Города России на Великом шелковом пути (Анжи-кала или Саман-дар)

80ac7461234c0defc4a6db9a9b1ec815.jpg
В раннем Средневековье на юге России существовали такие топонимы как Саман-дар и Анжи-кала. Но из всего массива данных, точно известно, что оба названия относятся к одному и тому же пункту в районе Таркинской горы (современная Махачкала).

Прежде всего, начнем с того, что согласимся с известным историком-востоковедом, Новосельцевым А.П., который считает широко распространенную иранскую этимологию Саман-дара, как "крайние ворота", неубедительной [1], хотя бы потому, что географически это не верно. Ведь, еще дальше на северо-запад существовал целый персидский укрепрайон в месте выхода реки Сулак на равнину. Не исключено, также, что были и еще более отдаленные укрепления; Выше указанный историк предлагает, на наш взгляд, более точную этимологию для второй части слова: "... не исключено, что на самом деле здесь должно было стоять "дар" с долгим "а", и тогда это слово в персидском означает "дом, жилище" ... еще более интересно, что форма с кратким "а" в среднеперсидском имела значение "дворец" ..." [2][3].

Далее, оставаясь, все так же, в русле иранской этимологии для всех частей рассматриваемого топонима, предлагаем первую его часть - "саман", выводить из раннего тюркизма в персидском языке, с переводом "кирпич-сырец" (строительный материал из глинистого грунта с добавлением соломы). Было также и второе значение, "белый", видимо, логически связанное с первым. Это слово уже в ново-персидском языке раннего периода фиксирует известный немецкий тюрколог Gerhard Doerfer [4]. Такого же мнения придерживаются авторы книги "Хазария в кросскультурном пространстве", 2014 г. [11].

В конечном итоге, мы получаем следующий результат: Саман-дар - "глинобитный дом, дворец". Этот вариант станет еще более убедительным, если мы продолжим наше исследование в полной связи со вторым местным топонимом - Анжи-кала (или ГIянжи-Къала, как произносят его на местном даргинском языке). В отличии от других местных языков, похоже только даргинский дает единственный и однозначный перевод этого топонима - ГIянжи-Къала, "глинобитная или земляная крепость" [5] .

И действительно, из различных свидетельств, оставленных исследователями данной местности мы узнаем, что из камня были выложены стены не самой цитадели, а только стены запирающие проход между морем и Тарковской горой. Например у Юлиуса Клапрота (1783-1835) читаем: "... в трех верстах севернее селения Тарки виднелись на некотором расстоянии друг от друга три стены из камня, протянувшиеся от гор к морю и служившие защитой расположенному между ними древнему городу ..." [6]. Остатки именно этих стен, потерявших целостность и непрерывность, некоторые авторы принимали за руины самого города и цитадели. Но археологических данных, которые могли бы указать на наличие подобного именно каменного города (каменной цитадели) науке пока неизвестны. Ответом на это может послужить, как раз, даргинская этимология крепости - глинобитные постройки просто не смогли сохраниться до наших дней. Зато читаем у Иессена А.А., 1935 г., "... Здесь множество курганов, расположенных между остатками оборонительных стен ..."[7]. Эти курганы, а не груды камней, которые давно бы уже разобрали на строительство Порт-Петровска, как раз, могут быть остатками глинобитных сооружений. О неминуемом использовании камня, изъятого из древних построек сообщает археолог Башкиров А.С., "... фрагменты северной стены почти не нащупываются, видно ее ложе, оставленное после расхищения камня, вывезенного на постройку г. Петровска ..."[8]. О дефиците камня, но изобилии хорошей глины в местном районе читаем в заметке, посвященной строительству Петровского порта: "... дороговизна строительных материалов побудила инженера Фолькенгагена, работавшего на строительстве петровского мола, изготавливать для строительства кирпичи из местной глины ..." [12].

И так, мы выяснили, что персидское название для прибрежного города Саман-дар, это прямая калька от даргинского ГIянжи-Къала (Анжи-кала), со значением "глинобитная крепость, дворец". О том, что этот город находился именно на берегу моря, читаем у ал-Мукаддаси: "... Самандар - большой город, расположенный на берегу "озера" между Хазарской рекой (Атилем) и Баб ал-абвабом (Дербентом) ..."[9] .

Об изначальном населении города нам видимо говорит не только даргинская этимология его названия, но и свидетельства древних авторов. Масуди (в переводе Минорского, Оссона, Данлопа) свидетельствует о том, что столицей кайтагского (даргинского) государства был именно Саман-дар: "... Народ ал-Баба (Дербента) терпит много ущерба от царства Хайдак, столицей последних был Самандар ..."[10].

