Таиланд: цена несчастья

831bf64be642b4c0db09d8c51553f4e7.jpg
Приветливая тайка в отеле улыбается, складывает руки на уровне груди и растягивает приветствие: «Савади ка-а-а». Пальмы, солнце, море, счастливые, уравновешенные буддисты, которые знают цену жизни.

«Сабай-сабай» — произносят они так часто, как дышат. Это комфорт, удовольствие и удобство физического тела. Когда телу хорошо, тепло, сытно и уютно, когда все хорошо в материальном мире — это полный сабай-сабай. Таким обещает быть Таиланд — рай на земле с дружелюбными и счастливыми жителями. Таким Таиланд запомнили и запомнят многие, все, кроме меня, которой довелось познакомиться с другой стороной местных жителей.

975847fff8423375a25a2c0795970b13.jpg
Новогодняя вечеринка на острове Пханган — подобие знаменитой тайской Full Moon Party. Тысячи туристов со всех уголков планеты встречают Новый год на побережье под брызги волн и салюта.
Наш с друзьями отель располагался в Банг-Тао на Пхукете. Оттуда до Пхангана 12 часов пути на автобусе и пароме. Но мы выдержали. В 23:10 были на острове, а прямо к полуночи — на пляже, где все начиналось.

00:15
Залпы новогоднего салюта не прекращаются: затихают на мгновение и снова освещают небо серпантином. Я там, где хотела быть в первые минуты нового года. Люди вокруг улыбаются, обнимают друг друга, поздравляют с новым началом. На радостях подбегаю к подруге и наступаю на кочку. Через секунду я понимаю, что это не кочка.

Салютом бутылка из-под пива разрывается прямо под пяткой. Дикая боль. Время замедляется. Какой-то добрый самаритянин выливает стакан с алкоголем на рану — дезинфекция. Незнакомые ребята подхватывают на руки и выносят из толпы. Тут же появляется таец, который показывает им направление. Меня заносят в медпункт. Подруга не успела и потеряла меня, как я узнаю позже.


00:30
Я лежу на каталке. В медпункте нет дверей, и я вижу улицу. Мимо проходят веселые туристы, поют песни, приплясывают, распивают алкоголь. Из-за ширмы появляется таец в голубом халате. Смотрит на рану и уходит. Я уже не чувствую боли, но вижу последствия: пол вокруг становится красным. Кровь не останавливается. В медпункт заходят туристки. Они наступают в лужу крови, глазами ищут источник и видят мою пятку, машинально в ужасе закрывают рты руками. Кровь хлещет в разные стороны.

Я слабо понимаю, что происходит: в горле пересохло, кружится голова. Пока одна из туристок объясняла людям в голубых халатах, что мне нужно срочно остановить кровь, вторая убежала за водой. Доктора и медсестры не реагируют. Они не понимают английского.
Одна туристка отпаивает меня водой, вторая заматывает рану своей кофтой. Мне становится легче, оттого что я не одна.


01:05
Носилки. Машина скорой помощи. Захлопываются двери и глаза. Темнота. Вспышка: яркий свет, медбрат держит меня за руку и говорит: «Донт ворри, донт ворри, сабай». «Какой, к черту, сабай!» — думаю я и снова отключаюсь. Следующая вспышка. Женщины в голубых халатах затаскивают носилки в ярко освещенное помещение. Меня кладут на живот, чтобы промыть пятку. Мужчина в черных брюках и белой рубашке крепко сжимает мою руку. Я не вижу его лица — не могу поднять голову. Только часы с позолотой. На них 01:20. «Я в безопасности. Со мной врачи, все хорошо», — думаю я и жестоко ошибаюсь.


01:35
Рана зашита. Я в кресле-каталке, мне делают уколы, приносят воды. Медсестры улыбаются, гладят по плечу и говорят, что все будет хорошо. Владелец часов вывозит меня в холл госпиталя. Его зовут Патрик, он из Австралии, уже год работает здесь охранником. Патрик добрый и отзывчивый. Так мне кажется тогда. Он дает мне телефон и предлагает позвонить кому-нибудь. Но кому? Единственный номер, который я помню, — мой. Набираю — телефон недоступен. Вещи у подруги. А подруга, скорее всего, мотается по острову в поисках меня. Я в 12 часах езды на пароме и автобусе от отеля (такси не вызвать). На другом острове. У меня нет документов, денег и связи.


Ты знаешь, что такое тайская полиция? Они тебе не помогут. Ты понимаешь, что ты туристка. Для нас ты никто. Тебе никто не поможет, кроме тебя самой. Тайской полиции на тебя наплевать.

Прошусь к компьютеру, пытаюсь связаться с друзьями, пишу всем и каждому. Но ответа нет — новогодняя ночь. Патрик успокаивает, приносит воды и предлагает решение: «Может быть, ты помнишь номер карты? Давай ты оплатишь счет, а мы тебе вызовем такси, дадим денег». Счет на 12 000 батов — немало, но плевать. Пытаюсь вспомнить номер карты — вывожу на листочке цифры. Почти получилось, но нет. Память подводит — три цифры кода вылетели из головы. Единственный выход — звонить в полицию.

Разрываю бумажку с номером карты (на всякий случай) и прошу вызвать полицию. Тут начинается ад. Мой верный, заботливый Патрик звереет, кричит. Ему вторит медсестра, которая решила, что я отказываюсь платить по счету. Она подбегает ко мне. У меня нет сил ругаться, я спокойно повторяю: «Вызовите полицию, они найдут моих друзей, и я заплачу по счету». Они меня не слышат.

