• Архив

    «   Сентябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Мир без виз. День в Баальбеке и сутки в плену

Баальбек, в античные времена известный как Гелиополис («Город солнца»), без сомнения самый интересный римский город на Ближнем Востоке. Он уже в древности считался одним из чудес света. По мнению многих мистиков здесь и сейчас чувствуется некая духовная субстанция.

В XX веке Баальбек стал печально известен как место базирования боевиков из движения «Хезболлах». Во время гражданской войны в подвалах баальбекских домов держали захваченных в заложники европейцев. Присутствие «Партии Бога» (именно так можно перевести название организации) видно и сейчас.

Буквально на каждом шагу встречаются портреты шейха Насруллы,  желтые флаги с зеленой рукой, сжимающей автомат Калашникова, и портреты шахидов.

Город Солнца

Первое поселение между реками Литани и Ал-Ааси было основано уже в конце III тысячелетия до н.э. Финикийцы построили здесь храм бога Баала, в котором практиковали храмовую проституцию и приносили человеческие жертвоприношения. И для того и для другого требовалось много людей. И они приходили (привлеченные проститутками) или их насильственно привозили (для жертвоприношений) со всех концов Ближнего Востока.

Постепенно вокруг храма Баала возник город. Его и назвали в честь бога Баала – Баальбек (город бога Баала). Позднее Александр Македонский переименовал его в Гелиополис (город Солнца).
В I веке до н.э. В период правления Юлия Цезаря Гелиополис стал римской колонией, а немного позднее - столицей провинции Сирия. Римляне отличались удивительной веротерпимостью. Они не боролись с местными богами, а включали их в свой пантеон — под другими именами. Так бога Баала они просто «переименовали» в Юпитера.

Грандиозный храм Юпитера — поистине одно из чудес света - был построен в 60 г. н.э. во времена императора Нерона. Тогда римляне уже знали о существовании египетских пирамид и храмов Персеполиса. Поэтому они стремились построить что-то еще более грандиозное. Что соответствовало бы мощи и величию не только колонии Сирия, но и всей Римской империи.

Храм строился в период правления императоров Антония Пия (Antonius Pius, 138-161) и Каракаллы — одновременно с дворцовым комплексом и храмом Бахуса. Как именно римляне вырубали гигантские гранитные блоки (весом до 300 тыс. тонн) и — что еще более удивительно — как доставляли эти блоки до сих пор неизвестно. У археологов есть на этот счет разные, подчас чересчур удивительные и даже фантастические гипотезы. От перемещения блоков силой мысли или с использованием вакуума до помощи инопланетян. Вопрос пока так и остается открытым, и каждый, у кого за плечами есть хотя бы школьный курс физики, может выдвигать свои гипотезы.  
При императоре Юстиниане (527-565 гг.) христиане, воспользовавшись тем, что христианство стало в империи государственной религией, начали борьбу с язычеством. Языческие храмы разрушали по всей империи. Не обошла эта участь и храмы Баальбека. Их также стали разбирать на стройматериалы. Так, например, огромные гранитные колонны из храма Юпитера отвезли в Константинополь — там как раз строился собор Святой Софии.
Арабы на месте полуразрушенного храмового комплекса построили крепость. В 1400 году она не смогла устоять под натиском армии Тамерлана. Но значительно больший урон античным сооружениям нанесли частые на Ближнем Востоке землетрясения.

Храмы Юпитера и Бахуса

Колонны храмов Гелиополиса видно издалека. Большая часть из того, что сохранилось до наших дней находится в пределах арабской цитадели. Поднявшись наверх по каменным ступеням, через пропилеи входим в шестиугольный двор с барельефом Юпитера. За ним еще один двор – двор жертвоприношений (134 на 112 м.). В центре этого двора стояла христианская базилика. Но ее разобрали французские археологи, обнажив основание огромного алтаря.

Храм Юпитера построен на величественном основании, длиной 300м. Из 54 колонн храма осталось только 6. И это крупнейшие в мире колонны – высотой 22.9 м. и диаметром 2.2 м. А в основание храма Юпитера были уложены крупнейшие в мире каменные блоки. Самый большой из них, размером 19.5 на 4.3 м., весит 1000 тонн.