Источники:
[1] Новосельцев А.И., Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа, 1990, (Гл. 4.3.3.)
[2] Новосельцев, там же.
[3] MacKenzie D. N. A concise Pahlavi Dictionary. Oxford, 1971. P. 24
[4] Gerhard Doerfer, "Türkische und mongolische Elemente im Neupersischen", Wiesbaden, Franz Steiner Verlag
[5] Русско-даргинский словарь / Составитель Исаев М.-Ш. А., под общей ред. Джидалаева Н. С. — Махачкала: Дагучпедгиз, 1988. — С. 74, 175.
[6] Julius Heinrich Klaproth, Geographisch-historische Beschreibung des ostlichen Kaukasus (Weimar 1814)
[7] Иессен А. А., «К вопросу о древнейшей металлургии меди на Кавказе» (1935)
[8] Башкиров А. С., «Искусство Дагестана. Разные камни» (1931)
[9] Ал-Мукаддаси., «Лучшее разделение для познания климатов», с. 361.
[10] Минорский, История Ширвана и Ал-Баба,http://www.vostlit.info/Texts/rus13/Sirvan_Derbend/pr..
[11] "... Самандар - название этого города толкуется как «белый дом, дворец›› ...", Т.М. Калинина, В.С. Флеров, В.Я. Петрухин; "Хазария в кросскультурном пространстве", 2014 г., стр. 41
[12] Северокавказский город в региональном историческом процессе. Материалы международной научной конференции (Каспийск, 18 – 19 сентября 2012 г.). Сборник научных статей / Отв. ред. Э. М. Далгат – Махачкала, 2012.

Астрахань на пути в Персию

Астрахань на пути в Персию Торговля Русского государства с Персией после его выхода к Каспийскому морю стала быстро расти. Большую роль в торговле с Востоком играла Астрахань. По свидетельству Барбаро, еще в XV в. русские посылали свои суда в Астрахань за солью. в конце XV в. между Москвой и Астраханью уже ходили большие торговые караваны. В XV и начале XVI в. в Астрахань приезжали купцы из Персии, Средней Азии, Венеции и с Кавказа.
Значение Астрахани и волжского торгового пути возросло еще больше, когда некоторые европейские купцы, преимущественно английские, решили использовать этот путь для торговли с Востоком. В 60-х годах XVI в. англичане организовали специальную компанию для торговли с Россией, Персией и северными странами.
В 1561 г. член компании Дженкинсон предложил Ивану IV проект торговли с Персией. Вскоре торговля с Востоком через русские земли была затруднена тем, что только с согласия царя, при условии уплаты половинной пошлины, разрешалось ходить в Казань и Астрахань. Но в 1588 г. англичанам вновь было разрешено свободно ездить из Москвы в Персию, Бухару и Шемаху, не платя пошлин. При Михаиле Федоровиче англичане получили подтверждение своей привилегии на беспошлинную торговлю. Но англо-персидская торговля не приняла широких размеров, так как дальний путь, большие расходы и опасности, особенно в районе Каспийского моря, останавливали английских купцов. К концу XVII в. торговля между Персией и Англией почти полностью прекратилась, так как в Русском государстве для этих купцов были снова введены некоторые ограничения.
Добивались права торговли с Персией через русскую территорию и голландцы. Во время переговоров в Москве в 1630 г. голландские послы просили, чтобы им было предоставлено на тридцать лет право исключительной и беспошлинной торговли с Персией через Русское государство за ежегодный взнос в царскую казну 15 тысяч рублей. Но они получили отрицательный ответ; в подобной же просьбе по челобитной московских купцов было отказано и англичанам.
Торговля с Персией была особенно важна для Русского государства. Персия, отрезанная враждебной Турцией от европейского рынка, также была заинтересована в развитии торговли по Каспийскому морю и Волге. В течение нескольких столетий Персия вела торговлю, с Западной Европой (с венецианскими, генуэзскими и другими купцами). Начавшиеся турецко-персидские войны привели к полному прекращению торговли Персии с Европой. Черное море оказалось закрытым. Персия вынуждена была искать новых торговых путей. Торговля через Персидский залив только начинала налаживаться и еще не имела практического значения Оставался единственный путь - через Каспий и Русское государство.
В Москву приезжали персидские посланники по торговым делам. Все больше русских купцов участвовало в восточной торговле. До захвата турками западного побережья Каспийского моря (в 90-х годах XVI в.) русские и персидские, особенно гилянские, купцы ездили вдоль его западных берегов. Этот путь был уже освоен, там имелось много удобных «пристанищ». После захвата турками побережья торговый путь переместился к восточным берегам, малонаселенным, неудобным и опасным, так как пираты нападали на купеческие суда — «бусы». Поэтому некоторые купцы предпочитали ездить старым путем.
Персидские товары были в большом ходу в России. Ввозились главным образом шелк-сырец и предметы роскоши. В Москве был особый персидский гостиный двор с лавками. Торговля шелком была монополией царской казны. Лучшие сорта других товаров, в частности так называемые «узорные товары» (драгоценные камни, золотые и серебряные украшения), в первую очередь покупала казна. В Персию вывозились собольи, беличьи и прочие дорогие меха, кость, моржовые клыки, юфть, пенька, лен, хлеб. (Хожение купца Федота Котова в Персию, 1958 г.)

Мекканская торговая империя

ad2c96c39197cadda6089790f799341f.jpg
Первый удар мусульман (с мекканско-курейшитской торговой компанией в качестве ядра) пришелся именно по главным узлам международной торговли первой половины 7-го века: Ктесифон - Багдад, Дамаск - Бейрут, Александрия. Таким образом, южная сухопутная ветка Великого Шелкового Пути (ВШП), а также, обе морские ветки (красноморская и персидского залива) на пути в Индию, были полностью взяты под контроль. Оставалась еще северная ветка ВШП, которую контролировал Хазарский Каганат. Желание арабов завладеть также и этой веткой, было основной причиной 100-летней арабо-хазарской войны. О важности данного фронта для арабов говорит то что сам "халиф Гарун-аль-Рашид, по преданию, лично находился в Дербенте в течении 7-ми лет" (Козубский, "История города Дербента", 1906, стр. 31). Тем самым, превратив этот город, на указанный период, по факту, в политический центр Халифата. "... Нигде более, ни даже в Пальмире или Джераше, так ясно не чувствуешь биения пульса торговой, караванной жизни как в Петре (столица Набатейского царства). Нигде не ощущаешь так близко, так непосредственно того соединения горячей веры бедуина пустыни, руководителя караванов с лихорадочной жизнью купцов-спекулянтов, этого причудливого соединения, которое создало Магомета и его великую религиозную империю. В Мекке я не был; но атмосфера Петры такая же, как и Мекки, и здесь в Петре, я впервые понял, откуда у арабов Магомета появились те черты которые позволили им создать мировую религию и мировую империю, осуществить то, что когда-то осуществили шумеры и вавилоняне ..."; Ростовцев (1870-1



952), "Караванные города", стр. 56

Каспийские ворота (Албанские и Горганские).

4f2141ab06791f6bb739a5d753e7b0be.jpgae96290310c495fa7af05ba022315753.jpgКаспийские ворота (греч. Κάσπιαιπύλαι) — историко-географическое название, которым со времён древних цивилизаций обозначали два узких прибрежных прохода с севера на юг в богатые земледельческие цивилизации древних Персии, Мидии и Месопотамии.
Подобные ворота образовались в естественном рельефе прикаспийской местности в двух ключевых местах. В районе дагестанского Дербента имелись так называемые Албанские ворота (так их пометил Клавдий Птолемей), представлявшие собой узкую прибрежную полосу между западным берегом Каспийского моря и отрогом Кавказского хребта.
Также, на другой стороне Каспийского моря, в районе современного города Горган в Иране расположились Горганские ворота.
Для защиты и тех, и других ворот персидские правители возвели целый ряд мощных оборонительных укреплений. Дербентская стена - Даг-бары
Дербентская крепость на самом деле была лишь частью оборонительной системы, куда входило также мощное фортификационное сооружение – труднопреодолимая преграда, контролирующая все горные дороги. Называлась она Даг-бары («Горная стена») и состояла из стен, башен, ворот и охраняющих их поселений, расположенных в стратегически важных местах. Уходила Даг-бары высоко в горы, и протяженность ее была, по данным историков, более 40 километров. Адам Олеарий, однако, приводит и другую цифру: «Повыше города через горы, лесистые здесь, построена была стена толщиной в три фута, которая, как говорят, тянулась на 60 миль в сторону Понта» (Эвксинского, то есть Черного моря. – И. К.). 60 миль – это почти 100 километров!..