— Я тебе сейчас разрежу все швы, будешь тут кровью истекать. Какую полицию ты хочешь? Плати! — тайка-медсестра тычет мне пальцами в лицо. Машинально отмахиваюсь — жестом убираю руку тайки от лица. Поднимается вторая волна крика. Теперь уже потому, что я «избила» медсестру.
Я плачу и прошу звонить в полицию.

— Ты знаешь, что такое тайская полиция? — без единой эмоции на лице говорит успокоившийся Патрик. Только уголок губ чуть-чуть приподнимается, искажает лицо дурацкой ухмылкой. — Они тебе не помогут. Ты понимаешь, что ты туристка. Для нас ты никто. Тебе никто не поможет, кроме тебя самой. Тайской полиции на тебя наплевать, а мы только за ложный вызов заплатим.
 
Вот он, святой Грааль. Они не хотят платить за вызов. Я продолжаю, как умалишенная, повторять одну и ту же фразу: вызывайте полицию. С криками и шумом через 30 минут они все же вызывают хранителей порядка.


02:45
Полиция приехала. Я выпрыгиваю к ним на одной ноге — коляску у меня отобрали еще тогда, «чтобы не убежала не заплатив».

— Меня зовут Дина Бабаева, я русская туристка, поранила ногу, мои друзья на пляже, деньги там... — полицейский прерывает меня жестом. Он не говорит по-английски.

Медсестры и работники госпиталя высыпали на улицу. По жестам поняла, что они рассказывают полиции ужасную историю избиения медсестры русской туристкой. Я сижу на ступеньках, совершенно одна, без поддержки: заберите меня лучше в полицию, пожалуйста! Полиции придется связаться с туристическим центром. Другого выхода нет.

Полиция не спешит — у меня ведь нет денег, взятку за освобождение не дам. Тут появляется врач — тот, что «заштопал» меня.

— Что случилось? Мне говорят, что ты избила медсестру, — произносит он спокойно. — Мы тебе помогли, а ты отказываешься платить и дерешься.

Пересказываю ему историю. Объясняю, что готова заплатить, но не знаю, как это сделать.
— Мне нужно найти друзей, — всхлипываю я и тут вспоминаю, что в 7 утра из главного порта уходит паром до Пхукета. Мы должны были сесть на него с друзьями. Скорее всего, они будут ждать меня там.
— Отвезите меня в порт, пусть кто-нибудь поедет со мной, я встречу друзей и отдам деньги.
Доктор просит записать все мои контакты. Все, что помню. Обещает, что меня отвезут в порт в 06:30.

Полиция уезжает. Следующие четыре часа я сижу на ступеньках госпиталя. Заучиваю название, написанное на табличке: Bandon International Clinic. Не знаю зачем — так спокойнее. Патрик не отходит от меня — боится, что я сбегу. На одной ноге.
— Патрик, я хочу пить, принеси воды, пожалуйста, — обращаюсь к обидчику.
— Тебе нечем платить за воду, — ухмыляется он. — Встретишь друзей, они дадут тебе воды.


06:00
Нога чертовски болит. Голова снова кружится, но есть свет в конце тоннеля. Еще полчаса — и есть шанс, что я встречусь с друзьями, кошмар закончится. Размышления прерывает грохот. Прямо передо мной взмывает в воздух байк, переворачивается вокруг оси и падает на землю. Водитель — загорелая блондинка, улетает в другую сторону и ударяется о землю. Девочка лежит без движения, вся в крови. Медсестры выбегают из госпиталя, грузят ее на каталку и провозят мимо меня. Она без сознания, открытый перелом голени, кровоподтеки по всему телу, особенно сильные под сердцем, видимо, ребра.

Каталку не завозят в палату. Оставляют стоять. Доктор пощупал пульс, в это время медсестра принесла сумочку девочки. На моих глазах они выворачивают ее и рассматривают содержимое. Паспорт внутри. Только после этого девочку завозят в операционную.

Она без сознания, открытый перелом голени, кровоподтеки по всему телу, особенно сильные под сердцем, видимо, ребра.

Пользуясь тем, что доктор вышел в холл, напоминаю ему о себе. Он дает Патрику деньги и ключи от машины и велит отвезти меня в порт. Патрик медлит.

— Патрик, мы едем? — тороплю его. Но он не реагирует, ходит вокруг и шепчется с медсестрами о чем-то. Через мгновение я понимаю, чего ждал Патрик. Доктор уходит в операционную. Сразу же ко мне подходят две медсестры, Патрик хватает меня за руку и вышвыривает на улицу.

— Никто не повезет тебя в порт, — совершенно спокойным голосом, все с той же ужасной ухмылкой на лице, говорит он. Ему вторят медсестры. — Ты можешь сидеть здесь, на ступеньках, без еды и воды, но тебе никто не поможет. Рану надо промыть, но мы не будем этого делать. Хочешь, вызывай полицию. Только не от нас. Ищи телефон, звони. Делай что хочешь. Здесь ты никому не нужна.

В отчаянии я хватаюсь за медсестер, за Патрика.
— Вы же люди, как вы так можете? Мне некуда идти. Я не могу идти. — Человеческие слова на них не действуют. Я прибегаю к другому методу. — А как же деньги? Я же должна оплатить лечение.
Патрик и медсестры переглядываются и ухмыляются.
— Не нужны нам твои деньги, — говорят медсестры. — Видела девочку? Она за тебя заплатит. А ты иди куда хочешь.

