. Быть может, это своего рода защитная реакция, стремление не потерять свою уникальность, отличие от других жанров.
А чем же тогда заняты знаментитый Бэнкси и прочие его коллеги, создающие на городских стенах картины? С точки зрения райтера, их работы это «кэрэкс» (от английского character). Или, если угодно, стрит-арт. Но - не граффити.

Доссенхайм, Германия. Фото: woozie2010

Большую часть истории граффити его адептам приходилось с банками аэрозолей наперевес устраивать налеты на депо подземки или тайком по ночам спреить стены. Городские власти в любой стране ведут непримиримую борьбу с уличными художниками.
И тут уж без подмоги никак: пока одни расходуют краску, другие следят, чтобы охрана не появилась. А то и конкуренты, надеющиеся предаться творчеству в том же самом месте.
Тем более что с 1970-х в среде граффитистов разгорелась форменная «война стилей». Способ ведения боевых действий был незамысловатым: собственная картинка или надпись наносилась поверх работы конкурента. «Сross out» («вычеркивать») пару десятилетий был модным развлечением.
Разумеется, пострадавшие не желали мириться с эдаким хамством, и в прямом смысле слова сражались за свои труды. А за что бы ни бились группы молодых людей – за право ухаживать за барышнями на определенной территории, за любимую футбольную команду или за свои рисунки – они непременно приобретают черты банды (Родись граффити не в Америке, а в России, его адепты должны были бы оказаться аудиторией «русского шансона». Впрочем, именно потому, что отечественная криминальная субкультура такова, какова она есть, граффити родилось за тридевять земель – и довольно медленно приживалось на нашей почве.)
Сейчас cross out считается недопустимым для настоящих мастеров. Вообще, этика граффити стала много строже, чем в былые лихие годы. Старшие товарищи теперь склонны читать молодым нотации: «Не расписывай дома, представляющие культурную ценность, и вообще, не рисуй на жилых домах – не навязывай людям свое мировоззрение, не пиши на работах других райтеров, на надгробиях: роспись мемориальных стен и машин – это смерть!»
Во многих западных мегаполисах райтерам отводят ныне так называемые «законные» стены и дворы (до властей в какой-то момент дошло, что погасить творческие порывы молодых невозможно, проще хоть в чем-то пойти им навстречу). Но стен для легального граффити на всех желающих не хватает. Как известно, накормить несколько тысяч голодных пятью хлебами удалось пока лишь один раз в истории.

Ньюкасл, граффити на "разрешенных" досках. Фото: apwbATTACK

Еще в 70-е американский социолог Хьюго Мартинез решил, что исследования субкультуры граффити приносят не так много денег, как торговля произведениями. Он основал организацию «United Graffiti Artists», куда вовлек наиболее талантливых - с его точки зрения - молодых людей, разрисовывавших вагоны подземки. Мартинез вывел их из андеграунда: открытая им галерея «Razor» оказалась весьма успешным предприятием. Вскоре по миру покатилась эпидемия создания подобных же галерей, а то и просто салонов, куда могут обратиться и потенциальные заказчики, и художники с образцами своего творчества. Сейчас гражданам, желающим украсить стенку своего гаража или интерьер магазина, стало еще проще найти исполнителя: каждая уважающая себя команда имеет сайт.
Наверняка в большинстве своем клиенты Мартинеза из числа райтеров были довольны. Однако сам факт появления граффити в галереях - стал началом конца...
Желание превратить хобби в профессию вполне естественно. И тот факт, что все большему числу райтеров это удается, означает, что когда-нибудь – и довольно скоро - субкультура превратится в еще одну разновидность легального ремесла.
Впрочем, пока еще далеко не все граффитисты предпочитают продавать вдохновение. Они зарабатывают на жизнь «смежной» работой в рекламе, компьютерном дизайне, что не мешает им время от времени отправиться выводить замысловатые слова аэрозолем на стене.

Белфаст, "стена мира". Фото: photographphil

Понятно, что биться за чистоту жанра, за его некоммерческую направленность бессмысленно. И скорей всего, время райтеров, презирающих «кэрэкс», неизбежно уйдет. Заказчика мало волнуют поиски святого Грааля самосовершенствования – ему рисунки интересней шрифтовых изысков. Не так уж много сыщется маньяков, готовых раскошелится на украшение стены своего коттеджа гигантским автографом уличного художника. Картинка - совсем другое дело. Собственно, успех уличных художников, вполне конвертируемый в деньги – явное тому доказательство.
И, кстати, пока в истории зафиксированы только два случая легализации нарисованного без соизволения властей «граффити» (да, бороться за точность в терминологии тоже, похоже, бессмысленно). Оба случая – на совести культового британского художника Бэнкси. Его работа на стене клиники сексуального здоровья для молодых людей получила право на существование благодаря городскому совету Бристоля и горожанам. 97 % опрошенных бристольцев посчитали, что смешной рисунок оказался к месту (на картинке был изображен обнаженный любовник, болтающийся за окном, из которого выглядывает некстати вернувшийся домой муж). Вторая картинка – горничная, заметающая мусор под ковер – украшает пейзаж лондонского пригорода Кэмдон…

Бристоль. Работа Бэнкси нравится далеко не всем: в нее периодически кидают краску. Фото: Z Andrei

Дикая природа в центре Москвы

Dmitry Balakirev

Целый месяц — с 18 января по 17 февраля - в Центральном доме художника будет проходить Московский международный Фестиваль дикой природы «Золотая Черепаха»

Oscar Dewhurst

Начавшаяся в 2006 году как конкурс фотографий, «Золотая черепаха» всего за семь лет выросла в полномасштабный фестиваль Причем — не только столичный: в прошлом году турне охватило 25 городов России, а число посетителей достигло 2 миллионов. Это один из крупнейших экологических фестивалей в мире.