Дербентскую цитадель в ее нынешнем виде и фрагментарно уцелевшую горную систему укреплений Даг-Каспийские ворота (греч. Κάσπιαιπύλαι) — историко-географическое название, которым со времён древних цивилизаций обозначали два узких прибрежных прохода с севера на юг в богатые земледельческие цивилизации древних Персии, Мидии и Месопотамии.
Подобные ворота образовались в естественном рельефе прикаспийской местности в двух ключевых местах. В районе дагестанского Дербента имелись так называемые Албанские ворота (так их пометил Клавдий Птолемей), представлявшие собой узкую прибрежную полосу между западным берегом Каспийского моря и отрогом Кавказского хребта.
Также, на другой стороне Каспийского моря, в районе современного города Горган в Иране расположились Горганские ворота.
Для защиты и тех, и других ворот персидские правители возвели целый ряд мощных оборонительных укреплений. Дербентская стена - Даг-бары

Великая Горганская стена (Ануширванская стена, Фирюзинская стена, Казан-Алан, реже Садди-Искандар, что значит «стена Александра») — древнее защитное сооружение в провинции Голестан северо-восточного Ирана. Названа в честь города Горган после её археологических исследований в 1970-х гг. археологом Гиани. Во времена ранней античности область вокруг стены имела греческое название Гиркания. Местные ираноязычные народы называли её Красной змеёй по цвету ее кирпичей. В древности стена защищала парфянские земли, в частности, Каспийские ворота от нападений кочевников северных степей.
Дата начала возведения стены дискуссионна. Ряд археологов указывают на парфянский период (250 год до н. э.). Стена протянулась с запада на восток по линии Горганский залив - Пишамарские горы. Длина её 195 км, ширина 6-10 метров. Каждые 10-15 км вдоль стены располагались около 40 оборонительных фортов. В разные времена её обслуживал постоянный гарнизон численностью от 10 до 30 тысяч человек.

 

Планы Гитлеровской Германии о постройке сети железных дорог со сверх широкой колеей (3 метра). В том числе, дороги в Южную Азию через Кавказ.

"Планировалось протянуть трансконтинентальные железные дороги с 3-метровой шириной колеи (Breitspureisenbahn), по которым со скоростью около до 250 км/час должны были помчаться гигантские поезда.
... Париж, Рим, Триест, затем вся восточная Европа – Прага, Стамбул, Минск, Москва.
Затем ещё дальше – Каспийское море, Баку, Персия, Индия."

"... немцы учитывали большое геостратегическое значение Кавказа, так как через его территорию проходили магистрали, играющие важнейшую военно-стратегическую роль в системе международных коммуникаций как с востока на запад, так и с севера на юг ...
... немецкий генерал К. Цейтлер в своих мемуарах писал: "... он (Гитлер) хотел через Кавказ или другим путем послать высокоподвижные соединения в Индию". Захват же Кавказа позволил бы провести операцию "Баядера", то есть вторжение через Афганистан в крупнейшую английскую колонию — Индию.
Летом 1942 года представители Берлина и Токио разрабатывали план, в соответствии с которым японские войска должны были наступать из Бирмы, а немецкие — с Кавказа, через Иран, чтобы встретиться на территории Индии.
Уверенные в успехе немцы, как сообщал, опираясь на данные своей разведки, У. Черчилль И.Сталину в секретном послании от 30 сентября 1942 года, "уже назначили адмирала, которому будут поручены военно-морские операции на Каспийском море". Далее говорилось, что "немцы избрали Махачкалу в качестве своей главной воен номорской базы и планировали перебросить по железной дороге из Мариуполя на Каспий около 20 судов, включая итальянские подводные лодки, торпедные катера и тральщики".
Это позволило бы немцам, перерезав судоходную линию Астрахань — Баку, во-первых, значительно ослабить оборону города нефти; во-вторых, помешать переброске морским путем больших партий нефти и нефтепродуктов из Баку в Астрахань и Красноводск, так как из-за достаточно эффективной советской противоздушной обороны и действий Каспийской военной флотилии бомбардировщики люфтваффе не могли в полной мере справиться с поставленной задачей."

Путешествия европейцев по Индийскому океану и Каспию в 12-15 века", Жан Ришар (1968)

... Инициатива морской войны в Индийском океане против мамелюков вероятно происходила от Аргун-хана, Ильханидского правителя Персии. Со слов Абу-ль-Фараджа известно что в 1290 году Аргун-хан принял на службу 900 генуэзских моряков, 700 из которых отправились прямо в Багдад, в то время как остальные 200 взяли корабль в Мосуле на берегу Тигра (они должны были, предположительно, заготовить строевой лес в Верхней Месопотамии, который собирались использовать для кораблестроения). Джон Винтертур сообщает нам что зиму они провели в Багдаде, работая на строительстве двух галер; и что одному из генуэзцев взбрело в голову осквернить мечеть, из-за чего начались сильные беспорядки. В конце концов, Гийом Адам сообщает нам, что пройдя вниз по течению до Басры, генуэзцы разделились на две группы, гвельфов и гибеллинов, и перебили друг друга. Это помешало организации коммерческого пиратства, задуманного монгольскими правителями (1291) ...
... Стоит отметить что Каспийское море предоставило европейским путешественникам те же возможности что и Индийский океан. В период, который последовал сразу после монгольских завоеваний, определенная их часть, могла предпочесть путь через Каспий нежели в обход по суше. Правда использование этого моря местными народами вероятно было не очень развито. В любом случае, еще до окончания 13-го века Марко Поло пишет о Гилянском (Каспийском) море и подчеркивает что "не так давно генуэзские купцы стали плавать в этом море на судах которые перевезли туда". Затем отмечает что "гилянский шелк" получали с южного берега этого моря. Когда генуэзцы продвинулись дальше от своих факторий в Крыму и на Кубани, они несомненно посчитали удобным перетаскивать и спускать небольшие суда в Каспий, чем возить свои товары через неспокойные границы монгольских держав и мелкие княжества мусульман и грузин Кавказского региона. Мы не знаем точное место, где эти суда спускались в море, но разумно предположить что это был конец дороги которая вела из Матреги к портам лезгинского побережья Дагестана. Францисканские миссионеры, которые обратили в католичество значительное количество кайтагцев, пользовались именно этой дорогой.
Именно в связи с этими христианами Лесгии, между 1390 и 1400 годами мы еще раз слышим об европейцах, спускающих корабли в Каспий. Нашествия Тамерлана поставили местные христианские общины в столь трудное положение, что отряд европейцев объединился для того чтобы снарядить и спустить на море небольшую эскадру для защиты этих кавказских христиан. Еще один генуэзец, Антонио Реккана, возглавил эту экспедицию, которая смогла успешно перевести военные действия на мусульманский берег. Однако, дело защиты христиан очень скоро уступило место желанию получать коммерческие выгоды. Реккана стал использовать для этого корабли, построенные для защиты Кайтага. Из-за этого Папа Бонифаций IX вынужден был взять инициативу на себя и организовать в 1399 году Крестовый поход под руководством местного францисканского наместника, Антонио Солпана (кайтагского вельможи) ...

Предшественниками греков-аргонавтов на в Черном и Азовском морях были лелеги-карийцы или 1000-летняя война за Великий Индийский Путь.

