• Архив

    «   Сентябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Мир без виз. Замки исмаилитов и крестоносцев

Проведя ночь и утро на руинах Афамии, мы отправились дальше на юг Сирии. Поехали автостопом — в Сирии это легко и просто.
Конечно, не все останавливаются. Но буквально каждый из проезжающих мимо водителей реагирует. Да и местные жители, мимо которых проходим по пути на выезд из города, норовят пригласить хотя бы на чашку чая или кофе. Может показаться, что приглашения чисто формальные. Но нет. Лишь один эпизод. Один сидящий в кафе парень  пригласил на чашку кофе, мы отказались и пошли дальше. Через несколько минут он догнал нас на мотоцикле и опять стал настойчиво зазывать на кофе. Однако, и в этот раз пришлось отказаться — времени просто нет.
Дорога на Масиаф идет на юг параллельно главному шоссе, поэтому на ней можно встретить только локальный транспорт. Вот и ехали в кабинах или в кузовах грузовиков, часто пересаживаясь с одного на другой.    
 
Крепость Масиаф

В городке Масиаф (или Масьяф) сохранилась крепость, которая во времена крестоносцев была главной штаб-квартирой секты исмаилитов. Стена, хоть и испещрена многочисленными отверстиями и гротами, прекрасно сохранилась. Здания внутри крепости пришлось восстанавливать практически с нуля (работа еще продолжается).

В этой крепости жил «горный старец» Рашид ад-Дин Синан аль-Басри, прибывший сюда в 1169 г. из столицы исмаилитов Аламута (на территории Западного Ирана). Именно он придумал оригинальную систему подготовки убийц-смертников, основанную на использовании психотропных препаратов.  Членам секты давали накуриться гашиша и вдоволь прочувствовать прекрасные галлюцинации. После этого их оставалось лишь убедить в том, что они побывали в «раю». Вернуться туда — причем не на время, а навсегда, они смогут лишь в том случае, если отдадут свою жизнь защите секты  (у нее среди врагов были и крестоносцы-христиане и ортодоксальные мусульмане).

Тогда еще не было взрывчатки (слава изобретения самоубийц с поясами шахидов, взрывающих себя в толпе, из придумали шриланкийские «тигры» в 1980-х годах). Но никакая личная охрана не могла гарантировать защиту от фанатиков, готовых выполнить приказ на уничтожение даже ценой собственной жизни. Именно террористы-самоубийцы, а не цепь крепостей почти два века  сдерживали натиск врагов секты исмаилитов.    

Замок Крак де Шевалье

После Масиафа дорога стала еще более глухой. У нас просто не было шансов добраться дор Крака де Шевалье засветло, но попался добросердечный водитель грузовика. Вначале он довез нас «сколько по пути» и даже чуть дальше и высадил на каком-то глухом повороте (впереди было еще несколько таких же поворотов — дорога там не прямая, как шоссе, а запутанная) и уехал. Затем вернулся: «Давайте я вас подвезу прямо до замка Каллат-аль-Хосн (именно так, по имени деревни Аль-Хосн, а не под европейским «Крак де Шевалье» в Сирии и называют знаменитый замок крестоносцев)».  

На вершине холма Джебель Калак уже во времена древних египтян и хеттов были крепостные укрепления. В 1031 году при приказу эмира Хомса здесь была основана колония курдов и построена крепость Хосн аль-Акрад («замок курдов»).

В 1099 г. во время Первого крестового похода по пути к Иерусалиму она была захвачена Раймондом Сен-Жильским, графом Тулузским.

В 1142 году Раймонд II, граф Триполи, передал Крак де Шевалье под опеку ордена монахов-госпиталиеров. В 1144 году госпиталиеры стали превращать полученный в подарок замок в самое мощное на всем Ближнем Востоке укрепление.

Расположенный на высоком холме замок стал образцом разнообразия фортификационных средств, оригинальности оборонительных сооружений, а с учетом своих огромных размеров (площадь сооружения около 3 тыс. кв. м.) - и самым грандиозным сооружением того времени.

Двойное кольцо стен окружает вершину холма, образуя правильной формы четырехугольник длиной до 200 метров и шириной около 150 метров. С востока, севера и запада крутые склоны делают крепость почти неприступной. С юга, где выступ сообщается с примыкающей возвышенностью, в скале прорублен крепостной ров. Внешняя стена толщиной 5 метров с 13 башнями была отделена от внутренней стены и донжона наполненным водой рвом. Около 4 тысяч человек гарнизона имели  на случай осады огромный запас продовольствия и дров. В случае необходимости их могло хватить даже на пять лет.  

Пройдя через главный вход в огромных воротах, вдоль стены и сторожевых башен, можно попасть во внутренний двор. Оттуда коридор приводит в огромный зал, где находится старинная печь, колодец и примитивные туалеты.
Часовня во внутреннем дворе была преобразована в мечеть. В ней пристроили михраб и иминбар, но минарет не добавляли.  
С верхнего этажа башни Дочери Короля открывается прекрасный вид на окрестности. Сколько хватает глаз, вокруг простираются покрытые лесами горы. Отсюда защитники крепости могли загодя увидеть приближение неприятельской армии и следить за всеми ее перемещениями.  
Вся территория цитадели была надежно защищена от неприятельских стрел и ядер каменными сводчатыми потолками и крытыми переходами. Поэтому сейчас экскурсия по замку — это блуждание по нескончаемому лабиринту потайных комнат, узких ходов и просторных крытых галерей. Часто даже трудно понять находишься ли ты в крытой зале или уже спустился в подземелье. Вся внутренняя планировка подчинена одному замыслу – защите крепости. Если бы враг каким-то чудом все же попал внутрь, ему было бы трудно там сориентироваться.
Реальная опасность угрожала замку только дважды. В 1163 году на поле под его стенами крестоносцы успешно разгромили армию эмира Алеппо Нур-ад-Дина. 30 мая 1188 года знаменитый полководец-освободитель Ближнего Востока Салах ад-Дин разбил лагерь на холме напротив замка. Потратив месяц на разведку подходов к укреплениям и системы обороны замка он пришел к выводу, что замок не удастся взять штурмом. Поэтому даже и не пытался.
После провала Седьмого крестового похода в 1249 году позиции крестоносцев в Сирии стали постепенно ослабевать. Гарнизон замка Крак де Шевалье также стал испытывать недостаток в рекрутах из Европы, начались перебои со снабжением. И все же рыцари продержались здесь вплоть до 1271 года.
Замок Крак де Шевалье можно было взять только штурмом — с огромными потерями для нападающих. 29 марта 1271 года войска мамлюкского султана Бейбарса (1260-1277 гг.) прорвались вначале за первую, а затем и вторую линию обороны. Немногочисленные защитники укрылись в трех самых мощных и высоких башнях. Там они могли бы продержаться еще очень долго, но 8 апреля предпочли сдаться в обмен на право беспрепятственного прохода в Триполи. И мамлюки — надо отдать им должное — спокойно пропустили рыцарей в Триполи.
Именно туда, по стопам крестоносцев мы и отправимся.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      

Мир без виз. Замки крестоносцев

В Вади Муса мы задержались не на одну ночь, как обычно, а на две (правда всего один день, приехали очень поздно). Поэтому и выехали в путь рано-рано утром. Пешком вышли на выезд в сторону городка Эш-Шобак. Стали голосовать. Останавливаются сплошь таксисты. Стали прицениваться. После того, как удалось сбить цену до 5 динар, упорствовать не стали -  время дороже. Автостопом еще успеем наездиться.
Как оказалось, правильно мы поехали на такси. От городка Ээш-Шобак до замка Монт Реалис, в который мы собственно и ехали, несколько километров. А таксист довез нас прямо к входу — даже не к основанию горы, а именно к входу в замок на вершине.
Время было такое раннее, что даже охранники еще не пришли. Так и не удалось выяснить, сколько стоит вход в замок — просто не у кого было спрашивать.  

Замок крестоносцев

Монт Реалис (Mont Realis или Montreal) был построен в 1115 году по приказу Болдуэна I на удивительном месте — на вершине торчащей посреди пустынной равнины горы.

На первый взгляд замок кажется неприступным — со всех сторон. Но в 1189 году его сравнительно легко захватили войска мусульманского предводителя Салах ад-Дина.

В XIV в. уже при мамлюках замок сильно перестроили (с тех пор на стенах арабская вязь). Колодец вырыли такой глубокий, что до воды приходилось спускаться по 375 ступенькам (сейчас вниз тоже можно спуститься — но нужен хороший фонарик и крепкие ноги).

На территории замка реставрация еще продолжается. Но уже сейчас там можно увидеть руины двух церквей, бани, цистерны для хранения дождевой воды и прессы для изготовления оливкового масла. А самое замечательно там — вид на окрестности.

Нумизмат с миноискателем

Спустившись из замка вниз, мы вышли на дорогу и пошли в сторону хайвея. Когда проходили мимо установленных специально для фотографирования кресел из соседней пещеры вышел араб и пригласил на чашку чая. Чашкой чая, конечно, дело не ограничилось. И пещера оказалась замечательная, и хозяин — гостеприимный. Больше всего он гордится своей коллекцией настоящих старинных монет (99% продающихся туристам монет — подделки). В доказательство подлинности их происхождения он даже продемонстрировал старенький, хорошо поюзанный металлоискатель, и какую-то научную книгу или каталог нумизмата, где были фотографии похожих монет.

Вернувшись на шоссе, мы опять стали голосовать. На этот раз наш путь лежит в сторону другого замка крестоносцев — в Эль-Карак.  
Вначале остановилось несколько такси, но потом мы попали в машину к аспиранту сельскохозяйственного факультета местного университета.

Он не только довез нас прямо до Карака, но и устроил экскурсию по дороге — с посещением заповедника Дана.  

Закат в Караке

Эль-Карак (Karak) был основан на главном караванном пути, связывавшем в библейские времена Египет с Сирией. В Библии город упоминается как столица моабитов - Кир, Кир Моаб или Кир Герес. Римляне переименовали его в Каракмоба (Characmoba).

Расцвет города связан с появлением на Ближнем Востоке крестоносцев. В 1142 году иерусалимский король Болдуин I приказал на вершине скалы построить замок Карак. Он входил цепь крепостных укреплений крестоносцев, протянувшихся от Акабы через Иорданию и Сирию до нынешней границы Турции.

Один из владельцев замка, печально известный Рено де Шатильонский, прославился своей невероятной даже по тем немилосердным временам жестокостью. По его приказу пленников и приговоренных к казни преступников не просто сбрасывали со скалы живыми. Им на голову специально надевали деревянный ящик, поэтому несчастные пролетали 450 метров вниз (замок стоит на высоте 900 м над уровнем моря) живыми и в полном сознании. Погибали уже от удара о землю. Позднее и сам Рено был казнен, но более «гуманным» способом. Ему всего лишь отрубили голову.

В 1188 году после восьмимесячной осады замок был взят штурмом армией Салах ад-Дина. В XIII веке мамлюкский султан Бейбарс укрепил крепостные стены и углубил ров. Но в 1293 г. замок был разрушен землетрясением.
Огромная крепость на первый взгляд кажется совершенно неприступной. С запада и востока ее защищают отвесные склоны, а с севера и юга строители прокопали глубокие крепостные рвы. Раньше в замок можно было попасть только по деревянному подвесному мосту. Но для удобства туристов в углу стены прорубили удобный проход. Справа от входа вниз к Археологическому музею ведет вырубленная в камне лестница.
Внутренними стенами замок разделен на два двора. Резиденция владельца, церковь, а позднее и мечеть строили в верхнем дворе. А нижний двор служил всего лишь очередной преградой на пути захватчиков – местных арабских племен и пришедших из глубин Азии монголов.
В скале под замком было прорыто несколько этажей подземных галерей (утверждают, что их там семь, но приходится верить на слово). Вход в подземелья закрыт, даже освещение еще не удосужились провести. Гиды бросают в дыру в полу зажженную газету. Краткая вспышка, конечно, не освещает весь подземный тоннель, но дает возможность убедиться в самом его существовании.
Лучшее время для посещения замка — на закате. Солнце, заходящее над лежащим глубоко внизу Мертвым морем, освещает стены и скалу в ярко-желтый цвет. И замок выглядит значительно романтичнее, чем днем.

После заката начинает быстро темнеть, а нам нужно успеть добраться до берега Мертвого моря. Ночью на автостоп надежды нет. Но недалеко от ворот замка есть остановка идущих в сторону Мертвого моря местных автобусов.  
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      

Мир без виз. Страна бетонных бункеров

Летом из Ульцина каждый день по утрам (примерно в 6.00) уходит автобус в албанский город Шкодер. Но осенью — когда туристов очень мало - можно рассчитывать только на маршрутки или такси. Таксисты за поездку в Шкодер просили 30 евро и ни на какие уступки не шли. После недолгого торга договорились за 15 евро - до албанской границы.  
На границе тихо и спокойно: черногорские и албанские пограничники мирно сидят в одной конторке, а паспорта просто перекладывают со стола на стол. Никаких вопросов не задавали. Внесли наши паспортные данные в компьютер, но не поставили ни одного штампа — ни выездного из Черногории, ни въездного в Албанию. Теперь, если в Албании нас остановят для проверки документов, могу принять за «нелегалов», неизвестно каким образом пересекших черногорско-албанскую границу. Хотя вряд ли кто в это всерьез поверит — албанцы сами стремятся скорее уехать из своей «полуазиатской» страны, в которой еще не забыли период культа личности, в «настоящую» Европу.
С албанской стороны стояло два «Мерседеса» - такси. После короткого торга с 10 евро сбили цену до 7 и поехали в Шкодер (итого 22 евро, вместо 30 — на прямой черногорской машине).
В Шкодере
Албания - самая экзотическая часть Европы. В середине двадцатого века это была единственная в мире атеистическая страна. Вся религия — как опиум народа — была запрещена. Бывший партизан, во время Второй мировой войны с успехом воевавший в горах Албании с немецкими и итальянскими захватчиками, стал сначала признанным лидером нации, а позднее — диктатором с неограниченной властью.
Пирамида Энвера Ходжи
Энвер Ходжа хотел всего и сразу — вытащить Албанию с задворков Европы и сделать самой передовой страной мира. В середине прошлого века считали, что самый лучший способ для этого — социалистический путь развития. Албания стала социалистической страной. Но с другими социалистическим странами отношения сразу как-то не заладились. Вначале албанцы поругались с Советским Союзом (камнем преткновения стал вопрос о создании в Албании советской военно-морской базы), а позднее — и с Китаем. С капиталистическим миром отношения были еще хуже. Страна оказалась в полной изоляции. Кругом - только враги. Причем, враги — как казалось албанскому лидеру — которые только и ждут удобного момента для нападения на беззащитную маленькую, но гордую страну.
Энвер Ходжа вспомнил свой партизанский опыт — воевать не умением, а числом (всем народом сразу). Вся страна стала готовиться к предстоящей войне заранее. Каждый албанец должен был стать воином. Но много ли навоюешь с винтовкой против танков ? (причем, (неизвестно каких - советских или американских?). В аналогичной ситуации — внезапного появления танков — в Советском Союзе в начале войны все трудоспособное население гоняли на рытье противотанковых рвов. В Албании стали готовиться заранее и тщательнее. Стали строить бетонные бункеры. Причем, взялись за дело так рьяно, что вскоре у каждой семьи — в огороде или во дворе городского микрорайона — был свой, пусть и маленький, но не деревянный, а бетонный бункер. Так в Европе возник аналог Северной Кореи.
Бункер во дворе жилого дома
В 1985 году выяснилось, что бессменный руководитель социалистической Албании Энвер Ходжа — всесильный диктатор, но не бессмертный человек. Видимо, для него самого это был сюрприз. Иначе непонятно, почему он никак не подготовился к неизбежной смене власти. Диктатор не оставил после себя ни младшего брата (как Фидель Кастро), ни сына (как Ким Ир Сен). В стране, где до этого был полный порядок, все сразу начало разваливаться. Вместо войны с агрессором, казалось вот-вот начнется гражданская война — всех против всех. Народ начал громить воинские склады и запасаться оружием — бункеры-то уже были. Казалось, будет хуже, чем в соседней Югославии. Но ничего подобного не произошло. Каждый сидел в своем бункере с автоматом и ждал нападения. Но нападать было некому. Народ посидел-посидел и стал постепенно расползаться. Причем, расползаться не по стране, а сразу по всей Европе.
«Новые албанцы» - как «новые русские» или «новые китайцы» хотели всего и сразу. В самой Албании разворовывать было нечего. И они обратили свой взор на Европу. Вскоре албанцы стали активными игроками во всех сферах криминального бизнеса — от наркоторговли и торговли оружием до похищения людей и проституции.  
Торгуют всем и везде
Полученные неизвестно каким путем и неизвестно где деньги мощным потоком потекли в отсталую полунищую страну. Сейчас — куда ни посмотришь — идет активное строительство. Рядом с полуразрушенными сталинскими или хрущевскими домами вырастают современные бетонные коробки — разукрашенные во все цвета радуги.                

Шкодер

В Шкодере таксист высадил нас у заправки на въезде в город.
От Шкодера в Тирану идет железная дорога — строили еще во времена Энвера Ходжи. И вокзал есть — правда, заброшенный. Он не развалился, его не разграбили и не взорвали. Вокзал просто закрыли на ключ до лучших времен. На заросших бурьяном подъездных путях брошено несколько ржавых вагонов. Судя по виду, поезда здесь ходили еще сравнительно недавно (уже после 1985 года). Но уже не ходят. До столицы сейчас можно добраться только на автобусе.  
Маршрутки и автобусы на Тирану стоят концентрируются напротив здания драматического театра в самом центре города. Отправляются по мере заполнения.  

Тирана

В Тиране автовокзал — вернее, забитая автобусами площадка — находится прямо возле железнодорожного вокзала (конечно же тоже — как и везде в Албании - не работающего) всего в нескольких сотнях метров от центра города.  
Тирана была основана турками в 1614 году и первые триста лет своей истории была всего лишь заштатным торговым городком. Но в 1920 году — после распада Османской империи и получения страной независимости сюда из Дурреса перенесли столицу.
На площади Скандерберга
Независимая Албания сразу же стала тяготеть к соседней Италии. Именно итальянцы в период между мировыми войнами проложили в Тиране современные широкие улицы им стали строить первые правительственные здания. Потом — во время Второй мировой войны — они пришли уже на все готовое.
Фонтан
В 1944 году партизаны с боями выбили из Тираны итальянских захватчиков. Сразу же после окончания войны началось строительство нового города — столицы социалистической Албании. На месте старых турецких домиков по планам советских архитекторов советские строители настроили многоэтажки в типичном «сталинском» стиле. В результате центр Тираны стал похож на что-то среднее между российским областным центром и столицей какой-нибудь итальянской провинции.
Воинское кладбище
Слева на центральной площади слева (если подходить со стороны автовокзала) внимание сразу же привлекает огромное белое здание. Типичный «Дворец культуры» начали строить в 1960 году  советские строители. Но всего через год отношения Советского Союза с Албанией сильно ухудшились. Достраивать албанцам пришлось уже самим, хотя и по советским чертежам — в классическом советском стиле начала 1960-х годов. Во времена Энвера Ходжи здесь и был дом культуры. Сейчас — как у нас на ВДНХ после Перестройки — здесь в дополнение к театру размещаются многочисленные магазинчики и частные картинные галереи. Государственная «Национальная картинная галерея» стоит прямо напротив. Ее здание — тоже в стиле советских времен. На фасаде счастливые металлурги с красными флагами всем своим видом показывают, как весело и радостно им живется под руководством коммунистической партии и правительства.
От досоциалистических времен в историографии Албании самым ярким героем был и остается князь Скандерберг, прославившийся как основоположник албанской нации. Именно он и возвышается на коне в самом лучшем месте — посреди площади.
Удивительно, что памятников Энвеору Ходже не только сейчас, но и раньше на этой площади не ставили. Но если пройти немного дальше, то метров через триста (после улицы Жанны Д'Арк — к чему такое название?) после того, как широкий бульвар пересечет узенькую речушку, слева внимание привлекает огромная — почти египетская по пропорциям (чуть-чуть меньше про размеру) -  пирамида. Здание из стекла и бетона было построено в 1988 году в качестве мемориального музея албанского фараона — Энвера Ходжи. Построить-то построили, но открыть уже не успели -  в Албании как раз начался период развенчания культа личности. Пирамида осталась бесхозной и сейчас постепенно разваливается.  
В городе есть и другие развалины. Но новостроек все же значительно больше. Высокие современные офисные здании банков и транснациональных компаний постепенно меняют облик центральной части албанской столицы.
Только расположенный вокруг искусственного озера городской «Парк культуры и отдыха» кажется ничуть не изменился с времен Энвера Ходжи.
Памятник братьям-героям
Здесь по-прежнему на каждом углу стоят памятники социалистическим героям — революционерам, солдатам, труженикам тыла и героическим женщинам. В этом «музее социализма» и посетители под стать — чинно прогуливающиеся ветераны.