Я выпрыгиваю на дорогу. Она пустая. Домов рядом нет, постучаться не к кому. Нога болит, голова кругом. Я машу руками и прошу помощи. Ни одна машина не останавливается — тайцы только с интересом смотрят на меня и проезжают мимо. Едет тук-тук с туристами. Трое ребят останавливают машину. Я объясняю, что случилось.

Водитель-таец выбегает, чтобы открыть мне дверь, но после фразы «у меня нет денег» сразу бежит за руль и давит на газ. Ребята стучат ему в кабину, кричат, чтобы он остановился, клянутся заплатить за меня. Но бесполезно. Таец уезжает.


06:50 (наверное)
Останавливается таец на байке. Я уже боюсь подходить, но все равно объясняю, что случилось. Он возвращает мне веру в этот народ — довозит бесплатно до порта. Друзья там. Я все-равно отдаю спасителю деньги, он складывает руки на уровне груди и тянет слова благодарности: «Каптун ка-а-а».


1 января
Спустя 12 часов мы были в отеле на Пхукете. Я позвонила в страховую компанию, они посоветовали Международный госпиталь Пхукета. Из страховой туда уже позвонили и сообщили, что я еду. Там меня встречали как королеву. Впервые за целый день я почувствовала себя в умелых руках специалистов, а важнее всего — людей.

62206ca50830d8ca9d2e969d80a9ae75.jpg

Я оставила залог в 5000 батов и оплатила 30 долларов за первичный прием (эта сумма не входит в страховку). Залог должны были вернуть после того, как страховая подтвердит оплату.  
Страховая просила сделать фотографию раны, чтобы оформить выплаты. Это единственное фото, которое подтверждает хотя бы отчасти мои слова. Поэтому я выкладываю его здесь. Простите.

58b207508a0f12641fe022d234e511a7.jpg

2 января
Еду в тот же госпиталь на перевязку в хорошем настроении — меня ждут порядочные люди. Подъезжаю на коляске к вчерашней медсестре. Она приветливо узнает мое имя, забивает его в базу и улыбка тут же сползает с ее лица — страховая отказалась оплачивать лечение. Нужны сведения о том, что я не была пьяна в момент получения раны. В первом госпитале у меня должны были взять кровь на анализ — таков закон. Этого никто не сделал. А я не знала.
Медсестра тут же теряет ко мне интерес. Я буквально кричу, что мне нужна перевязка и мне плевать на страховую, я заплачу сама.

— Вы будете сами оплачивать? Картой или наличными? — уточняет медсестра.
— Картой.
И тут я снова вижу приветливую и заботливую служительницу Гиппократа.  


3 января
Владелец бара при отеле Лу (не знаю, так ли пишется его имя, но называла я его так) ужаснулся, когда увидел меня прыгающей на одной ноге. Я рассказала ему, что случилось. Во всех красках.  
— Ох, как же тебе не повезло! — сочувствующе нахмурил брови Лу. — На маленьких островах такие люди, да. Мне очень жаль. Но хорошо, что тебя отпустили. Могли и не отпустить. На островах люди дикие, злые. Они только о деньгах беспокоятся. Но хорошо, что ты жива. Кстати, тебе наступать на ногу можно? У меня есть костыли, хочешь, я тебе сейчас их привезу.

Лу заторопился, побежал закрывать бар, взял ключи от байка и уже собирался уехать, но тут заглушил мотор и подбежал ко мне.

— Я поехал за костылями, — сказал он, все так же сочувствуеще хмуря брови. — Ты не уходи никуда, только пообещай, что вернешь мне их. И, да, ты же понимаешь, что это не бесплатно? 50 батов в день тебе подойдет?


***  
Мои друзья очень любят Таиланд, в первую очередь за тайцев, их духовность и чистоту. Они, мол, ценят жизнь, живут в гармонии и смирении. Вот я и написала эту историю, чтобы мы перестали говорить, что где-то есть правильные люди, спокойные и добрые, а у нас тут все злые. Не так. Люди везде одинаковы. С разным менталитетом и культурой, да. Но с тем же делением на плохих и хороших, на ошибающихся и признающих свои ошибки, и тех, кто не делает этого.

Дина Бабаева, главный редактор Psychologies.ru, автор «Вокруг света»

Эльбрус. Авантюра под присмотром. Часть 3



4 мая, 8:00

Вот он – Судный день. «Вертикальный километр» – страх всей моей жизни. Коленки трясутся на старте на Поляне Азау. 300 человек. Спортсмены, любители и я. Курильщица со стажем в 8 лет, пару дней назад выбросившая последнюю сигарету.



Все разминаются, растягиваются, я же стараюсь настроить себя морально, прежде всего.

Начинается отсчет:
Три… Два… Один.
Старт.

Спортсмены рванули вперед. Побежали. Я же просто пошла, стараясь не поддаваться стадному чувству и не начинать бежать. Выдохнусь.

Дышу тяжело. Неправильно. Правильно: вдох-выдох на шаг.
Я же заглатываю воздух с такой жаждой, с таким нетерпением еще на старте, понимаю: в таком режиме дистанцию в 4 км в длину с набором высоты в километр я не вытяну.



Останавливаюсь, едва поднявшись на пригорок. Меня обгоняют 70-летние спортсмены со стажем, герои восхождений на все мыслимые и немыслимые вершины мира. Но даже зная это, принять факт, что тебя обходят люди в три раза старше, не просто. Обходят с легкостью. А ты, как черепаха, тащишься в конце.