I. "Еще задолго до появления греков на реке Танаисе (Дон), финикияне, имевшие уже сильный торговый флот, заходили в Черное (Асканское) море и доходили до той дальней восточной земли, куда их, как и позднее греков, привлекала молва о золотых россыпях и о богатстве далеких баснословных стран. В этих странствованиях они из Черного моря заходили в Азовское и по Маныческому проливу появлялись в Каспийском, заходили в устья Волги и Урала, куда действительно из стран Приуральских могло доставляться золото. Из этих же стран они могли вывозить медь и другие металлы, а также мед, воск, рыбу, какой нет в других морях, например — красную, пушной товар и хлеб ...", Е. П. Савельев. Археологические очерки Дона. Выпуск ІІ-й. Городища дельты Дона.
1) Плутарх. „Танаис”, гл. ХІV, 1-2;
2) Н. Зейдлиц. „Сборник сведений о Кавказе”, том ІІ, 1872 г.
I (a) Ливенцовская (Левенцовская) крепость — укрепление, построенное племенами северокавказской культуры в 17 веке до новой эры. Отрыта археологами в в середине 1950-х годов. Расположена на окраине Ростова-на-Дону, между посёлками Ливенцовка и Каратаево. В прессе называется «Древнейшей крепостью Европы», «Донской Троей». Источник.
II. "Финикия (Φοινίκη) — греческое название части полосы на восточном берегу Средиземного моря. Самое правдоподобное его объяснение — "страна красного солнечного божества Финика" (Φοϊνιξ), появлявшегося с востока. Первоначально это имя прилагалось к Карии, ближайшему к Греции восточному берегу Малой Азии." Источник.
III. "Карийцы, пользовавшиеся широкой известностью в древнем мире как морской народ, жили во II тысячелетии до н. э. почти на всех островах Эгейского моря. Бесстрашные мореходы, бороздившие моря во всех направлениях, карийцы нередко наводили ужас на приморские области своими разбойничьими набегами. Из древней литературной традиции, дошедшей до нас через римского писателя Плиния Старшего, мы также знаем, что низовьями реки Танаис (теперь Дон) владели карийцы, прежде чем туда проникли греки. Стало быть, карийцы не только поддерживали связь с Причерноморьем, но кое-где имели и свои морские базы. Греческие купцы-мореходы позднее, начиная с VII в. до н. э., следовали по проложенным карийцами путям..."; (Plin. N. h., VI. 7 = SC, II, стр. 180.) Источник.
IV. "Карийцы пришли на материк с островов. В глубокой древности они были подвластны Миносу, назывались лелегами и жили на островах ... Они обязаны были только поставлять по требованию гребцов для его кораблей. Так как Минос покорил много земель и вёл победоносные войны, то и народ карийцев вместе с Миносом в те времена был самым могущественным народом на свете ... карийцев изгнали с их островов дорийцы и ионяне [греческие племена] (Геродот, История, Кн. 1, CLXXI) ... в Илиаде карийцы, лелеги и пеласги перечисляются Гомером как союзники троянцев ..." (Гомер, Илиада, 2.865); Селиванова Л.Л., научный сотрудник РАН: "... Народы моря были родственны "кавказцам" ...".
V. Ряд специалистов считают, что причиной Троянской войны, в первую очередь, была экономическая. То есть, борьба греков за открытие проливов и выход в Черное море;
1.) F. Sartiaux, «Troie, la guerre de Troie, et les origines préhistoriques de la question d'orient», Paris, 1916, p.215. Источник.
2.) T. W. Allen, «The Homeric catalogue of ships», Oxford, 1921, p. 175.
VI. Согласно одному из древнейших вариантов мифа об аргонавтах, как он был передан Гекатеем Милетским, "... мореплаватели возвращались домой через Фасис (Риони), после которого вышли в Океан (Индийский), оттуда - в Нил. А уже оттуда - в наше (Средиземное) море." (Комментарии (Схолии) к поэме Аполлония Родосского "Аргонавтика", IV, 239).
То есть, по сути, аргонавты должны были пройти, сначала, по северной ветке Великого индийского пути (с запада на восток), а затем по его южной морской ветке (с востока на запад). Здесь,
также, важно отметить, что Гекатей был родом из того самого Милета в Карии. Вероятно, до него могли дойти легенды о походах далеко на восток и, даже, возможно до Индии "доэллинских карийцев".
Вывод: По всей видимости, карийцы (лелеги) были народом "кавказского круга", неоднократно, посещавший берега Каспия. В результате же Троянской войны, греки-"варвары", захватив под свой контроль проливы, фактически, разорвали единое до этого этническое поле. Это противостояние начавшись еще до Троянской войны, продолжалось даже до времен Александра Македонского, когда грекам удалось войти в непосредственый контакт с вожделенной Индией. По свидетельству Квинта Курция Руфа, переправившись через Окс (Амударью), Македонский обнаружил городок населенный доэллинскими потомками Милета Карийского (бранхидами). Их переселил в свое время в Бактрию персидский царь Ксеркс. Несмотря на то, что прошло много лет с момента их переселения, они продолжали соблюдать греческие обычаи, но говорили на двух языках и искажали обиходную греческую речь. Они радостно приветствовали соотечественников, но Александр велел разрушить город до основания и перебить всех его жителей. Еще древние авторы, например Страбон, пытались дать объяснение этому, на первый взгляд, иррациональному поступку. Академик Ртвеладзе связывает этот город с городищем Талашкантепа в долине Сурхана Сурхандарьинской области Узбекистана.
Культуртрегерство карийцев по отношению к ранним грекам подтверждают ряд источников:
Геродот (I,171) пишет: "... Карийцы изобрели три вещи, которые впоследствии переняли у них эллины. Так, они научили эллинов прикреплять к своим шлемам султаны, изображать на щитах эмблемы и первыми стали прикреплять ручки на щитах (до тех пор все народы носили щиты без ручек и пользовались ими с помощью кожаных перевязей, надевая их на шею и на левое плечо)." Таким образом, классический образ эллинских воинов, во многом, восходит к карийскому прототипу.
Е. П. Савельев. Археологические очерки Дона. Выпуск ІІ-й. Городища дельты Дона.