Дуррес

С автовокзала Тираны каждый час отправляются автобусы в Дуррес. Если Тирана — столица современной и будущей Албании, то Дуррес — старая столица Албании. В античные времена здесь находился религиозный центр Эпидамнос, в котором поклонялись богине Венере. Многочисленные статуи этой богини — всех видов и размеров — часто находят во время археологических раскопок.
Руины
Вообще руины, какие-то заброшенные полуразрушенные колонны и фрагменты стен встречаются буквально на каждом шагу.
Античные колонны и мозаика
Но самое заметное из сохранившихся с античных времен сооружение — римский амфитеатр I-II веков н.э.
Амфитеатр в Дурресе
И сейчас — в полуразрушенном состоянии и запрятанный среди современной городской застройки — он производит величественное впечатление.
Руины амфитеатра
Частично сохранившиеся до наших дней городские стены были построены византийцами в конце V века. Позднее венецианцы пристроили к ним мощные оборонительные башни.
Сторожевая башня на углу стены
Современный город строится немного в стороне — на берегу моря. Там — за памятником какому-то неизвестному герою-революционеру начинается набережная с аттракционами и киосками.
Памятник на набережной
Правда, пляжа, как такового, в городской черте нет. Вряд ли кто станет называть пляжем грязный берег, заваленный высохшими морскими ежами.  
Парк на набережной

Круя

Из Дурреса мы отправились в Крую, где с 1443 по 1468 годы была резиденция князя Сандерберга.
Круя
Настоящее имя героя - Георгий Кастриоти (1405-1468). В детстве его, как сына албанского принца, турки взяли в заложники — так в Османской империи обеспечивалась лояльность местных князьков. После учебы в Эдирне (именно там — до захвата Константинополя — находилась столица империи) его — под именем Искандер — его приняли на службу к султану. При султане Мурате II сын албанского принца дослужился до чина бея (губернатора). Именно как Искандер-бей (на албанский манер — Скандерберг), а не Георгий Кастриоти он и остался навеки в албанской истории.  
В крепости Скандерберга
В 1443 году Скандерберг поднял восстание против своих воспитателей и наставников. Он демонстративно отказался от ислама, и провозгласил себя королем независимой Албании. Турки, конечно, пытались подавить мятеж. Но албанцы (при поддержке союзников - венецианцев) раз за разом отбивали нападения. Четыре раза — в 1450, 1467 и 1468 годах — турки осаждали Крую. Но только в 1478 году — уже после смерти Скандерберга — им удалось захватить неприступную крепость.  
Крепостная стена
От когда-то неприступной крепости до наших дней сохранилась одна башня и разрозненные фрагменты полуразрушенных стен.
В крепости Скандерберга
Территория на склоне холма внутри крепостных стен застроена частными домами. Недавно там же построили и новый — стилизованный под средневековый замок — музей Скандерберга.
В музее Скандерберга
Снимать в музее запрещено — да и нечего. Все огромное трехэтажное здание  заполнено многочисленными изображениями героя, его врагов и друзей, оружием и предметами XV века.  
 
Назад в Шкодер приехали уже в темноте. Автобус высадил пассажиров практически на том же самом месте, где мы были вчера — перед началом своей двухдневной поездки по Албании. Круг замкнулся. Пора возвращаться назад в Черногорию.

На погранпереходе все опять прошло быстро и просто. Албанцы опять никаких штампов не поставили. В результате за поездку из Черногории в Албанию и обратно мы получили только один новый штамп в паспорт — черногорский. Вот бы так и на других границах!
Начавшийся утром в Тиране день завершился уже в Черногории. При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...