За моей спиной из 300 человек всего-то пятерка. Видимо, таких же, как я. Авантюристов.

Перевожу дыхание и даю себе слово больше не останавливаться.
Считаю шаги: 100, 200.. 300.

Когда счет становится автоматическим, как будто в голову встроили часы, отбивающие каждый шаг. В этот момент в голову лезут всякие дурные мысли: «На кой черт мне все это?»

Иду и мысленно успокаиваю себя: «В контрольных два часа ты со своей дыхалкой вряд ли уложишься. Поэтому, просто дойди до станции «Кругозор» – половина пути. И не мучай себя».

Когда идти становится невмоготу,  вместо того чтобы остановиться и перевести дыхание, использую проверенный метод: поворачиваюсь спиной и иду вверх попой назад. В таком режиме обгоняю какого-то паренька. Он стоит на склоне, сгорбившись, упираясь на палки, и тяжело дышит.

Поднимает на меня голову. Улыбается:
– Так что, идти легче?
– Идти – нет, – отвечаю. Дышать – да.

Ухожу вперед метров на 30. Смотрю, парень тоже переворачивается и тоже пытается идти спиной. Ничего не выходит.

Девочка-краб – это я. И этот якобы французский стиль, видимо, не всем дается легко.

Склон становится крутым. Спиной идти невозможно, а дыхание все еще не восстановлено. Переворачиваюсь и буквально заставляю себя идти.
Каждый шаг – боль. Как у Русалочки. Только не в мышцах боль. С ними все в порядке. Спасибо годам проведенным в танцевальном зале. Боль в груди.

Но иду. «До «Кругозора», не дальше. Осталось чуть-чуть».



Впереди виднеется хвост разноцветных бегунов.
Я метрах в 30 от них.

«Только не пытаться догонять. Ты не соревнуешься с ними. Ты соревнуешься с собой».



Небо затягивают тучи. Начинается дикий снегопад и ветер. В лицо.
Очки запотели.
Снимаю, потому что дороги не видно.
Глаза режет белый свет от снега. Но я иду. На автомате, как робот. Вверх не смотрю. Так сложнее.
Просто иду. Шаг, второй, третий.

И вот я уже на «Кругозоре». Ощущение, что прошло часа два. Я окончательно сдалась. Решаю сходить с дистанции. На кой черт бежать, если все равно во время уже не уложилась. И пропуск на восхождение на Эльбрус мне уже не получить.

Останавливаюсь возле «Кругозора». Перевожу дыхание.
– Ты чего стоишь? – раздаются голоса откуда-то сбоку. – Давай, давай, давай. Еще половина пути.

Кто-то сует мне в руки бутылку воды. Это судьи на промежуточной дистанции.
Прихожу в себя. Начинаю что-то соображать.
– А сколько времени?
– Да час всего. Час прошел. У тебя еще час. Успеешь.
Слова эти будто открывают второе дыхание.
В первый день дистанцию от Азау до «Кругозора» я прошла за два часа.
А сейчас – за час. Я еще успею.

Как ненормальная, снова начинаю подъем. Иду вверх с какой-то неведомой для меня самой скоростью.

«Я еще успею. Я еще могу уложиться!»
Эти мысли вдохнули второю жизнь в меня - горе-спортсменку.

Иду без очков. Почти вслепую. Но главное – иду.

100, 200,…1000, 1500… шаг, счет, шаг, счет.
Сердце выскакивает из груди. Но я не поддаюсь.

Я не знаю, сколько времени прошло. Я не знаю, сколько людей меня опередило, скольких опередила я. Все, что вижу и понимаю: шаг, вдох, счет, шаг, вдох, счет.

В какой-то момент поднимаю глаза. Отметка 900 метров. Осталось всего сто метров вверх. Сто метров! Останавливаюсь, зачем-то. Замираю возле этой отметки и на глаза наворачиваются слезы. Больше не могу сделать и шага.



Навстречу бежит Виталий Шкель – мировой рекордсмен. Мой герой. Человек, который в августе прошлого года установил мировой рекорд по подъему и по спуску на вершину Эльбруса – 4 часа 39 минут!  Он уже возвращается с финиша. Он уже успел дать интервью, принять поздравления, выпить чаю, поговорить со всеми. И бежит вниз. А я все ползу.

– Дина, – Виталий помнит меня по прошлогоднему интервью. – Ты чего стоишь? Ты идешь всего 1 час 55 минут. Давай, осталось сто метров. Просто иди и не останавливайся! В своем темпе!

Шкель буквально подталкивает меня вверх. Делает несколько шагов со мной, и внутренний мотор вновь начинает работать. Я иду.
Медленно, мелкими шажками, но иду.

Вот уже виднеется финиш. Я вижу арку. Журналисты – коллеги, они пришли на финиш раньше меня – скандируют: «Дина! Давай!». Что уж там, слабеньких надо поддерживать)))

Иду уже в каком-то совершенно невменяемом состоянии. Выхожу на финишную прямую. И мне кажется, что я уже бегу. На деле же я слишком медленно ползу.



Шаг, второй, третий – финишная черта. Я падаю на колени. Из глаз градом слезы. Слезы усталости, радости и счастья. Я это сделала. Я не знаю, за сколько. Я не вижу никого и ничего. Откуда-то издалека доносится голос:



– Ногу, ногу с чипом вперед убери. Не переводи за финишную черту.
Чип фиксирует время.
Плачу, вся в соплях. Кто-то камерой тычет мне прямо в лицо. В этот момент понимаю, почему так не любят журналистов.