Из храма Юпитера прекрасно виден храм Бахуса (есть гипотеза, что он был посвящен Венере/Астарте). Он сохранился значительно лучше, чем храм Юпитера.

По сравнению со своим соседом храм кажется маленьким. Но на самом деле храм Бахуса даже больше, чем знаменитый афинский Парфенон.

Почти все колонны и большая часть антаблемента на месте, на фризе сохранились изображения львов и быков. На потолке изображены римские боги - Марс, Диана, Тихе, Вулкан и Бахус.

А вся торцевая внутренняя стена еще в позапрошлом веке была исписана автографами на греческом и английском языках.

Как нас взяли в плен и сутки не выпускали

Из Баальбека в сторону сирийской границы поехали автостопом. Водитель попутного грузовика попался очень-очень мало говорящий по-английски, но веселый и гостеприимный. На очередном повороте он свернул с шоссе на уходящую куда-то вправо дорогу. Я попытался протестовать: «Нам нужно в Сирию, мы едем на погранпереход». Водитель жестами и словами заверил, что там, куда он нас везет, тоже недалеко сирийская граница. Что же, посмотрим, куда попадем.
Попали в городок Эр-Саль, расположенный на самом деле всего лишь в нескольких километрах от границы Сирии. Водитель грузовика, как оказалось в Сирии бывает регулярно — занимается контрабандой дизтоплива.  И не только он один. Этот прибыльный бизнес, как оказалось, кормит сразу несколько семей в Эр-Сале.
Этот городок лежит в закрытой со всех сторон горами котловине, и его жители всегда чувствовали себя изолированно. За тридцать лет ливанской гражданской войны здесь не было ни одной перестрелки. Большинство жителей городка — мусульмане-сунниты. Они всегда сторонились своих соседей мусульман-шиитов из Баальбека. Поэтому и боевики движения Хезболлах никогда не находили здесь горячего приема.
Нас, наоборот, приняли как самых дорогих гостей и чуть не задушили в объятиях. Первым делом, как и положено на Востоке, гостей накормили до отвала. Потом началась культурная программа. В дом, в котором мы остановились стали приходить соседи, родственники, друзья — чуть ли не пол-города. Потом и нас самих «вывели в свети» - на свадьбу.    
Среди соседей нашлись и русскоговорящие — доктор-сириец, учившийся в Минске, и его жена-белорусска. Они стали нашими переводчиками и проводниками.
Только на следующее утро с большим трудом нам удалось вырваться из крепких объятий гостеприимных контрабандистов.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...  

Мир без виз. Из долины Кадиша в долину Бекаа

Выбравшись наверх из долины Кадиша, мы вернулись назад в Бшари. Но там не задержались, пора ехать дальше. Естественно, опять автостопом — на общественный транспорт здесь надежды нет. Даже сами местные жители так и советуют «поезжайте автостопом» (обычно, местные наоборот уверены, что доехать куда-либо можно только на автобусе или такси). Автостоп здесь замечательный. Долго ждать не приходится, даже нам втроем  (не в каждой машине найдется место сразу для троих попутчиков).  

Кедры — символ Ливана

Первая же попутка подбросила нас от Бшари до заповедника Кедры (водитель, правда, объяснил, что самому ему туда не было нужно — но он не стал высаживать нас просто на дороге). Когда-то кедры росли чуть ли не на всей территории Ливана. Но уже в античности их стали вырубать. Из кедров строили финикийские, греческие и римские суда. Но самый большой урон кедрам нанесли французы. Они рубили кедры на дрова для паровозов.

Когда спохватились, было уже поздно. Кедров практически не осталось. На месте огромных кедровых рощ — отдельные случайно сохранившиеся участки.    
Заповедник Кедры создан для защиты маленькой рощи кедров, многим из которых свыше 1.5 тыс. лет. Эти кедры, под одним из которых по легенде останавливался Иисус Христос, находятся под покровительством православного патриарха Ливана. В 1848 г. на территории рощи построена часовня. Каменная изгородь сооружена на средства, пожертвованные английской королевой Викторией.
К деревьям прикасаться строжайше запрещено, ходить можно только по выложенным гравием дорожкам. А многочисленные сувениры из кедрового дерева, продающиеся у входа в рощу, сделаны не из деревьев, а из упавших веток.

