• Архив

    «   Октябрь 2019   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4 5 6
    7 8 9 10 11 12 13
    14 15 16 17 18 19 20
    21 22 23 24 25 26 27
    28 29 30 31      

Мир без виз. Долина христиан-маронитов

Пока автобус идет из Триполи в Бшари, медленно петляя по горному серпантину, из окна можно с разных точек разглядеть живописную долину Кадиша и покрытую снегом высочайшую гору Ливана – Корнет ас-Савда (3088 м.).
 
В Бшари автобус останавливается возле храма Святого Саба — его два шпиля служат прекрасным ориентиром. Прямо напротив храма находится дом Халиля Джибрана.

Бшари — родина Халиля Джибрана

Горный городок Бщаре известен (по крайне мере мне) как родина знаменитого ливанского поэта-мистика Халиля Джибрана (1883 – 1931).

Художник и поэт Халилиль Джибран родился в семье христиан-маронитов. Современники считали его суфием. Сам же он предпочитал не связывать себя рамками одной конфессии. По его собственным словам: «Истинно великий человек — тот, кто никого не станет учить и ни у кого не станет учиться».

Халиль Джибран писал поэмы на общечеловеческие темы: «Я видел дворцы, храмы науки и святые места. Я останавливался перед тронами, кафедрами и алтарями. И я видел, что везде рабочий человек - раб дельца, делец - раб воина, воин - раб правителя, правитель - раб жреца, жрец - раб идола, а идол этот вылеплен демонами из праха и водружен на гору человеческих черепов».

Халиль Джибран родился в Бшари, получил высшее образование в Бейруте, а затем вместе со своими родителями эмигрировал в Бостон. Там он выпустил несколько сборников стихов. Но в истории мировой культуры он остался как автор мистической поэмы "Пророк", опубликованной в 1923 году. В своей поэме Халиль Джибран создал максимально обобщенный образ пророка — без очевидной конфессиональной принадлежности. Его пророк не несет людям новую религию, а рассказывает притчи о Жизни и Смерти, Печали и Радости, Боге и Демонах, Браке и Дружбе.

Многие современники считали Халиля Джибрана суфием. Однако сам он, родившийся в семье христиан-маронитов, никогда не чувствовал себя связанным с какой-то одной религией.
В прекрасно отреставрированном доме можно увидеть, что знаменитый поэт, как и подобает поэту-мистику, был очень неприхотлив. Только спал не на полу, как большинство ливанцев делает до сих пор, а на железной кровати.    

Ночь на электростанции

Из Бшари прекрасно видно лежащую внизу долину Кадиша. Но как в нее спуститься? Стали спрашивать местных жителей. Одни утверждали, что где-то есть ведущие вниз тропинки. Другие говорили, что они слишком крутые и доступны не людям, а только козам (которые их, собственно говоря, и протоптали).

Пошли искать дорогу сами. Начали от стоящей на краю обрыва старой неказистой церкви (простое, сложенное из грубых камней здание с крестом).

Вид от церкви замечательный, но склон чересчур крутой и никаких следов протоптанных тропинок не видно. Пошли дальше вдоль обрыва. По пути забрели в сад (там как раз поспел виноград, яблоки и хурма).

И тут опять началась стрельба. Где-то у нас над головой по противоположному склону долины стали стрелять из крупнокалиберного пулемета. Оттуда отвечали одиночными винтовочными выстрелами. Мы оказались где-то посредине между стрелками. Значит и здесь стреляют. Причем, даже ночи не дождались — начали перестрелку еще до заката.

Нам же до захода солнца хотелось спуститься вниз в долину. Тропинки мы так и не нашли. Вернулись в Бшари, стали опять спрашивать местных жителей. Один из них сообщил, что спуститься можно с противоположного склона. Там от монастыря Святого Елисея вниз ведет не козья тропа, а настоящая асфальтированная дорога. Сам же и предложил нас подвезти.

Монастырь Святого Елисея (Дейр Мар Элиша) был основан в XIV в. Позднее здесь была епископская резиденция христиан-маронитов. В 1991 году после реставрации монастырь превращен в музей (вечером он был уже закрыт).

От монастыря вниз в долину Кадиша серпантином уходит дорога. На каждом повороте — кресты, статую Богоматери, сценки из Священного Писания, часовни...
Когда мы спустились в долину, уже стемнело. Стало быстро холодать — здесь в горах же поздняя осень. А наше снаряжение рассчитано только на летнюю погоду (иначе было бы тяжело таскать — вокруг света!). Гостиниц в долине нет, но какие-то дома все же встречаются. Постучали в ближайший дом. Там приняли с распростертыми объятиями, напоили чаем. Пожаловались, что места у них нет, но предложили отвезти в гостиницу в Бшари (откуда мы с таким трудом выбрались!). Пошл дальше. Вскоре дорога уперлась в здание электростанции. Заглянули туда. Там обнаружился единственный работник — то ли охранник, то лир оператор. Попытались объяснить ему, что ищем место под крышей, чтобы переночевать. Он всем видом показывал, что готов помочь. Но не мог понять, чего именно нам нужно. Предложил сходить с ним к человеку, который говорит по-английски. Пошли. Как оказалось, именно в тот дом, в котором мы уже были. Стали общаться через переводчика. Ситуация сразу прояснилась. Через переводчика он нам и объяснил, что может поселить нас в своей комнате, а сам спать не будет, а проведет всю ночь на своем рабочем месте.

Так и получилось, что эту ночь мы провели практически на электростанции. Утром распрощались с гостеприимным ливанцем и отправились пешком вниз по дну долины Кадиша.          

Пешком по долине Кадиша

Долина Кадиша — место зарождения христианской секты маронитов. Основатель секты Святой Марон жил в V веке в основанном им монастыре в долине Бекаа, в 3 км от городка Эль-Хармиль (Hermel) на берегу реки Ал-Ааси. В VII веке по приказу императора Юстиниана II монастырь был разрушен, а сотни монахов казнили как еретиков. Выжившие марониты скрылись в пещерах долины Кадиша.