– Сколько? Сколько времени?!
– 2 часа 15 минут.
Вторая волна слез. Теперь уже не от усталости, а от гордости и радости.



На фото – Оксана Стефанишина, установившая мировой рекорд среди женщин по скоростному восхождению и спуску на вершину Эльбруса - 6 часов 25 минут 23 секунды. Почему она здесь? Потому что я в тот момент испытывала такие же эмоции, как и чемпионы мира.

Да, я не уложилась в контрольное время. Да, меня не допускают до подъема на Эльбрус. Да, я слабее многих. Да, я в первой десятке. С конца. Но черт возьми, я это сделала. Я никогда не думала, что способна на такое.

Это моя личная победа. Пусть не вершина Эльбруса. Пусть лишь дистанция в километр на высоте от 2350 до 3350. Но это моя дистанция!

Я это сделала. Смейтесь, кидайте в меня камни, но для человека, который без подготовки смог проделать такое, это хороший результат.  Это моя победа. Это моя вершина.

А вот так все начиналось. Так продолжалось.

Фото: Константин Диковский, Ирина Курманаева
Больше впечатлений из поездок - instagram - Dina_Babaeva
Фото:

Эльбрус. Авантюра под присмотром. Часть 2


Вид из нашей «бочки» на падающее солнце.
2 мая, 19:00
Приехали с ночевкой в приют «Бочки» (3850 м).

Бочки представляют собой металлические вагончики, обшитые изнутри деревом. Одна бочка рассчитана минимум на 8 человек. Двухэтажные кровати с подушками, матрасами и одеялом. Спать нужно с приоткрытым окном, чтобы за ночь не собирался конденсат.


Бочка. Вид изнутри. Страшно?) Свет выключают в 22:00. А включают - в 20:00

Обязательно нужен спальный мешок. Он и согреет, и заодно оставит одежду, которую необходимо в него сложить, сухой и теплой.

Ночевка была не простой для многих. Высота 3850 - это не игрушки. Но без ночи, проведенной на такой высоте, на акклиматизацию, достаточную для подъема на вершину, рассчитывать не приходится.

Облегчить акклиматизацию помог «Гепоксен». Без него или других подобных лекарств было бы сложнее. Ночью, после отбоя, коллеге стало плохо - не могла дышать.

Ей тут же оказали посильную помощь: перенесли в теплое кафе, напоили крепким чаем с лимоном и уложили спать. Заботливые работники «Бочек» так увлеклись помощью, что в 4 утра отвезли уже выздоровевшую девушку на высоту 4200 смотреть на рассвет. Коллега была счастлива. И здорова.


Я застала только закат. Так что, вот, держите

Но вообще, шутить со здоровьем на высоте не стоит. Горная болезнь - такого понятия нет в медицинских словарях. Но она существует. Симптомы «горняшки», так здесь называют недомогание, вызванное недостатком кислорода, простые: тошнота, головная боль, общая слабость. Иногда проявляется в излишне позитивном настроении. Так было и со мной вчера. После часа пребывания на «Бочках» ржала, как ненормальная. Потом успокоилась и легла спать.

Но, есть еще один момент, о котором я вчера подумала. Нас так пугают этой загадочной горной болезнью, что в нас появляется психологический страх.

Лежу. Дышу. Все хорошо. И вдруг вспоминаю про горную болезнь. Вздох... не могу вдохнуть. Второй. Я задыхаюсь. Страх нарастает. Начинается паника. И в этот момент я вспоминаю: надо успокоиться. Ничего страшного не происходит. И все симптомы, как по волшебству, исчезают. Психосоматика. Меньше паники, друзья.

Ночь пережила спокойно. Даже снились сны. Цветные. Волшебные. С сюжетом и смыслом. А утром предстояло испытание.

3 мая, 7:00

Цель этого дня – дойти от «Бочек» до начала скал Пастухова (4200 м).


Эта маленькая точка - я.

Если внизу я бегала в майке, то здесь такое позволить себе невозможно. Три слоя одежды: термальное белье, треккинговая теплая обувь, флиска (теплая кофта, желательно на молнии), тоненький пуховик, штаны с защитой от влаги, куртка из ветро- и водонепроницаемого материала, балаклава, шапка, перчатки и очки. Новое обмундирование напомнило, как родители в детстве одевали меня для зимних прогулок. Поворачиваться можно было только всем торсом сразу.))

Но отвлеклась. Опять. Возвращаемся к пути до скал Пастухова. Подъем, к моему удивлению, оказался для меня посильной задачей. Правда, придумала новый способ восстановления дыхания.

Вместо того чтобы спустя какое-то количество шагов останавливаться, я просто поворачиваюсь спиной и продолжаю движение. Да, да, именно спиной. Все то же самое: палки, мелкие шажки, только спиной к горе. Ржут все встречные. Интересуются, чего это я так. А ведь правда, так дышится легче. Я не медик. Почему, не знаю. Зато я практик. На практике это работает.


Говорят, фотографироваться на фоне горы, на которую идешь, - плохая примета. Поэтому лица не показываю.

Шутим, что, если доберусь до вершины, буду первым человеком, который зашел на Эльбрус попой вперед.)) Ну а что? Главное - не пройти его.)))

Так вот. За час дошли до начала скал Пастухова. Перевели дух на Приюте 11 и пошли вниз.

17:00
Зарегистрировались на гонку «Вертикальный километр». Получила футболку, бандану, номер 385. И датчик. По нему организаторы будут следить, где именно я нахожусь. Так что, на пути точно не потеряюсь.