Через перевал — в долину Бекаа

Выйдя из заповедника Кедры мы тут же попали в попутку — но только на пару километров до выезда из городка. Машина остановилась у придорожного ресторана. Там как раз стоял «Джип». Христиане из Захле возвращались к себе домой и взялись подвезти нас до Баальбека.
Высокогорное плато, протянувшееся между горными хребтами Ливан и Антиливан, в древности служило естественным коридором. Здесь проходили армии и торговые караваны из Сирии к побережью Средиземного моря с финикийскими портовыми городами-государствами. Сейчас здесь проложена автомобильная дорога. Но даже в начале осени, когда в долине Кадиша еще висят гроздья винограда и спелая хурма, здесь дорога проходит через двухметровый слой снега. Даже трудно представить, что здесь творится зимой.  
Поля в долине Бекаа, орошаемый водами рек Аль-Ааси (древнегреческий Оронт) и Литани (Nahr Litani) во времена античности были «хлебной корзиной Римской империи». Позднее здесь появмились поля завезенных из Америки картофеля и помидоров. Сухой климат и плодородная почва дают возможность выращивать здесь прекрасные виноградники. А во время гражданской войны — в период безвластия и беспредела - местные крестьяне переключились на выращивание более выгодных культур – конопли и опиумного мака. Несмотря на усилия правительства Ливана и международных организаций, местные кланы наркоторговцев по-прежнему здесь очень сильны и влиятельны. Ливанская армия периодически устраивает здесь зачистки и проводит войсковые операции. Но пока безуспешно. В долине по-прежнему продолжают выращивать наркотики. Хотя у же и не в таких объемах как в гражданскую войну (на деньги, полученные от продажи наркотиков как раз и воевали).  

Мы въезжали в Баальбек в «Джипе» с христианами. По дороге они неоднократно подчеркивали, что плохо относятся к мусульманам. В Баальбек - сейчас чисто мусульманский город (после гражданской войны христиане отсюда переехали в Захле) они даже заезжать не стали. Высадили нас на окраине.  

При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...  

Мир без виз. Долина христиан-маронитов

Пока автобус идет из Триполи в Бшари, медленно петляя по горному серпантину, из окна можно с разных точек разглядеть живописную долину Кадиша и покрытую снегом высочайшую гору Ливана – Корнет ас-Савда (3088 м.).
 
В Бшари автобус останавливается возле храма Святого Саба — его два шпиля служат прекрасным ориентиром. Прямо напротив храма находится дом Халиля Джибрана.

Бшари — родина Халиля Джибрана

Горный городок Бщаре известен (по крайне мере мне) как родина знаменитого ливанского поэта-мистика Халиля Джибрана (1883 – 1931).

Художник и поэт Халилиль Джибран родился в семье христиан-маронитов. Современники считали его суфием. Сам же он предпочитал не связывать себя рамками одной конфессии. По его собственным словам: «Истинно великий человек — тот, кто никого не станет учить и ни у кого не станет учиться».

Халиль Джибран писал поэмы на общечеловеческие темы: «Я видел дворцы, храмы науки и святые места. Я останавливался перед тронами, кафедрами и алтарями. И я видел, что везде рабочий человек - раб дельца, делец - раб воина, воин - раб правителя, правитель - раб жреца, жрец - раб идола, а идол этот вылеплен демонами из праха и водружен на гору человеческих черепов».

Халиль Джибран родился в Бшари, получил высшее образование в Бейруте, а затем вместе со своими родителями эмигрировал в Бостон. Там он выпустил несколько сборников стихов. Но в истории мировой культуры он остался как автор мистической поэмы "Пророк", опубликованной в 1923 году. В своей поэме Халиль Джибран создал максимально обобщенный образ пророка — без очевидной конфессиональной принадлежности. Его пророк не несет людям новую религию, а рассказывает притчи о Жизни и Смерти, Печали и Радости, Боге и Демонах, Браке и Дружбе.

Многие современники считали Халиля Джибрана суфием. Однако сам он, родившийся в семье христиан-маронитов, никогда не чувствовал себя связанным с какой-то одной религией.
В прекрасно отреставрированном доме можно увидеть, что знаменитый поэт, как и подобает поэту-мистику, был очень неприхотлив. Только спал не на полу, как большинство ливанцев делает до сих пор, а на железной кровати.    

Ночь на электростанции

Из Бшари прекрасно видно лежащую внизу долину Кадиша. Но как в нее спуститься? Стали спрашивать местных жителей. Одни утверждали, что где-то есть ведущие вниз тропинки. Другие говорили, что они слишком крутые и доступны не людям, а только козам (которые их, собственно говоря, и протоптали).

Пошли искать дорогу сами. Начали от стоящей на краю обрыва старой неказистой церкви (простое, сложенное из грубых камней здание с крестом).

Вид от церкви замечательный, но склон чересчур крутой и никаких следов протоптанных тропинок не видно. Пошли дальше вдоль обрыва. По пути забрели в сад (там как раз поспел виноград, яблоки и хурма).

И тут опять началась стрельба. Где-то у нас над головой по противоположному склону долины стали стрелять из крупнокалиберного пулемета. Оттуда отвечали одиночными винтовочными выстрелами. Мы оказались где-то посредине между стрелками. Значит и здесь стреляют. Причем, даже ночи не дождались — начали перестрелку еще до заката.

Нам же до захода солнца хотелось спуститься вниз в долину. Тропинки мы так и не нашли. Вернулись в Бшари, стали опять спрашивать местных жителей. Один из них сообщил, что спуститься можно с противоположного склона. Там от монастыря Святого Елисея вниз ведет не козья тропа, а настоящая асфальтированная дорога. Сам же и предложил нас подвезти.

Монастырь Святого Елисея (Дейр Мар Элиша) был основан в XIV в. Позднее здесь была епископская резиденция христиан-маронитов. В 1991 году после реставрации монастырь превращен в музей (вечером он был уже закрыт).

От монастыря вниз в долину Кадиша серпантином уходит дорога. На каждом повороте — кресты, статую Богоматери, сценки из Священного Писания, часовни...
Когда мы спустились в долину, уже стемнело. Стало быстро холодать — здесь в горах же поздняя осень. А наше снаряжение рассчитано только на летнюю погоду (иначе было бы тяжело таскать — вокруг света!). Гостиниц в долине нет, но какие-то дома все же встречаются. Постучали в ближайший дом. Там приняли с распростертыми объятиями, напоили чаем. Пожаловались, что места у них нет, но предложили отвезти в гостиницу в Бшари (откуда мы с таким трудом выбрались!). Пошл дальше. Вскоре дорога уперлась в здание электростанции. Заглянули туда. Там обнаружился единственный работник — то ли охранник, то лир оператор. Попытались объяснить ему, что ищем место под крышей, чтобы переночевать. Он всем видом показывал, что готов помочь. Но не мог понять, чего именно нам нужно. Предложил сходить с ним к человеку, который говорит по-английски. Пошли. Как оказалось, именно в тот дом, в котором мы уже были. Стали общаться через переводчика. Ситуация сразу прояснилась. Через переводчика он нам и объяснил, что может поселить нас в своей комнате, а сам спать не будет, а проведет всю ночь на своем рабочем месте.

Так и получилось, что эту ночь мы провели практически на электростанции. Утром распрощались с гостеприимным ливанцем и отправились пешком вниз по дну долины Кадиша.          

Пешком по долине Кадиша

Долина Кадиша — место зарождения христианской секты маронитов. Основатель секты Святой Марон жил в V веке в основанном им монастыре в долине Бекаа, в 3 км от городка Эль-Хармиль (Hermel) на берегу реки Ал-Ааси. В VII веке по приказу императора Юстиниана II монастырь был разрушен, а сотни монахов казнили как еретиков. Выжившие марониты скрылись в пещерах долины Кадиша.

Вся долина, вместе с монастырями, вырубленными в скалах пещерами и часовнями включена в список мирового наследия ЮНЕСКО.  
Мы шли от электростанции вниз вдоль реки, ориентируясь по указателям на монастырь Дейр Канноубин (Deir Qannoubin, от греческого kenobion - «монастырь»).

В долине уже поздняя осень. На деревьях желтые листья, а виноградной лозе (она встречается здесь вдоль дороги, но не в виде виноградных плантаций, а как придорожное сорное растение) — черный и очень сладкий виноград.

Автомобильная колея вскоре закончилась, дальше можно пройти только пешком. Дорожка проходит мимо большого и очевидно богатого дома. Оттуда выглянул хозяин и на хорошем английском языке пригласил зайти выпить прохладительных напитков.

Так мы познакомились с Раймондом Юнанем. Настоящему «хозяину долины Кадиша» принадлежит здесь большая часть земли: «Всего несколько лет назад я открыл долину для свободного прохода. Раньше через частную территорию, принадлежавшую мое семье, пройти было нельзя — только обходить вокруг».    
Раймонд всю жизнь прожив в Австралими, а на пенсию вернулся на землю предков, занялся активным строительством. Дом уже полностью соответствует современным австралийским образцам, сейчас подтягивают под соответствующий уровень и остальные принадлежащие ему здания.  

Монастырь Дейр Канноубин был основан в IV в. во времена византийского императора Теодора Великого. В конце XIV в. здесь после бегства из замка Эль-Карак (мы были в нем во время посещения Иордании) скрывался мамлюкский султан Баркук. После возвращения на трон он в благодарность за гостеприимство после возвращения на трон он выделили деньги на реставрацию монастыря.
С 1440 до конца XVIII в. в монастыре находилась резиденция патриарха христиан-маронитов. Никакого пафоса — простую комнату в пристроенном к скале доме, в которой и жил патриарх, можно увидеть и сегодня. Частично вырубленная в скале монастырская церковь украшена фресками XVIII в. У входа хранятся мумифицированные мощи патриарха Юсуфа Тиана. Еще 17 маронитских патриархов похоронены в пещерной часовне Святой Марины (Мар Марина).

На стенах часовни можно увидеть картины с изображением сцен из удивительной жизни святой. Овдовев, ее отец стал монахом, а свою дочь пристроил в монастырь под видом мальчика – Мариона. Марина жила в мужском монастыре, скрывая свой истинный пол. Только ее отец и настоятель знали правду. Но и после их смерти девушка продолжала жить под мужской личиной. Однажды в деревне незамужняя девушка родила ребенка. Отцовство приписали Мариону и за «разврат» исключили из монастыря. Марина поселилась в пещере и стала воспитывать оставленного матерью ребенка. И только после ее смерти выяснилась ее истинная половая принадлежность. Позднее пещера, известная среди местных жителей как «Молочная пещера», стала местом паломничества страдающих от отсутствия грудного молока женщин.

В долине Кадиша есть еще несколько монастырей, но после монастыря Канноубин мы свернули на ведущую наверх тропу и стали медленно подниматься наверх по склону. На самом верху в густом тумане застопили грузовик назад в Бшари.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...  

Мир без виз. В Ливане по-прежнему стреляют

Из замка Крак де Шевалье мы отправились в сторону Ливана. Ближайший автопереход нашли по карте и потом — с пятью пересадками, но очень быстро, доехали до него автостопом. Это в Сирии — не удивительно. Полным сюрпризом оказалась необходимость заплатить за выезд из Сирии по 550 сирийских лир (этот побор ввели только в прошлом году). Причем деньги за выезд принимают только в сирийских лирах и … оформляют все очень-очень медленно.  