Вся долина, вместе с монастырями, вырубленными в скалах пещерами и часовнями включена в список мирового наследия ЮНЕСКО.  
Мы шли от электростанции вниз вдоль реки, ориентируясь по указателям на монастырь Дейр Канноубин (Deir Qannoubin, от греческого kenobion - «монастырь»).

В долине уже поздняя осень. На деревьях желтые листья, а виноградной лозе (она встречается здесь вдоль дороги, но не в виде виноградных плантаций, а как придорожное сорное растение) — черный и очень сладкий виноград.

Автомобильная колея вскоре закончилась, дальше можно пройти только пешком. Дорожка проходит мимо большого и очевидно богатого дома. Оттуда выглянул хозяин и на хорошем английском языке пригласил зайти выпить прохладительных напитков.

Так мы познакомились с Раймондом Юнанем. Настоящему «хозяину долины Кадиша» принадлежит здесь большая часть земли: «Всего несколько лет назад я открыл долину для свободного прохода. Раньше через частную территорию, принадлежавшую мое семье, пройти было нельзя — только обходить вокруг».    
Раймонд всю жизнь прожив в Австралими, а на пенсию вернулся на землю предков, занялся активным строительством. Дом уже полностью соответствует современным австралийским образцам, сейчас подтягивают под соответствующий уровень и остальные принадлежащие ему здания.  

Монастырь Дейр Канноубин был основан в IV в. во времена византийского императора Теодора Великого. В конце XIV в. здесь после бегства из замка Эль-Карак (мы были в нем во время посещения Иордании) скрывался мамлюкский султан Баркук. После возвращения на трон он в благодарность за гостеприимство после возвращения на трон он выделили деньги на реставрацию монастыря.
С 1440 до конца XVIII в. в монастыре находилась резиденция патриарха христиан-маронитов. Никакого пафоса — простую комнату в пристроенном к скале доме, в которой и жил патриарх, можно увидеть и сегодня. Частично вырубленная в скале монастырская церковь украшена фресками XVIII в. У входа хранятся мумифицированные мощи патриарха Юсуфа Тиана. Еще 17 маронитских патриархов похоронены в пещерной часовне Святой Марины (Мар Марина).

На стенах часовни можно увидеть картины с изображением сцен из удивительной жизни святой. Овдовев, ее отец стал монахом, а свою дочь пристроил в монастырь под видом мальчика – Мариона. Марина жила в мужском монастыре, скрывая свой истинный пол. Только ее отец и настоятель знали правду. Но и после их смерти девушка продолжала жить под мужской личиной. Однажды в деревне незамужняя девушка родила ребенка. Отцовство приписали Мариону и за «разврат» исключили из монастыря. Марина поселилась в пещере и стала воспитывать оставленного матерью ребенка. И только после ее смерти выяснилась ее истинная половая принадлежность. Позднее пещера, известная среди местных жителей как «Молочная пещера», стала местом паломничества страдающих от отсутствия грудного молока женщин.

В долине Кадиша есть еще несколько монастырей, но после монастыря Канноубин мы свернули на ведущую наверх тропу и стали медленно подниматься наверх по склону. На самом верху в густом тумане застопили грузовик назад в Бшари.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...  

Мир без виз. Замки исмаилитов и крестоносцев

Проведя ночь и утро на руинах Афамии, мы отправились дальше на юг Сирии. Поехали автостопом — в Сирии это легко и просто.
Конечно, не все останавливаются. Но буквально каждый из проезжающих мимо водителей реагирует. Да и местные жители, мимо которых проходим по пути на выезд из города, норовят пригласить хотя бы на чашку чая или кофе. Может показаться, что приглашения чисто формальные. Но нет. Лишь один эпизод. Один сидящий в кафе парень  пригласил на чашку кофе, мы отказались и пошли дальше. Через несколько минут он догнал нас на мотоцикле и опять стал настойчиво зазывать на кофе. Однако, и в этот раз пришлось отказаться — времени просто нет.
Дорога на Масиаф идет на юг параллельно главному шоссе, поэтому на ней можно встретить только локальный транспорт. Вот и ехали в кабинах или в кузовах грузовиков, часто пересаживаясь с одного на другой.    
 
Крепость Масиаф

В городке Масиаф (или Масьяф) сохранилась крепость, которая во времена крестоносцев была главной штаб-квартирой секты исмаилитов. Стена, хоть и испещрена многочисленными отверстиями и гротами, прекрасно сохранилась. Здания внутри крепости пришлось восстанавливать практически с нуля (работа еще продолжается).

В этой крепости жил «горный старец» Рашид ад-Дин Синан аль-Басри, прибывший сюда в 1169 г. из столицы исмаилитов Аламута (на территории Западного Ирана). Именно он придумал оригинальную систему подготовки убийц-смертников, основанную на использовании психотропных препаратов.  Членам секты давали накуриться гашиша и вдоволь прочувствовать прекрасные галлюцинации. После этого их оставалось лишь убедить в том, что они побывали в «раю». Вернуться туда — причем не на время, а навсегда, они смогут лишь в том случае, если отдадут свою жизнь защите секты  (у нее среди врагов были и крестоносцы-христиане и ортодоксальные мусульмане).

Тогда еще не было взрывчатки (слава изобретения самоубийц с поясами шахидов, взрывающих себя в толпе, из придумали шриланкийские «тигры» в 1980-х годах). Но никакая личная охрана не могла гарантировать защиту от фанатиков, готовых выполнить приказ на уничтожение даже ценой собственной жизни. Именно террористы-самоубийцы, а не цепь крепостей почти два века  сдерживали натиск врагов секты исмаилитов.    

Замок Крак де Шевалье

После Масиафа дорога стала еще более глухой. У нас просто не было шансов добраться дор Крака де Шевалье засветло, но попался добросердечный водитель грузовика. Вначале он довез нас «сколько по пути» и даже чуть дальше и высадил на каком-то глухом повороте (впереди было еще несколько таких же поворотов — дорога там не прямая, как шоссе, а запутанная) и уехал. Затем вернулся: «Давайте я вас подвезу прямо до замка Каллат-аль-Хосн (именно так, по имени деревни Аль-Хосн, а не под европейским «Крак де Шевалье» в Сирии и называют знаменитый замок крестоносцев)».  

На вершине холма Джебель Калак уже во времена древних египтян и хеттов были крепостные укрепления. В 1031 году при приказу эмира Хомса здесь была основана колония курдов и построена крепость Хосн аль-Акрад («замок курдов»).

В 1099 г. во время Первого крестового похода по пути к Иерусалиму она была захвачена Раймондом Сен-Жильским, графом Тулузским.

В 1142 году Раймонд II, граф Триполи, передал Крак де Шевалье под опеку ордена монахов-госпиталиеров. В 1144 году госпиталиеры стали превращать полученный в подарок замок в самое мощное на всем Ближнем Востоке укрепление.

Расположенный на высоком холме замок стал образцом разнообразия фортификационных средств, оригинальности оборонительных сооружений, а с учетом своих огромных размеров (площадь сооружения около 3 тыс. кв. м.) - и самым грандиозным сооружением того времени.

Двойное кольцо стен окружает вершину холма, образуя правильной формы четырехугольник длиной до 200 метров и шириной около 150 метров. С востока, севера и запада крутые склоны делают крепость почти неприступной. С юга, где выступ сообщается с примыкающей возвышенностью, в скале прорублен крепостной ров. Внешняя стена толщиной 5 метров с 13 башнями была отделена от внутренней стены и донжона наполненным водой рвом. Около 4 тысяч человек гарнизона имели  на случай осады огромный запас продовольствия и дров. В случае необходимости их могло хватить даже на пять лет.  

Пройдя через главный вход в огромных воротах, вдоль стены и сторожевых башен, можно попасть во внутренний двор. Оттуда коридор приводит в огромный зал, где находится старинная печь, колодец и примитивные туалеты.
Часовня во внутреннем дворе была преобразована в мечеть. В ней пристроили михраб и иминбар, но минарет не добавляли.  
С верхнего этажа башни Дочери Короля открывается прекрасный вид на окрестности. Сколько хватает глаз, вокруг простираются покрытые лесами горы. Отсюда защитники крепости могли загодя увидеть приближение неприятельской армии и следить за всеми ее перемещениями.  
Вся территория цитадели была надежно защищена от неприятельских стрел и ядер каменными сводчатыми потолками и крытыми переходами. Поэтому сейчас экскурсия по замку — это блуждание по нескончаемому лабиринту потайных комнат, узких ходов и просторных крытых галерей. Часто даже трудно понять находишься ли ты в крытой зале или уже спустился в подземелье. Вся внутренняя планировка подчинена одному замыслу – защите крепости. Если бы враг каким-то чудом все же попал внутрь, ему было бы трудно там сориентироваться.
Реальная опасность угрожала замку только дважды. В 1163 году на поле под его стенами крестоносцы успешно разгромили армию эмира Алеппо Нур-ад-Дина. 30 мая 1188 года знаменитый полководец-освободитель Ближнего Востока Салах ад-Дин разбил лагерь на холме напротив замка. Потратив месяц на разведку подходов к укреплениям и системы обороны замка он пришел к выводу, что замок не удастся взять штурмом. Поэтому даже и не пытался.
После провала Седьмого крестового похода в 1249 году позиции крестоносцев в Сирии стали постепенно ослабевать. Гарнизон замка Крак де Шевалье также стал испытывать недостаток в рекрутах из Европы, начались перебои со снабжением. И все же рыцари продержались здесь вплоть до 1271 года.
Замок Крак де Шевалье можно было взять только штурмом — с огромными потерями для нападающих. 29 марта 1271 года войска мамлюкского султана Бейбарса (1260-1277 гг.) прорвались вначале за первую, а затем и вторую линию обороны. Немногочисленные защитники укрылись в трех самых мощных и высоких башнях. Там они могли бы продержаться еще очень долго, но 8 апреля предпочли сдаться в обмен на право беспрепятственного прохода в Триполи. И мамлюки — надо отдать им должное — спокойно пропустили рыцарей в Триполи.
Именно туда, по стопам крестоносцев мы и отправимся.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      

Мир без виз. С руин на руины

Алеппо — очень старый город. Но он существует не на пустом месте. По соседству с ним расположены ничуть не менее старые города. Правда, сейчас это уже не города — а руины. Жить там нельзя, но посмотреть стоит.

На мешках с мукой - в Эблу

Первые руины на нашем пути — Эбла. Они расположены недалеко от главного шоссе, связывающего Алеппо с Дамаском. От центрально городского автовокзала Алеппо (между рынком и железнодорожным вокзалом) по этому шоссе на юг ходят маршрутки. На одной из таких маршруток мы доехали до поворота на Эблу. Но до руин оставалось еще несколько километров. Их проехали в кузове попутного грузовика — на мешках с мукой.
 
Основателями Эблы считаются эблаиты (древний народ семитского происхождения). Они  пришли в на территорию современной Сирии из Юго-Восточной Аравии в середине IV тысячелетия до н.э. И основали свое государство со столицей Эбла.

В период расцвета государства эблаитов они контролировали территорию от финикийского Библоса на Средиземноморском побережье современного Ливана до Мари, в северо-восточной части Сирии, на берегу Евфрата. Торговые и дипломатические связи связывали Эблу с Египтом, Эламом и Шумером.

Были у Эблы и враги. В XXIII веке до н.э. город разрушила армия аккадского царя Шаррумкена (он также известен как Саргон Великий), и вскоре государство эблаитов потеряло свою самостоятельность. О его истории и былом величии сохранились лишь записи на глиняных табличках.

Судя по найденным при раскопках договорам с соседями, многие из них признавали господство Эблы. Против тех, кто отказывался подчиняться, предпринимались военные походы. Так, например, на глиняных табличках сохранилась история подавления бунта жителей Мари.

Против них был проведен успешный военный поход. И в результате был заключен выгодный для Эблы договор о выплате дани золотом и серебром (договор сохранился).

На такси — в Апамею (она же Афамия)

Вернувшись с руин Эблы на шоссе автостопом, мы также автостопом поехали дальше на юг — в сторону Апамеи. Вначале проехали с двумя полицейскими, а потом попали в маршрутку. Проезд здесь стоит недорого. Трудность только в том, чтобы понять, куда именно идет микроавтобус. Надписи все на арабском, водитель по английски не говорит и своей цели не выдает. На сирийских автовокзалах вообще не стоит говорить, куда именно едешь. Стоит проболтаться об истинной цели своего путешествия, как сразу же оказывается, что все едут именно туда — предполагается, что иностранец должен арендовать (и оплачивать) не одно место, а сразу всю машину (так она превращается из маршрутного такси в обычное — с соответствующей оплатой, плюс обычная накрутка на «иностранность»).
На шоссе вроде бы все было просто — маршрутка явно шла куда-то на юг, в нужном нам направлении. Попросились по-автостопному — до городка Маарет ан-Нуаман, от которого судя по карте в сторону Апамеи уходит дорога.
Доехали до Маарет ан-Нуамана, выходим. Водитель спрашивает: «А вам вообще-то куда?». Признаемся: «В Эблу». Он обрадовался: «Так что же вы выходите, маршрутка как раз идет в том направлении». Удивляясь тому, что нам так несказанно повезло, сели назад. Маршрутное такси забито народом — но по-английски никто не говорит, выяснить, куда именно направляется такси и насколько далеко от Апамеи будет проходить его маршрут не удалось. Но главное — едем. Дороги пошли сельские, быстро стемнело. На автостоп надежды мало, а так все же едем куда-то в правильном направлении.
Долго кружили по узким сельским дорогам и наконец приехали — прямо на руины. «С вас 600 лир» — сообщил водитель. Я даже не понял. По местным расценкам на маршрутки мы втроем никак не могли проездить больше, чем на 60 лир. И только тут выяснилось, что маршрутка шла в какое-то совершенно другое место, и водитель специально сделал крюк, чтобы нас отвезти (о чем мы совершенно и не просили!). И, что удивительно, ни один из пассажиров маршрутки не возмущался, что им также приходится ехать не по своему маршруту, а совершенно в ненужную им Апамею. Пока ругались с водителем — не столько из-за денег, сколько из-за того, что совсем и собирались арендовать такси исключительно для себя, а планировали добираться общественным транспортом — к нам подошел охранник-билетер. Первый англоязычный человек, кроме нас. Он и объяснил, что водитель вез нас специально и просит оплату не как с пассажиров маршрутки, а за «арендованное такси»: «Я понимаю, что вы и не собирались арендовать машину. Но когда не знаешь языка, недоразумения просто неизбежны». Так мы познакомились с Наджбом, охранником-билетером Апамеи. Билетов он нам продавать не стал — во-первых было уже поздно, а во-вторых он с самого начала почему-то отнесся к нам не как к обычным посетителям, а как к своим личным гостям: «Вы где собираетесь ночевать? Не знаете? Приглашаю вас к себе домой. Можете у меня переночевать». Мы же были настроены ночевать прямо здесь — на руинах Апамеи. Наджиб объяснил: «На руинах нельзя. Но можете переночевать в домике охранников». Мы еще немного поговорили, и Наджиб уехал, оставив нас в полном — как нам казалось — уединении на руинах Апамии.
В эту ночь как раз было полнолуние. Беломраморные колонны буквально светились под ярким лунным светом. По руинам можно гулять даже без фонарика. Себя мы «выдали» только тем, что взялись снимать руины со вспышкой. На нас вышел охранник. Они, казалось, ничуть не был удивлен, увидев ночью на руинах трех европейцев (видимо, Наджиб все же сообщил о нашем появлении). Так у нас появился гид — на самые интересные элементы, которые в темноте можно было и не заметить, он указывал фонариком.                
После прогулки по руинам, мы попрощались с гостеприимным охранником и, оставив рюкзаки среди руин, пошли в деревню.
Еще во время первой поездки по Сирии я заметил, что здесь удивительно гостеприимный народ — по отношению к иностранцам-европейцам, по крайней мере. Но такого, как в деревне у руин Апамеи, я даже здесь не встречал. Не каждый второй, а чуть ли не каждый первый, увидевший как мы неспешно прогуливаемся по улице (в поисках открытой в этот вечерний час столовой или закусочной), сразу же спрашивал: «Где вы собираетесь ночевать? Не знаете?» и тут же приглашал на ночь к себе в гости. Нам же хотелось переночевать именно на руинах Апамеи — под лунным светом. Поэтому на все (а их было десятки!!!) приглашения мы отказывались. Чтобы отказ не звучал слишком грубо, придумали «друга», у которого, якобы, уже остановились (местные жители просто не могли понять странную идею ночевать не в теплом доме на коврах, а посреди руин в холоде — действительно, было уже не жарко).
Мы уже свернули с центральной городской улицы на улочку, ведущую вверх по склону холма в строну руин, как нам сделали очередное предложение. Мужчина на мотоцикле выехал из двора дома и уже немного проехав мимо нас притормозил: «Может, зайдете ко мне на чашечку кофе?». Не знаю почему, но мы сразу же согласились. Хотя до этого от всех предложений завязать знакомство вежливо отказывались. Видимо, он сразу же расположил к себе.
   
Узнав, что мы из России, Мусаб Хамади вспомнил, что уже встречал одного русского — писателя-путешественника Антона Кротова. У него даже сохранилась книга с автографом. Сам Хамади закончил университет в Дамаске и сейчас работает учителем английского языка в школе. Но он тоже хочет стать писателем. И не только хочет, но и активно к этому стремится. В свободное от работы время подрабатывает переводом английских романов на арабский язык — он показал только что переведенную им книгу. Но под своей фамилией — уже как автор - он выпустил пока только учебное пособие по грамматике английского языка. Сейчас как раз пишет первый роман. Может, в будущем и станет известным писателем? Не зна, как он пишет. Но язык у него чувствуется «хорошо подвешен» - за пару часов нам буквально слова не удалось вставить, только вопросы и междометия. Зато мы узнали много для себя нового.        .
За чашкой кофе наш новый знакомый — Мусаб Хамади - на хорошем английском языке взялся объяснять ситуацию с правами и обязанностями женщин в Сирии: «У нас — религиозная свобода. Если вы увидите женщину, укутанную с головы до ног или в хиджабе, то это ни в коем случае не потому, что это их мужья на этом настаивают. Женщины в Сирии сами бывают религиозны и одеваются в соответствии с традициями ислама не под нажимом со стороны мужей, а по своему собственному выбору». Кроме того, в Сирии есть не только мусульмане, но и христиане — они могут ходить по улицам и без платков. И никто ничего не скажет. Потом разговор перешел на политику, религию, литературу... Казалось, нам уже и спешить некуда. Можем оставаться в этом доме на всю ночь.  

Ночь на руинах Афамии

Только часа через два мы вышли из гостеприимного дома (очередной раз отказавшись от предложения в нем переночевать) и вернулись на рутины — мы возвращались на руины. Интересно, достаточно ли теплые у нас спальные мешки?? Спать на руинах под звездным небом настоящему путешественнику значительно интереснее, чем где-то под крышей. Правда, с наступлением темноты стало быстро холодать — как в Подмосковье в конце сентября.
Так ничего и не решили. Но, оказалось, решение уже принято. У входа на руины нас ждал охранник — другой. Видимо, нас опять передали «с рук на руки». Веселый, не говорящий ни единого слова по-английски дедок — Абдулсаид - сразу же повел нас к себе в сторожку.

Очередной раз попили чаю (на Ближнем Востоке без этого никуда), пообщались на языке жестов. Спали, как водится, прямо на полу.    

Сразу же после восхода солнца Абдулсаид вызвался в качестве экскурсовода показать спрятанные от глаз обычных туристов сокровища — прекрасно сохранившийся храм в стороне от главной улицы (напольные мозаики — для защиты от непогоды и вандализма специально прячут под слоем земли — он разгреб показал и опять засыпал от случайных глаз).  

Античная Апамея (современные сирийцы предпочитают называть ее Афамия) по своим масштабам и изяществу архитектуры ничуть не уступает знаменитой Пальмире. Да и в истории он неоднократно упоминался — причем, под разными именами. В ассирийских текстах — Каркар, позднее — Фарнака. Александр Македонский переименовал его в Пеллу – в честь родины своего отца Филиппа Македонского. В начале III в. правитель Сирии Селевк I Никатор еще раз переименовал город — в честь своей Апамы (опять же в честь женщины!).

Апамея — город с женским именем — никогда не был известен героическими подвигами его жителей. Здесь предпочитали селиться художники и ученые, врачи и философы. Отсюда родом врач-психиатр Архиген, философ Нумений (II в.), ученики Плотина Порфирий (234-305 гг.) и Ямвлих (245-330 гг.).

Самым знаменитым выходцем из Апамии стал Посидоний (135-51 гг. до н.э.) - один из главных философов-стоиков, основатель Родосской школы. Он был наставником многих знатных римлян, включая Цицерона и Помпея.
Апамия, как центр философской мысли, находилась под покровительством знаменитой царицы Пальмиры Зенобии. Позднее — после подавления бунта царицы против власти Рима — его взяли под свою опеку римляне. Здесь побывали Антоний и Клеопатра, Септимий Север, заезжал с визитом император Каракалла.

В VII веке — в связи с общим упадком культуры и снижением уважения к науке — город оказался беззащитным перед захватчиками. Армия во главе с Хосровоам II в 612 году легко его захватила и разрушила. В 638 году Апамею также легко и просто захватили арабы, а с 1106 по 1149 годы здесь хозяйничали крестоносцы.
В античные времена Апамею окружала 6-километровая крепостная стена с семью воротами. Шестнадцать параллельных и поперечных улиц делили город на кварталы. Сейчас раскопана и частично восстановлена только главная улица - кардо максимум. Улица, шириной около 40 метров, протянулась почти на два километра. И на всем ее протяжении стоят в один-два ряда 10-метровые мраморные колонны, построенные во II в. римлянами. Так много колонн не увидишь больше ни в одном другом месте. Их, кажется даже больше, чем во всех античных городах Ближнего Востока вместе взятых. Именно огромным количеством колонн Апамия и выделяется среди всех лежащих в руинах римских городов.

Длинный-длинный ряд колонн завораживает. Кажется, на них можно смотреть бесконечно. Однако, пора ехать дальше.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      
Фото:

Мир без виз. На родине пророка Авраама

Мы пересекли Иорданию с самого юга на север и достигли границы Сирии. Официально въезд в Сирию для россиян — визовый. Но визу — с минимумом формальностей и всего за 20 долларов США — можно оформить прямо на границе. Так мы и сделали (перед этим еще пришлось заплатить по 5 иорданских динаров за выезд из Иордании). Автобусу даже не пришлось нас ждать — на пересечение границы нам потребовалось не намного больше времени, чем местным.
Вскоре мы были на окраине Дамаска. И что там делать в два часа ночи? К нам подошел кондуктор: «И где вас высадить?» Оказалось автобус идет напрямую в Алеппо. Нужно лишь немного доплатить. Зато остаток ночи мы проведем хотя бы с относительным комфортом — на сидениях автобуса, а не в блужданиях по ночному Дамаску.  

Очень, очень, очень старый город

Самое первое, что нужно сделать по приезду в Алеппо — особенно, если вы опадаете сюда рано утром — выпить горячий молочный кисель. Его продают только здесь и только по утрам. Продавцов киселя можно увидеть на всех перекрестках Старого города еще перед рассветом. Молочный кисель с добавкой корицы с коржиком — лучшее начало дня.

Теперь можно отправляться на исследование Старого города. Старые районы есть практически во всех городах, в которых мы уже побывали во время кругосветки «Мир без виз» (как правило, именно поэтому мы в них и заезжали — именно там, а не в спальных районах, можно увидеть исторические достопримечательности).

Но в применении к Алеппо выражение Старый город кажется недостаточным. Это именно Старый, старый, старый — просто очень-очень старый город. Возможно, самый старый город на земле (из продолжающих существовать, а не лежащих в руинах).

Алеппо (по-арабски, Халеб) - «северная столица» Сирии - расположен между Оронтом и Евфратом, на степной реке Коике (называемой обыкновенно Нар-эль-Халеб), у северо-западного подножья бесплодной возвышенности, в широкой котловине, окруженной со всех сторон высокими известковыми стенами.

Согласно Библии на холме, возвышающемся в центре Алеппо, жил пророк Авраам. Местным жителям он запомнился тем, что по вечерам бесплатно раздавал бедным молоко от своей коровы. Отсюда, как полагают и произошло арабское название города – Халеб ( Халеб-эш-Шабба, «Свежее молоко»). Но впервые город упоминается в египетских текстах начала III тысячелетия до н.э. Тогда он назывался  Халпу (или Харабу), а на глиняных табличках, найденных при раскопках Эблы, его называют Арман.
В Алеппо пересекались важнейшие торговые пути, связывавшие Месопотамию и Египет.
За свою долгую историю город пережил нашествия хеттов, египтян, ассирийцев, персов, греков и римлян. В 440 г. персы захватили и сожгли город. Император Юстиниан вернул его в состав Византии, где он и находился вплоть до арабского завоевания в 636 году. Потом Алеппо входил в состав Омейядского и Аббасидского халифатов. В 944 году здесь появилась своя династия — Хамданиды.  

В XI веке Алеппо стал главным торговым центром на караванном торговом пути между Востоком и Западом – на знаменитом Великом шелковом пути. В XII веке город неоднократно пытались взять крестоносцы, но это им так и не удалось. Более того. Именно в Алеппо родился знаменитый мусульманский полководец Салах ад-Дин, которому принадлежит «слава» освободителя Ближнего Востока от крестоносцев. Сын Салах ад-Дина Захир Гази построил городские стены и укрепил цитадель. Однако в 1401 году  стены не смогли защитить город от армии Тамерлана. Тысячи ремесленников были угнаны из Алеппо в Самарканд. Именно благодаря их мастерству и художественному чутью этот среднеазиатский город вскоре стал одной из «жемчужин» мусульманского мира.

Пешком по Старому городу

Прекрасный ориентир для начала прогулки по Старому городу — башня с часами на площади Баб аль-Фарадж. Пройдя по одноименной улице на юг (здесь куча дешевых и недорогих гостиниц — в одной из них мы и остановились).  
Войдя в Старый город, мы практически сразу попали на рынок — это и неудивительно в старейшем торговом городе мира. Рынок занимает огромное пространство, на котором сохранились старинные лаки, дома и мечети.

Самая главная мечеть - Джами аль-Омауи (Мечеть Омейядов), известна также как Джами аль-Кабир (Большая мечеть). Ее квадратный (а не круглый, как у большинства других мечетей) минарет, украшенный тремя поясами арабской вязи, служит прекрасным ориентиром.

Мечеть была построена на месте сада собора Святой Елены в 715 г. по приказу омейядского халифа Сулеймана. В качестве образца архитекторы взяли уже существовавшую к тому времени дамасскую мечеть Омейядов — те, кто был в Дамаске, сразу же это заметят. Раньше мечеть была значительно красивее, чем сейчас — даже после продолжавшейся пять лет реставрации (мечеть открыли после реставрации в 2006 году — в год, когда Алеппо был мировой столицей исламской культуры).

Самая интересная и оригинальная часть мечети — двор, вымощенный плитками из цветного камня в виде пересекающихся квадратов и прямоугольников — сохранился в первоначальном виде. Но мраморную облицовку стен по приказу аббасидских халифов сняли и увезли для украшения мечети в Багдаде.

Рынок окружает Большую мечеть с трех сторон. Многие товары делаются ремесленниками прямо тут же — на рынке, рядом с лавками. В средневековье ремесленники Алеппо стали объединяться в гильдии — по профессиональному принципу. Каждая ремесленная корпорация создавала свой рынок.

Поэтому и сейчас можно увидеть, как на одной улочке торгуют тканью, на другой — мылом, на третьей — изделиями из меди.

Мыло Зейтун

Среди товаров, продающихся на рынках Алеппо, нельзя не обратить внимание на оригинальное мыло — его продают буквально на каждом шагу. Это мыло делают в полном соответствии с традиционной технологией, которой уже не одна тысяча лет. Секреты производства и тонкости мастерства передается только внутри семей мыловаров - от отца к сыну. А варят мыло на фабриках, возраст многих из которых превышает 500 лет.

Процесс варки мыла занимает более недели. В огромных каменных чанах оливковое масло смешивается с лавровым, потом добавляется сода (в некоторые сорта - кипарисовое масло и корица).
В результате получается мыльная масса насыщенного темно зеленого цвета. Она выливается в специальное углубление в полу на заранее постеленную тонкую бумагу. Когда мыло затвердеет, его режут на бруски и выкладывают на просушку – минимум на 9 месяцев.
Лучшим по качеству считается мыло от 1,5 до 3 летней выдержки. За время сушки поверхность мыла постепенно меняет свой цвет с зеленого на бежевый (оттенки могут варьироваться от светло-бежевого до темно-коричневого).

Самые дешевые молодых сорта мыла — в нарядной подарочной упаковке можно купить сравнительно недорого — от 100 лир за 100-граммовый кусок.

Отреставрированная крепость

От Большой мечети всего лишь 300 метров до крепости — она занимает всю вершину плоского, со срезанной вершиной холма. Очевидно, Цитадель очень удобно защищать. С какой стороны не посмотри, до стен нужно карабкаться метров пятьдесят по крутому склону. Причем, добираться до него нужно через широкий крепостной ров. Склоны холма выложены гладким камне тоже не для красоты. Камень мешает нападающим прорыть подкоп.
Вход — только один. И укреплен он так, что сам по себе напоминает средневековый замок.
Предмостная башня, высотой 20 метров, стоящая на внешней стороне рва, защищает ведущий в крепость мост. Каменный арочный мост приводит к громадной башне, защищающей городские ворота. Интересно, что сами ворота со створками из кованого железа, расположены не фронтально, как обычно, а в боковой стене башни. До них не так-то просто и добраться. Да и тараном орудовать затруднительно.
В X веке крепость выдержала осаду византийской армии. Штурмом византийцы крепость взять не смогли. Тогда они пошли на хитрость — чисто в восточном стиле — стали оказывать психологическое давление на защитников. Каждый день перед входом в крепость казнили захваченных в плен горожан. Так было казнено двенадцать тысяч человек, но крепость так и не сдалась.
Неприступная для захватчиков крепость в XIX веке была легко сметена землетрясением. Причем все  здания были так сильно разрушены, что восстановительные работы продолжаются по сей день. Крепостные стены и надвратная башня сейчас выглядят ворота как только что построенные. Стены холма аккуратно выложены камнем. Но на территории самой крепости и сейчас можно увидеть лишь руины. Да и тех мы не видели. Перед самым входом в крепость у меня окончательно сломался фотоаппарат (он давно «глючил» и снимал только на ручной установке резкости, но до этого все же держался). Я сразу же озаботился покупкой нового фотоаппарата.  
Конечно, где как не в Алеппо — своеобразной торговой столице Ближнего Востока — делать шопинг. Конечно, фотоаппараты не относятся к традиционным товарам, продающимся вразвес на базарах. Но мастерство-то торговцев никуда не делось.
В первой же неказистой на вид маленькой темной лавчонке мне предложили огромный каталог с самыми современными моделями японских фотоаппаратов. Ждать доставки, правда, пришлось целый день — видимо, прямо из Японии везли.
Сейчас те, кто следят на сайте «Вокруг света» за статьями из кругосветки с самого начала, смогут сравнить — будут ли отличаться ли новые (сделанные после Алеппо) фотографии по качеству.
Алеппо — самая северная точка ближневосточного этапа путешествия. Дальше дорога ведет на юг. При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      
     

Мир без виз. Ночь и день на Мертвом море

Потратив целый день на изучение замков крестоносцев, уже поздно вечером в темноте мы оказались в каком-то городке на южной оконечности Мертвого моря. И тут происшествие. Мы вышли из автобуса и пошли в сторону освещенного магазина — до него было всего несколько метров. Неожиданно у припаркованного возле обочины грузовика открылась задняя дверца и с размаху — прямо на нас. По касательной дверца зацепила Сашу. Удар по голове, искры из глаз, ссадина. Зашли в магазин, чтобы смазать ссадину йодом. Владелец магазина был сильно взволнован: «Чем я могу вам помочь?». Он тут же притащил салфетки и воду, чтобы обмыть рану. Потом он пригласил нас к себе переночевать. Но мы отказались. А от предложения подвезти отказываться не стали. И вскоре на «Мерседесе» мы мчались в темноту по дороге. Слева в лунном свете блестело море. Но никаких огней или признаков жизни на берегу не было. Берег совершенно безжизненный, даже непонятно, в каком месте лучше остановиться.

Кемпинг на Мертвом море

Владелец магазина высадил нас перед постом возле ущелья Вади Муджиб.
В то время как предыдущей ночью возле Петры было очень даже холодно, здесь — на берегу Мертвого моря — по-летнему тепло. Мягкий бриз, шелест волн, лунный свет — и полное одиночество. Других желающих кемпинговать в этой части побережья не было.

Мертвое море - уникальный природный памятник. Озеро, размером 75 км в длину и от 6 до 16 км в ширину, уже издревле было принято называть морем. В Библии оно упоминается как Арабское, Соленое или Восточное море.

Уникальность Мертвого море прежде всего в самом его положении — в самой низкой точке на земле, на уровне 408 метров ниже уровня мирового океана. Но, кроме того, это еще и самый соленый водоем планеты. В воде Мертвого моря можно найти пол таблицы Менделеева — от брома и хлора до редкоземельных металлов. Содержание солей здесь 350 гр./литр - почти в 8 раз больше, чем в среднем в мировом океане.

Купание в очень «плотной» и маслянистой на ощупь воде оставляет незабываемые впечатления. Из-за высокой плотности в Мертвом море практически невозможно утонуть. Но и плавать только невозможно — стоит повернуться на живот, чтобы сделать хоть несколько гребков, как спину сразу же выгибает дугой, а руки и ноги торчат над водой. Можно только лежать или сидеть. Обычно на фотографиях с Мертвого моря изображают людей, читающих газету прямо «сидя» в воде. Вместо нее мы сфотографировались с флагом «Турбины». Тоже прекрасно видно, что мы находимся именно на мертвом море.