Пусть этот номер станет счастливым!


Боюсь страшно. Очень хочется уложиться в 2 часа. Очень хочется. Не знаю, что там будет с моим организмом. Смогу ли пройти расстояние от Азау (2250 м) до станции «Мир» (3350 м) за это время? Не знаю. Но очень хочу. Поэтому всем друзьям сообщила, чтобы они ругали меня завтра с 8 до 10 утра.

И вы присоединяйтесь! Поддержим авантюру под присмотром.

Здесь можно прочитать Начало авантюры и финал

Фото - мои и Хельги Шошиной.

Больше впечатлений - Instagram - Dina_Babaeva

Эльбрус. Авантюра под присмотром. Часть 1


Когда в прошлом году мне предложили сделать репортаж о скоростном забеге на Эльбрус, я долго «плевалась»: я и горы – вы что, шутите? Собрав силы в кулак, а ботинки в чемодан, я впервые оказалась в Приэльбрусье. Нет, не так. Я впервые оказалась в горах. В компании людей, которые приезжают сюда каждый год на фестиваль Red Fox Elbrus Race, чтобы бежать (идти) в гору. И это не лыжники, сноубордисты – с этими все ясно. Они поднимаются на подъемниках на гору, чтобы потом скатиться с нее. Участники же фестиваля бегут вверх. На время. Задалась я тогда вопросом: «Зачем им это нужно?». Ответ поискала. Нашла (прочитать его можно здесь).


Погуляла по склонам Эльбруса. Почертыхалась на вредные привычки. Вернее, на одну. Главную, не дающую легким работать нормально. Пообещала себе попытаться расстаться с ней. Собрала чемоданы. Вернулась в Москву к обычной жизни.


Чем больше времени проходило, тем больше и чаще мне снились белоснежные склоны гор, и люди на этих склонах – разноцветные конфетти. Прошел год. И я вернулась сюда. На все тот же фестиваль Red Fox Elbrus Race. Только уже не потому, что надо. А потому, что хочу. Хочу испытать себя и попытаться зайти на Эльбрус.


В этом году в честь 70-летия Победы организаторы устроили Альпиниаду – массовое восхождение на Эльбрус. 6 мая вместо двух традиционных стартов: для спортсменов-профессионалов и любителей, которые в гору будут бежать, добавился еще один - пеший. Для всех, кто желает испытать себя, но пока не готов к бегу в гору. Таких же, как я, уже чуть больше сотни. Любой желающий, у кого нет физических противопоказаний, может попытать счастье.

Есть только одно условие для всех: необходимо пройти гонку «Вертикальный километр». Старт от Поляны Азау (2350 метров), финиш – станция «Мир» (3350 метров). Преодолеть эту дистанцию нужно за два часа.

«Если вы прошли «Вертикальный километр» – это не значит, что вы точно подниметесь на Эльбрус. Но это значит, что у вас есть шанс. Тем, кто не уложится в контрольное время, мы не сможем позволить подъем на Эльбрус. Это не принцип. Это забота о здоровье и безопасности человека», - говорят организаторы.



Цель фестиваля, который проходит в Приэльбрусье с 2008 года, – обеспечить безопасные условия при подъеме в гору. Участие в фестивале – от 1500 рублей. Любой желающий может приехать сюда, оплатить взнос, и подниматься так, как пожелает, в своем режиме. Но быть уверенным, что за его подъемом наблюдают. Во время восхождения вдоль трассы стоят организаторы. По рациям они передают номера участников. И если кто-то не прошел, пропал на каком-то этапе, есть возможность организовать оперативную помощь. Но сейчас не об этом.


Несмотря на то, что я приехала в числе журналистов, исключение из правила делать никто не собирается. Чтобы на шаг стать ближе к мечте подняться на Эльбрус, мне тоже нужно уложиться в контрольное время на гонке «Вертикальный километр».  

Никакой особой подготовки я не проходила. В Москве успевала бегать. Но не регулярно. С главной вредной привычкой так и не рассталась. Но решение приняла: «попробую».

30 апреля, 16:00

Первым делом на Поляне Азау в мусорную корзину полетела пачка сигарет. Здесь курить невозможно: воздуха и так не хватает. И это прекрасный шанс избавиться от тяги легко и непринужденно.

1 мая, 7:00

Самое главное в горах – пройти акклиматизацию. Это значит, заставить ваш организм в короткие сроки привыкнуть работать в режиме недостатка кислорода и перепадов давления. Лучше всего это делать с неспешной, легкой прогулкой в горку.


Мы стартовали с Азау чуть раньше спортсменов - ски-алпинистов, которые участвовали в «Вертикальной гонке» - подъеме в гору на лыжах, с набором высоты 1 км.  
Мы шли ножками. Без лыж, в обычных треккинговых ботинках, с треккинговыми палками в руках. Крутой подъем. Прошла буквально сто метров и встала. Идти не могу. Дыхалки не хватает, да и силы воли что ли.
- Пей больше воды и считай шаги, - кто-то из спортсменов, пробегавших мимо, пожалел меня.

Выпила воду и стала считать шаги: 100, 200, 300... 1200 - а я все еще иду. Медленно, но иду.

И вот первое правило, которое меня всегда раздражало: лучше идти медленно, но идти. Как только останавливаешься, хитрый организм понимает, что есть такая возможность, и дальше уже будет «халтурить».

«Всегда есть возможность вернуться!» - с каждым шагом мозг все чаще подкидывал эту мысль. Искушение пропало, когда половина пути была пройдена. Теперь назад дороги нет.  