Godeny Csaba

На «Золотой черепахе» демонстрируются не только лучшие фотоработы, посвященные природе, но и кинофильмы и телепередачи, рассказывается о различных природоохранных инициативах и экологических движениях.

David GREYO

В рамках Фестиваля проводятся различные семинары и мастер-классы, на которых обсуждаются особенности съемки дикой природы, ведутся дискуссии о правилах и этике взаимодействия с природой и особо охраняемыми территориями.

Sergey Belykh

На Фестивале представлены различные проекты общественных организаций и всемирных экологических фондов. В специальных зонах партнеров Фестиваля представлены природоохранные проекты и экологические инициативы крупнейших компаний мира.

Jasper Doest

Неудержимая тяга к печатному слову

TRACEY P (CC-BY)

Книжные воры появились лишь немногим позже изобретения письменности – как только человек догадался, что с помощью начертания знаков можно не только вести учет поголовья скота и мер припасенного зерна, но и записывать мысли и рассказывать истории.
Кто был первым книжным вором, и что именно он украл – папирус, глиняную табличку или что иное – мы никогда не узнаем. Но история Древнего мира сохранила немало примеров чересчур сильной тяги к рукописному слову.
Библиотека понтийского царя Митридата после того, как тот был разгромлен римскими войсками, была перевезена в колонию Тускулум. Там ею могли воспользоваться все желающие. Не прошло и нескольких лет, как от гигантской по тем временам коллекции рукописей ничего не осталось. А Цицерон жаловался на ученого раба Дионисия, который, мол, украл несколько редких рукописей из личной библиотеки знаменитого оратора…

И все же настоящий размах книжное воровство приобрело в Средневековье. На инкунабулах делались грозные надписи об ожидающих похитителя адских муках, тома приковывали цепями к библиотечным шкафам или полкам… Ничего не помогало.
Причем на протяжение многих веков тащили книги в первую очередь не преступники-профессионалы, а святые отцы. Например, лютеранский проповедник Матиас Флациус (1520-1575), выдающийся историк немецкой Реформации, ходил по монастырям, переодевшись монахом, чтобы красть из библиотек – если не книги целиком, так хоть отдельные части, вплоть до отдельных страниц.
Кардинал Памфили был застигнут на месте преступления в одной из французских церковных библиотек. Он столь страстно доказывал свою невиновность, что украденная им книга вывалилась из складок мантии. И что? А ничего: скандал не помешал Памфили в 1644 году стать папой римским Иннокентием X.
Кардинал Доменико Пассионеи, будучи папским нунцием в швейцарском Люцерне, особенно любил посещать библиотеки. По случаю визита столь важной персоны для очень-очень важного изыскания из библиотеки выгонялись другие посетители – и Пассионеи через окно выбрасывал приглянувшиеся ему книги в руки стоявших наготове лакеев... Подобные деяния в 1755 году привели его… нет, не на галеры - на пост директора библиотеки Ватикана.

Наказания за свои преступления могут избежать лишь богатые да могущественные. А страсть к книгам испытывают не только они… Взять, например, историю испанского монаха Винсенте, послужившего прототипом героя легенды Флобера «Библиомания». Во время так называемой Первой карлистской войны (1833 - 1839 годы) он спас библиотеку своего монастыря от разграбления, предложив мародерам деньги и драгоценности. Позже он покинул монастырь, прихватив с собой библиотеку. Расстрига открыл в Барселоне антикварную лавку, но продавал наименее ценные книги – только для того, чтобы сводить концы с концами и приобретать новые экземпляры. Кончил он плохо: в 1836 году Винсенте убил книжного дельца, перехватившего у него на аукционе инкунабулу издания 1482 года. А последние дни перед казнью ему отравляло сознание того, что добытая ценой крови инкунабула оказалась вовсе не единственным экземпляром.
К этому времени, впрочем, главными книжными ворами давно уже были не священники, а ученые, злоупотреблявшие своим служебным положением...

В 1789 году будущий автор «истории государства Российского» Николай Карамзин увидел в библиотеке курфюрста Дрезденского чрезвычайно древний список трагедии Еврипида. Приобретен он был у известного немецкого профессора филологии Христиана Фридриха Матеи, который некоторое время преподавал в Московском университете. Карамзин хоть и задался риторическим вопросом, откуда Матеи мог взять такую ценность, на этом и успокоился. Лишь 70 лет спустя ответ на карамзинский вопрос был дан: из Московской патриаршей библиотеки. Вместе с еще несколькими десятками ценных книг и рукописей. В русских книгохранилищах конца XVIII века практически не велся учет….А ведь у Матеи была репутация честного человека – он сам неоднократно ловил книжных воров. Видимо, просто «устранял конкурентов».
Но деятельность флорентийского аристократа графа Либри имела еще больший масштаб. Профессор математики (стал им в 20 лет) делал научную карьеру в Париже. В 1841 году обладавший репутацией библиофила граф стал секретарем комиссии по розыску манускриптов в библиотеках Франции. Опять же, отсутствие строгой каталогизации позволяло ему целых шесть лет тащить из подведомственных ему библиотек что ни попадя. Он крал книги и рукописи тысячами, даже открыл собственный аукционный дом... Сгубила его беспечность: Либри не заботился удалять библиотечные штампы с продаваемых им книг…

Деяния Либри и Матеи все же объяснимы: они крали ради наживы. Но среди книжных воров немало людей совсем другого сорта. Например, скромный немецкий пастор Георг Тиниус, который собрал гигантскую библиотеку в 50-60 тысяч томов. Он был арестован в 1813 году и в результате длительного разбирательства приговорён к 12 годам каторжных работ за два убийства с целью грабежа. Деньги были нужны ему… для пополнения коллекции. При этом Тиниус ни за что не смог бы прочитать все собранные им тома, даже если бы захотел. Ему не хватило бы на это целой жизни, даже если бы он мог осилить по 2-3 книги в день!
Но в том-то и дело, что библиоманьяк – такой как Тиниус или монах-расстрига Винсенте - часто вообще не читает книги. Ему достаточно обладания ими.

Жертва праздничных обстоятельств

Каждое Рождество Санта буквально горит на работе



У Санта Клауса – всего один по-настоящему рабочий день в году. Но зато в этот день ему приходится выкладываться по полной: на планете никак не менее 2 миллиардов детей и подростков – всех, кому еще не исполнилось 18 лет. Правда, Санта явно поддерживает отношения лишь с теми, чьи родители исповедуют христианство, да и то – отнюдь не всех конфессий. Но и так их число зашкаливает за 320 миллионов.

Если верить социологам, в мире в среднем на семью приходится 3,5 ребенка. Известно так же, что Санта благоволит только к хорошим детям. Но уж хотя бы один хороший ребенок в доме должен же быть! В общем, Санте придется посетить примерно 92 миллиона домов.

Предположим, что все они равномерно распределены по поверхности планеты. Конечно же, это далеко не так, но для простоты вычислений сделаем такое допущение. Итак, при равномерном распределении домов по поверхности планеты, на выполнение своей ответственной миссии Санта имеет 31 час Рождества - если грамотно использует часовые пояса и вращение Земли.
Ему придется нанести свыше 800 визитов за одну секунду. За столь краткое — чуть более тысячной доли секунды — время ему необходимо припарковать сани, спрыгнуть в дымоход, заполнить подарками чулки (или что там уж будет висеть у камина), проглотить оставленные для него закуски, вернуться по дымоходу назад к саням и рвануть к следующему дому...
Но к черту подробности - важно другое: при равномерном распределении на планете, один дом от другого отделяет 1264 метра, а полный маршрут саней Санты составит 116 миллионов 288 тысяч километров.
Чтобы успеть посетить всех, кого надо, Санта должен мчаться над Землей со скоростью 1040 километров в секунду – примерно в три тысячи раз быстрее звука. Для сравнения: ракета, выносившая в космос исследовательский межзвездный корабль "Улисс", набирала всего-то 43,8 километров в секунду, а северный олень преодолевает за час 24 километра.

Даже если каждый ребенок не получит ничего более существенного, чем средних размеров набор Lego (примерно 900 граммов), груз в санях потянет на 800 с лишним тысяч тонн. На этом фоне сам Санта, страдающий, как известно, некоторым излишком веса, оказывается пренебрежимо малой величиной.
На земле обычный северный олень может утянуть не больше 130 килограммов. Допустим, что летающий олень несколько мощней своего приземленного родича и может нести в десять раз более тяжелый груз. Но и тогда мы никак не обойдемся 8 или даже 9 оленями, как это рисуют нам художники. Санте потребуется свыше 600 тысяч оленей повышенной выносливости. Даже если они сами весят не больше обыкновенных, общий вес экипажа Санты все равно сильно зашкалит уже за миллион тонн.



Столь массивный объект, несущийся в атмосфере со скоростью 1040 километров в в секунду, встречает, конечно же, огромное сопротивление воздуха, и ведущая пара оленей должна разогреваться круче, чем посадочный аппарат космического корабля. Короче говоря, вся многотысячная команда оленей испарится за тысячные доли секунды.
Санта, разумеется, тоже. Но к этому моменту ему будет уже все равно: как только олени рванут с места, он испытает перегрузку, которая в десятки тысяч раз превысит силу тяжести…

Вот и гадай, что означает тот факт, что дети все еще получают подарки на Рождество. То ли Санта способен перемещаться в иных измерениях, то ли он един в миллионе лиц.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | ... 11 След.