На всех остальных - «живых» морях так позировать невозможно.
Растворенные в воде минеральные соли помогают при лечении псориаза и других кожных заболеваний. Солнечные лучи фильтруются «дополнительными» 400 метрами сухого, с высокой концентрацией брома и почти без пыли воздуха, а испарения с поверхности воды действуют как поляризационный фильтр. Благодаря этому ультрафиолетовое излучение солнца сильно ослабляется, что создает идеальные условия для гелиотерапии. К тому же место пустынное и загорать можно хоть целый день в полном одиночестве. Гостиницы и современные лечебно-реабилитационные центры строятся на крайней северной оконечности моря, недалек от впадения в него реки Иордан.

Дорогие горячие источники

Вдоволь накупавшись в Мертвом море, просоленные насквозь (пресной воды там нет) мы вышли на дорогу и пошли в сторону Вади Муджиб. У входа в ущелье устроили полицейский пост (район Мертвого моря — приграничная с Израилем территория). Полицейские напоили чаем и немного подвезли — до поворота в сторону горы Небо.

Поворот выглядел очень пустынным. Казалось, там в ожидании попутки можно простоять целый день. Но буквально через несколько минут притормаживает микроавтобус. Внутри три человека.
- Нужна помощь? На гору Небо? Мы туда не едем. Но можем подвезти немного по пути.
Так мы познакомились с Саудом, Саламом и Махмудом. Они — как и мы были с ног до головы в соли — явные признаки купания в Мертвом море в «диком» месте (на официальных — небесплатных пляжах есть душ с пресной водой). Они ехали на горячие источники. Остановились на повороте.
- А вы не хотите с нами на источники?    
Почему бы и нет. Заодно от соли отмоемся.
Горячие источники Хаммамат Маин (Hammamat Ma’in) известны уже четыре тысячи лет. Здесь лечился сам Ирод Великий. Но недавно французы построили там пятизвездный спа-комплекс и теперь вход — только платный. Причем, недешево. Чтобы войти на территорию охраняемого как крепость комплекса, нужно заплатить по 10 динар с человека и еще 5 динар — за машину. Нашим попутчикам это показалось дорого, и они развернулись.
Давайте отвезем вас на гору Небо.

Гора Небо

Дорогу на гору Небо они не знали, а указатели оказались запутанными — даже для местных (при том, что большая часть дорожных знаков написана только на арабском языке). К тому же по пути неожиданно закончился бензин. Пришлось ждать, пока один из друзей, вызванных по мобильному телефону (прогресс!) привезет канистру с топливом. Поэтому ехали долго и успели познакомиться с тремя закадычными друзьями. Они вместе работают на стройке, вместе живут и вместе отдыхают.
Долго кружили по окрестностями Мадабы, но все же нашли гору Небо — наше упорство было вознаграждено.
 
С горы Эн-Нэбо (Nebo) с высоты 802 метров, пророк Моисей узрел Землю Обетованную. Здесь же его позднее и похоронили - где конкретно, неизвестно до сих пор. В III-IV веках на одной из вершин горы -  Сияга (Siyagha, по-арамейски «монастырь») была построена часовня. В конце VI века на ее месте возвели византийский храм.

В 1930-х годах на гора начались археологические раскопки. И сейчас в маленьком музее можно увидеть найденные при этом византийские мозаики. На самой большой из них, размером 9 метров на 3 метра, изображен процесс изготовления монастырского вина и охота.

От византийского храма остались одни руины. Сейчас вход на них закрыт — идет активная реставрация. Две колонные у входа в храм и стоящий неподалеку авангардный крест можно увидеть только издалека. Скульптура итальянца Фантони «Змеиный крест» – аллегорическое изображение из ажурного железа — довольно странно смотрится на фоне классических руин. По идее художника его скульптура символизирует обвитый змеей посох Моисея и крест, на котором распяли Христа.
В целом, посещение горы Небо разочаровывает. Здесь все время приходится напоминать себе, что находишься на историческом месте — само по себе оно ничем не примечательно. Если бы не Моисей, то эта гора ничем бы не выделялась из ряда таких же гор, разбросанных по окрестностям Мертвого моря.    

Бесплатные горячие источники

С горы Небо друзья предложили свозить нас на горячие источники. Оказывается, они знают и бесплатные источники в районе Мертвого моря.
В отличие от дорогих источников в Маине, эти источники никак не обозначены. Их местоположение можно определить только по припаркованным на обочине шоссе машинам и толпе людей — просоленных, испачканных целебной грязью и мокрых, уже после купания в пресной воде.

Вернее, самих источников там нет. Есть лишь стекающая из них река (по всей видимости она течет именно из источников Маин). Чем выше по течению поднимешься, тем горячее  и чище вода, тем меньше купающихся. После долгих и напряженных поисков нашей компании тоже удалось найти подходящее место — в небольшой «ванночке» примерно по колено глубиной. Температура воды в том месте была примерно 33-35 градусов. Чем больше в ней сидишь, тем больше прогреваешься.  

Автобус в Дамаск

По дороге в Амман друзья завезли нас в свой родной город — Эс-Салт, чтобы показать главную достопримечательность — церковь Святого Георгия.
В Аммане нас высадили на площади Абдали. Оттуда ходят автобусы в Сирию. Правда, дойти до автобуса удастся только, если сможешь отбиться от навязчивых приставаний таксистов. Нам удалось. Вскоре мы уезжали на прямом автобусе в Дамаск.
При поддержке сообщества путешественников Турбина кругосветка «Мир бз виз» продолжается...      
Страницы: Пред. | 1 | ... 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | ... 11 След.