Но ноги уже не идут.
- Иди за мной, я буду «ступеньки» делать, - увидев мои мучения, решил помочь незнакомый мне спортсмен.
Ступеньки - следы на снегу. По ним действительно идти гораздо проще.

Я прошла путь чуть меньше, чем за два часа. Гордости моей не было предела. Михаил, так звали моего строителя ступенек, напоил горячим чаем и, пожелав успехов, отправился дальше. Я записала радостное видео..

Губы замазаны защитой от солнца. И вообще, горам все равно, как ты выглядишь))) ;)

А потом, поняла: путь, пройденный сегодня, - лишь половина «Вертикального километра». Простые арифметические вычисления дали мне понять, что в два часа сделать в два раза больше, чем сегодня, будет ох как не просто.

- Успокойся, это просто первый день, - уверяли меня спортсмены и все, кто был более опытным. - Завтра будет легче.

2 мая, 07:00
Легче не стало. Утром, еще на завтраке, почувствовала давящую боль в груди. То ли сердце, то ли легкие. Думала, пройдет. Поднялись до станции «Кругозор» на канатной дороге. Оттуда должны были попробовать пройти вторую часть «Вертикального километра» – до станции «Мир». Через пару минут ходьбы, спазм в груди повторился. Пришлось остановиться, к моему большому сожалению. Я поднялась на канатке на станцию «Мир». Побродила здесь немного и спустилась пешком вниз.

Я действительно ужасно расстроилась, потому что в остальном - мышцы не болели, настрой - боевой. А вот спазм остановил.

В горах есть одно правило: обращай максимальное внимание на все сигналы организма. Здесь нельзя «рвать», нельзя идти на силе воле. Это не то место и не то время. «Покорить горы невозможно. С горами нужно смиряться» - так говорил мне чемпион Виталий Шкель, так говорят большинство людей, которые не первый год восходят на самые высокие точки планеты. Так говорю теперь и я. Есть такое понятие: «Горы не пускают». Сегодня они меня не пустили. Не пустили наверх. Но вниз от «Кругозора» до Азау я спустилась. Сердце пришло в норму. И нагрузку дала хорошую.


Через пару часов мы отправляемся с ночевкой в приют «Бочки» (3850 м). Завтра утром мы попробуем подняться до скал Пастухова (4800 м).
Как только вернусь, расскажу, как девочка, с не очень хорошей физической подготовкой, но с большой мечтой и стремлением, пережила эту ночь и следующий день в этой авантюре под присмотром.  

Пожелайте мне удачи. И здоровья. Как выяснилось, уже пора.

П.С. Заранее, прошу прощения за опечатки. Пишу быстро, поскольку с Интернетом здесь не всегда хорошо. Нужно успевать его поймать. Если что-то заметите, говорите, поправлю. Спасибо!

Продолжение здесь и здесь

Фото - мои и прекрасной Ирины Курманаевой. Больше фото и впечатлений – instagram dina_babaeva
Фото:

Я уеду жить в Мальмё

После каждого путешествия, командировки, или просто уик-энда где-то не_в_России, я бесконечно и надолго влюбляюсь в те места, где удалось побывать. Вот и на этот раз город Мальмё (южная Швеция), вонзился в сердце своей идеальностью.

И съездить туда обязательно стоит, хотя бы за тем, чтобы:
1. Искупаться в Балтике голышом.

Такое развлечение готовят Ribersborgs Kallbadhus - шведский спа-центр. По длинющему понтону вы попадаете в прекрасный домик. Красивые высоченные шведки вручают полотенца и провожают: мужчин - налево, женщин - направо. А дальше - торжество единения человека с природой. Нагишом в холодную воду (16 градусов). Пока спускалась по лесенке, миллион раз сошла с ума от страха. Решила не "привыкать" к водичке, и прыгнула в воду. Невероятный жар по всему телу, мускулы, мышцы, все органы вдруг заработали. Кровь в мгновение перекачивается с такой скоростью, что ты начинаешь ощущать это движение внутри. После заплыва — в сауну. Сперва мягкую, потом еще две каких-то, но они меня уже мало интересовали. Хотелось вернуться обратно в море. Такого прилива жизненных сил не испытывала никогда. Так что всем (и трусихам, как я была) советую.

На фото: Собственно, то самое место


2. Прокатиться на велосипеде по всему городу и почувствовать себя королем Вселенной.
В любой европейской стране велосипедистам хорошо. Но в Мальмё — особенно. Людей на улицах почти нет, машин — тем более. Пробки? Мне кажется, здесь и слова-то такого нет. Ты на велосипеде, значит ты — король. Да и город совсем иначе чувствуется. И вот это спокойствие и отсутствие суеты дарят невероятное ощущение свободы.

На фото: нам пришлось кататься под дождем, но это того стоило


3. Пофикать в местном кафе.

Устроить перерыв на кофе с кусочком чего-нибудь запретного — традиция. Называется она fika (и глагол и существительное)). Местные вкусности — kaka. И никакая фика без каки не обходится. А о фигурах позаботиться можно потом на спортивных площадках, разбросанных по всему городу.

На фото: так выглядит Мальмё в разгар рабочего дня


4. Выпить настоящий сидр в местном баре на старой площади.

Лучше яблочный. Можно и грушевый, кому как хочется. Здесь он весь прекрасен.

На фото: собственно, сам сидр




Вот те вещи, которые в Мальмё сделать просто обязательно.

Остальное — смотреть и впитывать.