Приграничный район

Следуя по пути крестоносцев, покидавших замок Крак де Шевалье, мы пересекли сирийско-ливанскую границу и уже в полной темноте попали в Ливан. Как обычно — без местных денег (на этом маленьком автопереходе их даже негде было поменять). Значит, опять поедем автостопом. Трудность была только в том, что уже стемнело, а дорога не освещена. В таких условиях даже в Сирии нет гарантии, что быстро уедешь. В Ливане же — в приграничной полосе — большая часть из тех, кто нас все же замечал и останавливался, занималась частным извозом. Трудность была и еще в одном. Карты Ливана у нас не было, а сразу в Триполи ехать не хотелось. Поэтому просто даже и не знали, куда проситься. Куда-нибудь вперед, сколько по пути.
Непонятно куда ехали, поэтому и неудивительно, что непонятно где оказались, когда нас подвезли на десяток километров до какого-то городка. Там уже не стали голосовать, а пошли искать место для ночлега. Погода хорошая, можно спать и в спальных мешках под открытым небом.
Вышли на окраину и свернули с шоссе на первую попавшуюся боковую дорогу. Вскоре справа начался лес — при ближайшем рассмотрении оказалось, что это сад , засаженный лимонными деревьями. Можно и так. Расстелили свои спальные мешки под деревом, чтобы свет полной луны не мешал спать. Свет как раз не мешал. Мешали звуки. Сначала где-то вдалеке застрочили из автомата Калашникова, потом буквально из соседнего сада (ночью звуки далеко разносятся, может и не из соседнего — но очень громко) раздались отчетливые винтовочные выстрелы. И так всю ночь. Как у нас в деревне то с одного, то с другого конца слышен лай собак, так в Ливане — выстрелы. Короче, спали как на военном полигоне.    
После заполненной выстрелами ночи утром городок, на окраине которого мы спали, выглядел удивительно мирно. Стали голосовать. Из соседнего дома вышел мужчина: «Я через пару часов поеду в Триполи, если вы еще не уедете, подвезу». Но, конечно, мы уехали раньше — прямо до Триполи.  

Крепость в Триполи

Дорога в Триполи проходит вдоль берега Средиземного моря — мимо куч мусора и палаточных городков палестинских беженцев.
Триполи (ливанцы называют его Трабулюс) - второй по величине ливанский город, крупнейший порт и торговый центр севера Ливана.

Город возник в результате слияния трех финикийских городов – Арада, Сидона и Тира (Aradus, Sidon, Tyre). Здесь начинались караванные тропы, по которым доставленные по морю из Европы товары отправлялись в северную Сирию и дальше на Восток.
Триполи несколько раз переходил из Византии в арабский халифат и обратно. В 1102 году город осадил отряд крестоносцев во главе с Раймоном Сен Жиль Тулузским. В отряде и было-то всего около 300 рыцарей, но они воевали не числом, а умением.  Поэтому город не устоял.

Крестоносцы построили в Триполи замок и сделали город столицей одного из новых графств. Несмотря на периодические набеги мусульман, христиане продержались в Триполи около 180 лет. Потом Триполи входил в состав мамлюкского халифата и Османской империи. В городе осталось много мечетей, рынков, караван-сараев и ханов, построенных как раз в этот период. Часть из них разрушили во время разгара гражданской войны, когда с 1975 по 1991 годы на городских улицах периодически вспыхивали столкновения между палестинцами и ливанскими националистами во главе с Рашидом Карами.
И все же, несмотря на следы от пуль и снарядов, на разрушенные во время гражданской войны дома, центральные районы Триполи сохранились все же значительно лучше, чем в Бейруте. Можно целый день бродить по узким улочкам, рассматривая построенные в XIV-XV вв. мечети, медресе, ханы, турецкие бани, прицениваясь к разложенным на прилавках сувенирам, драгоценностям и традиционным изделиям из меди.  

Самая заметная — во всех смыслах — достопримечательность Триполи — крепость Раймона Сен Жиля (или Калаат Санджиль). Возвышающаяся на вершине холма Пилигримов крепость названа в честь знаменитого предводителя крестоносцев. Они на самом деле строили построили здесь в 1102 году свою крепость. Но ее сожгли в 1289 году во время нападения мамлюков. В 1308 году цитадель восстановили, а затем - вплоть до XIX в. - периодически перестраивали. Сейчас это скорее турецкая крепость, от крестоносцев остались лишь отдельные камни в основании. Но вид сверху на город и море по прежнему замечательный. Ради одного вида только и стоит сюда забраться.
Из Триполи есть два пути дальше: по берегу через Библос в Бейрут или через горы в Баальбек и долину Бекаа. Мы предпочли второй вариант.
В Бшари поехали на автобусе (он отправляется из центра города, но не с автовокзала, а с остановки в малозаметном переулке).
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...