На фото: самая старая аптека Мальмё  


На фото: такие вот домики в историческом центре


На фото: порт (кэп))


На фото: вокзал Мальмё в центре города


Ну и небольшой лайфхак:
Прилетать лучше в Копенгаген - дешевле. А оттуда, прямо из аэропорта до Мальмё идет скоростной поезд: 20 минут и ты уже в другой стране. Билеты покупаются в автомате в аэропорту возле багажных лент, например. Поезд идет по Эресуннскому мосту длиной почти 8 км.  

Вместо заключения    

Помните фильм "Степфордские жены" (и 1975 и 2004 годов)? Карьеристка, потерявшая работу, а с ней и смысл жизни, приезжает в райский уголок в штате Коннектикут. Здесь в идеальных домах на идеальных улицах живут идеальные семьи, все они занимаются идеальными делами и наслаждаются своим идеальным миром. Вот только в финале выясняется, что весь этот идеал — сплошная иллюзия, искусственно созданная. Уезжала я из Швеции и почему-то все думала об этом фильме. Хорошее было кино. Можно посмотреть разок, другой. И книгу, по которой фильм снят, почитать. И даже возвращаться иногда к прекрасному сценарию с целью побега от суеты. Но ненадолго. Надолго, меня бы не хватило. Идеальным экспонатам все же место в музее, думается мне. Ну или в отпуске))  

Съезжу в Мальмё еще. Обязательно. Отдохнуть на недельку. И всем жителям больших и суетных мест советую. Там хорошо. Недельку.)

Больше фото и впечатлений из поездок в instagram @dina_babaeva
Фото:

Страна, которой нет



Случилось мне побывать в Бутане. "Где - где?" "А тебя там не пытались съесть?" "А ты спала под деревом?" - И вот случилось мне после этой поездки отвечать на все эти абсурдные вопросы. И вот о том, как там живут, и что это вообще за страна такая, я потом расскажу (уж простите). Расскажу в правильном формате, в ближайших номерах. А вот здесь и сейчас мне почему-то хочется рассказать об одной ночи странной, проведенной в кемпинге на высоте 3888, куда мы с группой (шесть туристов и местный гид - Сенчо) поднялись на своих двоих и чуть не умерли, пока дошли. К слову, на этих высотах люди живут и ходят так, вверх-вниз по тропинкам как минимум раз в неделю. Но об этом потом...
На фото: самый знаменитый монастырь Бутана - Tiger Nest (Гнездо тигра). Находится на высоте около 3000 м. Подобраться к нему можно только по узеньким тропинкам. Как строили его бутанцы - неизвестно)


Случилось там, наверху, странное. Группа моя вместе с Сенчо, бросила вещи в палатки и пошла дальше, вверх на 4200. Я, честно признаться, поленилась, наверное. Но свалила все на необходимость писать заметки в номер. Что ж, уселась я с планшетом и чашкой кофе на травку, на высоте 3 888, выше облаков, на поляне, которая, кажется,  последний пункт перед взлетом в небо.
На фото: То самое место, где пишется и дышится хорошо. Высота - 3 888)


И вот что написалось вместо заметки в номер.  


"Кофе и ежедневник с делами, накладывающимися друг на друга. В Бутане. В стране, которой не было в моем мире до этого дня (хотя я здесь уже четвертые сутки, просто не вижу ничего, потому что тороплюсь увидеть больше). Это сумасшествие, в котором я живу, как и большинство европейцев, не нравится местным. Они этого не понимают и, наверное, никогда не поймут. Еще бы, в стране с населением всего- то в 700 000 , на улицах главного города так же свободно, как в школе во время каникул.
(На фото: главное шоссе, ведущее в столицу Тхимпху. Вместо машин, сами видите, кто)


(На фото: Красная RedFox-овская куртка, оставшаяся с восхождения на Эльбрус, пришлась по душе бутанскому бычку)  


Коров здесь, кажется, больше, чем людей, и они, как и все в Бутане - никуда не спешат. Они просто живут.  «А смысл?» - Сенчо (на фото в центре)


спросил как-то меня , судорожно строчащую что-то в заметках в телефоне, бесконечно желающую поймать WiFi в стране без интернета. А я? А что я? У каждого свои правила. Вот сейчас у меня холодный рассудок и кофе. И облака. И высота. В Бутане. В стране, которая есть. Со мной, которой до сих пор нет"

Бутан считается страной счастливых людей. У каждого счастье свое, конечно. У них оно в спокойствии, размеренности жизни и в умении довольствоваться тем, что есть, и принимать то, что дается. Но главное - спокойствие. Так, наверное, в любой буддистской стране. Но вот там, на 3888 - с этими покрытыми густыми лесами, как махровым одеялом, горами, этими плюшевыми горами, собаками, коровами и самое важное, бесконечно улыбающимися, бесконечно искренне улыбающимися людьми, спокойствие какое- то особенное. И вот подумалось мне, что бутанцы живут, а мы - а мы бежим. У нас каждый день, как марафон, финиш которого, едва он покажется на горизонте, переносят еще на несколько километров вперед. И вот ты бежишь потихоньку, и ничего не видишь. Не успеваешь просто. А потом вдруг - стоп, и тебе 60. И вот тогда ты едешь куда-нибудь, где так же спокойно, как в Бутане. И вот тогда жизнь начинается. А что до этого было? И где призы, и есть ли победители? … Но мы по-другому не умеем, менталитет, видать, не тот. Или города – не те. А посему, я  побежала...
Фото: