• Архив

    «   Апрель 2017   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Интервью с Торгейром Хиграффом

Я расслабленно слонялся по палубе, ища себе занятие. Только закончился завтрак — это означало, что у большинства членов команды свободное время. Ванты мы подтянули вчера, а после ночной вахты никаких новых задач не появилось. По поводу обеда мы начнем чесаться только часа через два, да и то не очень активно. Преимущественно члены команды развалились в хижине по койкам: кто с книгой, кто с планшетом, а кто просто спит. В хижине я уже насиделся, и мне хотелось побыть на солнце, которое в это утро почтило нас своим визитом (что бывает не так уж часто). Я взял пару апельсинов и отправился на корму. На корме я увидел Торгейра, который тоже решил прогреться на солнышке после холодной ночи, а по совместительству нес вахту. Ветер ночью и правда пробирал до костей даже через драйсьют, зато и прошли мы 62 морских мили за сутки вместо обычных 40–45.

0f7bfdc10035f2dfc5992d00fec150b8.JPG

Я присел рядом, разрезал апельсин и протянул половину. Торгейр взял апельсин и поблагодарил меня. Вот тогда я и взял свое первое в жизни интервью.

— Скажи, Торгейр, как так случилось, что ты решил организовать «Тангароа» и «Кон-Тики-2»?

Торгейр швырнул за борт оранжевую корку-лодочку.

— В 2002 году, после смерти Тура Хейердала, я просто решил, что хочу организовать свою экспедицию на бальсовых плотах. Так и появилась экспедиция «Тангароа» в 2006-м. А потом мне не давала покоя идея путешествия с запада на восток. И я организовал «Кон-Тики-2».

— Насколько я знаю, Хейердал организовал «Кон-Тики», чтобы доказать возможность пересечения Тихого океана на примитивном плоту. Но на тот момент у него уже была теория о том, что древние жители Южной Америки оставили в Полинезии свой след. ДНК, сходства имен полинезийского бога солнца Тики и древнего вождя Кон-Тики, легенды и памятники архитектуры... Есть какие-то доказательства теории о том, что осуществлялся обратный переход?

— В Южной Америке археологами обнаружены кости домашней птицы и животных. Полинезийских.

— Вот уж не думал, что полинезийская курица отличается от южноамериканской.

— Кроме того, южноамериканцы не эмигрировали на остров Пасхи. Они оставили там свою ДНК, но их жилищ там не обнаружено. Я думаю, что они вернулись к побережью Америки. Для перехода они могли использовать полинезийские каноэ. Вот я и решил проверить эту теорию, чтобы собрать больше информации о плавании через Тихий океан до европейского контакта. К тому же это уникальная возможность собрать сведения о состоянии океана на данный момент.

0f2b4ec8663dd794e70964f0e8e737ca.JPG

— Расскажи о процессе организации.

— Готовиться к «Кон-Тики-2» я начал еще в 2012 году. Я работаю учителем, и для меня подобное путешествие — очень большие деньги. Все, что я копил на гараж, и все сбережения моей жены на новую кухню я пустил на эту экспедицию. Но этого было недостаточно, пришлось искать спонсоров. Поначалу было трудно, но потом люди поняли, что я не разглагольствую, а делаю свое дело и добьюсь успеха. С ними или без них. Я нашел волонтеров на строительство плотов и на плавание, Кари (капитан плота «Раити») нашла спасательное оборудование... Очень скоро дело прошло точку невозврата и продолжало расти как снежный ком. Его было уже не остановить.

— Что было сложнее всего?

— Очень много бумажной работы и работы с таможней. Например, у National Geographic для этого есть специальные люди. Нам же пришлось заниматься этим самим. А еще в 2013–2014-м одна американская команда была заинтересована в создании фильма по мотивам экспедиции. Они пообещали весомую финансовую поддержку, на которую я рассчитывал и которую с тех пор жду.

bb9f89697b9c1f276fac4480655f5363.JPG

— Что можно сказать о команде? Желающие набрались быстро? Были ли какие-то специальные требования?

— Все эти люди разных специальностей. Сесилия — наш научный лидер, Хокон — главный техник, Сергей и Борис — врачи, Дэвид, Ула, Сигне и Гунвор — моряки и строители... Да ты и сам знаешь. А нашлись довольно быстро. Я пришел в Фусен и сказал, что мне нужны специалисты по судостроительству и мореходству, и мне отыскали этих ребят. А когда я был в Москве, в своем интервью упомянул, что ищу врачей, и вот у нас в команде два врача!

— Звучит не очень сложно. Полагаю, на деле все обстояло иначе.

Торгейр улыбнулся.

— Главное, мы наконец-то в море и идем к острову Пасхи.

— Какие ожидания от экспедиции?

— Не нужно строить ожиданий. Нужно делать наше дело. Тогда, я уверен, у нас все получится.

В хижине заработала рация. Нас вызывала Кари, капитан «Раити».

— Надо ответить, — сказал Торгейр, поднимаясь. — Кстати, твоя вахта началась десять минут назад.


Дата: 20 ноября
Место: 1450 морских миль к северо-востоку от острова Пасхи, Тихий океан.

Экскурсия по «Тупаку»: хижина

Итак, продолжим прерванную экскурсию. На улице как раз становится прохладно, так что пора пойти внутрь хижины.

93103749956019c60823b5db6c8e78ac.JPG

Пока не успели зайти, посмотрите на крышу. Это солнечные батареи, которые обеспечивают нас энергией для навигации, связи и всяческих наших гаджетов: планшетов, плееров, электронных книг, фотоаппаратов и камер. Иногда мы даже включаем маленький холодильник. Но он для научных образцов, а не для пищи или напитков.

Заходите! Осторожнее, берегите голову. Потолок низкий. Ну вот, так и живем. В целом с комфортом и весьма неплохо. Сразу видно, кто из команды имеет отношение к альпинизму. Над моей койкой и койкой Дэвида на всяких веревочках и карабинах висит целая куча всяких предметов «первой необходимости». Они ритмично болтаются из стороны в сторону в такт волнам. Если бы у меня была морская болезнь, было бы очень плохо, но мне повезло. Немного мутило в первый вечер. Наутро — полный порядок. Кому-то повезло меньше. Со стороны похоже на ужасное похмелье. Все, что может делать «больной», — спать или тошнить за борт. Большинство людей предпочитают спать, поэтому объедаются лекарствами, за которыми приходят ко мне. Борис Романов, экспедиционный врач, идущий на «Раити», назначил меня фельдшером на «Тупаке». Думаю, это потому, что ему куда проще по-русски объяснять по рации, где какие медикаменты лежат.

48519c64a11d5242df6096d7e74f1183.JPG

Ладно, пора продолжить осмотр. Первая койка слева от входа — койка Торгейра. Как и у всех остальных, она состоит из двух деревянных ящиков: в одном — личные вещи, в другом — общественные продукты. Спим на туристических ковриках под одеялами из шерсти ламы. Самые расторопные успели прикупить надувные матрасы. Я и без него себя неплохо себя чувствую, но через пять недель, возможно, захочу приобрести.

Идем дальше. Следующее место принадлежит Дэвиду. Как я уже говорил, над ним болтается целая куча всякой ерунды: нож, фонарь, солнцезащитный крем, спасжилет, солнечные очки, вязанка бананов... Да, фрукты мы храним на потолке. Пол иногда заливает водой. Не пройдет и двух дней, как они там сгниют. Лучше уж на потолке, хотя есть свои минусы. Например, потолок настолько перегружен, что в центре каюты пришлось ставить подпорку.

Еще один интересный факт: пока мы неделю не могли выйти в океан из-за бумажных трудностей, а почти вся работа была уже переделана, у нас случился повальный интерес к полочкам. Дэвид планировал собрать (цитата) «целый католог икеи», но ограничился бамбуковой вешалкой, на которой хранит разное барахло.

Дальше по этой стороне живут Ула и Йостейн. Над Йостейном болтается чехол с гитарой, над Улой — гамак, набитый луком, чесноком и свеклой. Понятное дело, Ула предпочел бы сам в нем болтаться, но пока там поживут овощи. Сейчас Йостейн и Ула спят перед ночной вахтой. Не будем мешать.

30142d11d0b9c38692f0647a59249081.JPG

По дальней стене хижины у нас располагаются стол и книжная полка. Книги на норвежском, английском и испанском. Одну на пару вечеров я себе присмотрел. Стол — рабочее место Хокона. Там постоянно находятся ноутбуки, что-то копируется, что-то считывается, что-то обрабатывается, а еще там лежит на зарядке вся наша электроника, потому что свободные usb-розетки есть только здесь.

abc90c7a9ea9bfa5bcf1e893592a65ae.JPG

Спит Хокон вот тут, почти не отходя от рабочего места. Как и следовало ожидать, все пространство над его койкой занимают щитовая и провода. Красные, черные, желтые, серые — как паутина, они опутывают правый дальний угол хижины. Мне до сих пор неясно, как Хокон еще ни разу не умудрился застрять в них, в темноте вставая на вахту. Посмотрим, аккумуляторы заряжены почти полностью. День был солнечным, энергия пропадает. Включу холодильник и, пока никто не видит, положу под образцы баночку колы. Последняя с континента.

Следующая койка моя. Ничего выдающегося. Бамбуковая полочка для дневника и ручек, на потолке висит банджо, камера, фляга воды и фонарь. Еще там есть теннисный мяч, раскрашенный под Вилсона из того фильма с Томом Хенксом. Это подарок от друга. С Вилсоном я иногда в шутку говорю по-русски. Да, чуть не забыл о минусах фруктов на потолке. Вот тут, ровно над моей койкой, висит ящик манго. Пока было семь ночных вахт, значит, я ударился об него головой 14 раз. Жду не дождусь, когда закончится манго и я выдерну из него гвозди, а ящик выброшу за борт!

9acba5c3a17ab21dd0edd3d8c79d7c0e.JPG

Дальше у нас рабочее место капитана. Стол для судового журнала, рация, полка для навигатора и спутниковой системы AIS для отслеживания курсов ближайших судов. Под столом стоит герметичный кейс с медикаментами, который подготовили Борис Романов и Сергей Гольцов. Медикаментов там столько, что, наверное, при желании можно собрать запасного члена команды. Место капитана Лаутена стоит обособленно. Ничего лишнего, все строго и аккуратно. Сам капитан сейчас сидит на ящике с Че Геварой и читает что-то художественное.
Автор: Том Кристенсен. Название на норвежском.

Наверное, на этом все. Надеюсь, вам понравилось. 7:45. Время смены вахт. Разбужу Улу и Йостейна, а сам вздремну. Вставать в полночь. Тогда расскажу про вахты.

P.S. Пятнадцатый раз... Надо скорее избавиться от ящика.

Андрей Чесноков
12 ноября 2015 г.
Место: около 1800 морских миль к северо-востоку от острова Пасхи, Тихий океан.
Фото:

Экскурсия по «Тупаку»

Дата: 12 ноября 2015 г.
Место: около 1800 морских миль к северо-востоку от острова Пасхи, Тихий океан.


Сегодня минула неделя, как мы покинули уютную бухту рядом с Эскулеа-Навал и вышли в открытый океан. Мы тут немного освоились, вошли в график, и теперь настало время для небольшой экскурсии. Как Юрий Сенкевич проводил своих читателей по папирусной лодке «Ра», так и я сейчас постараюсь провести вас по нашему «Тупаку».

f4f192852542543a922c1730880ccc91.JPG
Капитан Ойвин Лаутен ловит рыбу

Добро пожаловать на борт! Сегодня довольно спокойно, так что спасжилеты можно не надевать. Сейчас мы с вами находимся на носу плота. Здесь, где ещё не началась палуба, у нас самое сырое место. Бревна здесь постоянно заливает волнами, поэтому мы тут ничего не храним. Зато здесь очень удобно принимать ванны. Можно намылиться, лечь на бревна и просто подождать, пока океанская вода смоет пену и грязь. Кстати, вон там слева как раз та трещина от буксирного каната.

6c4710c7f1689f46f9427cffeca7d898.JPG
Наша кухня

Поднимемся на палубу. Можно снять обувь, так удобнее. Только свяжите шнурки и подвесьте куда-нибудь, а то смоет. По тростниковым циновкам ходить удобно и приятно. Под ними лежит бамбуковая палуба. Термиты себя больше не проявляли. Наверное, их можно было даже не травить. Палуба постоянно заливается соленой водой, не думаю, что они бы тут выжили. Эти доски, которые вертикально торчат из палубы, — носовые гуары. Сейчас они опущены на половину длины. Честно говоря, я не помню, когда мы их трогали в последний раз. Проходите сюда, под парус. Здесь, около мачты (обратите внимание, она не А-образная, как на «Кон-Тики», а обычная; это нужно для того, чтобы на обратном пути обеспечить большую возможность маневра парусом) у нас камбуз. Тут немного не убрано. В целом все как на любой кухне, только скромнее. Плита, столешница, корзина с посудой, столовые приборы храним в бамбуковых подставках. Тут у нас ящик с продуктами, которые мы чаще всего используем. Посмотрим: рис, специи, кофе, всякие закуски — пожевать во время вахты: арахис, сушеный сладкий картофель (гадость) и какие-то ерундовины из теста. Эти, кстати, ничего. Ну вот! Сыр испортился. Говорил же, что лучше доесть. Дайте-ка я его выброшу. Да-да, просто за борт. Это же органика! Пластик мы выбрасываем в пустые кеги из-под воды. Вот, кстати одна из них. Совсем скоро наполнится, уберем под палубу и достанем новую. В основном здесь люди пьют кофе, даже Дэвид, хотя он из Манчестера. Так что свой чай я храню отдельно. Вот здесь, за пачкам джема. Пойдемте дальше, вдоль правого борта. Нет, не сюда. Это левый. Мы же идём с носа на корму, значит, для нас борта зеркальны. Не споткнитесь о грязную сковородку. По обычаю у нас её моет самый голодный. Когда Хокон настраивал на «Раити» электронику, он сказал, что видел чистую и убранную кухню. Но я ему не верю. Это миф.

a6a2dfda44ba69cdfc23d3d2d47d744c.JPG
Технический директор Opera Softwere Хокон Виум Ли моет сковородку

Так, справа у нас хижина. Туда мы попозже заглянем. Пойдемте лучше на корму. Все эти веревки, восьмеркой намотанные на кнехты или кольцами лежащие под ногами, нужны для управления парусом. Вот это брас, это шкот, а наверх к мачте идут ванты. Ничего, это только поначалу трудно. Через неделю привыкаешь. Что тут у нас на корме? Вот мой напарник по вахте, Дэвид Шорт. Сейчас он развалился на ящике с продуктами и играет на губной гармошке. Вообще говоря, он внимательно следит за курсом вот по этому компасу. Если ветер меняется и парус начинает полоскать, нужно опустить вот этот гуар. Если полоскать не перестаёт, ещё и соседний, но это редкость. Тогда судно уваливается (это такой термин), и парус снова наполняется ветром.

Вот в этом ящике под Дэвидом у нас хранятся консервы: молоко, томаты, ананасы и персики. Вот в этом, с нарисованным Че Геварой, — крупы. Че Гевару нарисовала Катарина, ученица школы мореходства «Фусен», которая помогала строить плоты. Она же нарисовала эмблемы на парусах. Кстати, в ящике с консервами на третий день мы нашли таракана. Пришлось вынимать все банки и вымачивать ящик в соленой воде. Больше тараканов мы не видели.

e478f13a6166021573806ffac3ce12d3.JPG
Боцман Ула Боргфюр в свободное время читает

Ладно, пойдемте дальше. Эта жёлтая веревка, которая тащится за кормой примерно метров на сто, — ваш единственный шанс, если вы упадете в воду. Нужно доплыть до неё, схватиться и во все горло орать, чтобы вас скорее вытаскивали. Плот развернуть нельзя, а на резиновой лодке в Тихом океане тоже долго не протянешь. Этот кусок рыбы, который тоже привязан к корме, — остатки нашего обеда. Мы хотим приманить акул, чтобы на них посмотреть, но пока безуспешно. Это спасательный плот. Нужно выбросить его за борт, дернуть вот за эту штуку — и мы променяем один плот на другой. Если честно, наш выглядит существенно надежнее.

На левом борту ничего интересного нет. Ведро — сами догадаетесь для чего, резиновая лодка, привязанная к стене хижины, и целая куча остатков бамбука с берега — на случай, если нужно будет ремонтировать что-нибудь. Лучше пойдемте, я покажу хижину. Нет, хижину покажу в следующий раз, сейчас нужно подтянуть ванты, пока ветер немного стих, чтобы не терять время.

Третий день в океане


Сегодня третий день нашей самостоятельной навигации. Три дня тому назад, утром мы отдали буксировочные концы, как бы перерезав свою собственную пуповину и родившись в океане. Переваливаясь с борта на борт, буксир отправился домой в Кальяо, а мы остались наедине с океаном.

Буксировка оказалась нелегким испытанием для плотов. Веревки, которыми связаны бревна, натужно скрипели от неминуемых рывков буксира, плотам это явно не нравилось. Нам тоже. Больше досталось нашему «Тупаку». Буксировочный канат засел в трещине в крайнем к левому борту бревне со стороны носа и грозил его расколоть. Дважды ночным вахтенным, мне и Дэвиду, приходилось связываться по рации с буксиром, останавливать его и освобождать канат. На второй раз для уверенности мы стянули бревно грузовой стропой. Все это под покровом ночи, в свете фонарей и в холодных брызгах волн, достающих до пояса. С непривычки довольно экстремально.

ae723147efdd7f3add1adff3f173b6be.JPG
Слева направо: лидер экспедиции Торгейр Хиграфф, автор блога Андрей Чесноков, профессиональный моряк и мой напарник по вахте Дэвид Шорт

Утром мы связались с «Рахити», позавтракали, поставили парус и начали наше путешествие. Первостепенной задачей было разобраться с управлением. Дело в том, что плоты «Рахити» и «Тупак» конструктивно отличаются от последнего «Тангароа» и «Кон-Тики» Хейердала. Хейердал использовал для управления рулевое весло, которое приходилось изо всех сил удерживать двум, а то и трем людям, чтобы поменять курс на несколько градусов. Помимо рулевого весла и паруса, Хейердал пытался управлять плотом с помощью гуар — специальных выдвижных килей, но в течении Гумбольдта они ему не сильно помогли. Приняв во внимание опыт «Кон-Тики» и «Тангароа», а также такие источники, как записи конкистадоров и рисунки инков, организатор экспедиции Торгейр Хиграфф решил отказаться от рулевого весла в пользу десяти гуар. Четыре на корме и шесть на носу. Теорию управления плотом с их помощью мы знали, но вот подкрепить ее практикой нам предстояло впервые. Кроме того, и наш курс отличается от курса предыдущих экспедиций. Хейердал на «Кон-Тики» поднимался по течению Гумбольдта на северо-запад, где «пересел» на экваториальное течение, пройдя сильно севернее нашей цели — острова Пасхи. Мы же собираемся идти к острову Пасхи напрямик, используя только силу ветра. Технически, имея большую управляемость потом, за счет отказа от рулевого весла, это возможно. Что ж, приступим!

a6ffc4a4dcc5ae2fb88a8e4972883ddd.JPG
Андрей Чесноков

??так, когда парус был поднят, мы начали экспериментировать. Выглядело это примерно так: капитан с кормы подает команды, а экипаж мечется по плоту и опускает и поднимает гуары. Затем несколько секунд все смотрят на курс и на парус, снова подается команда и снова все приходят в движение. Все бы ничего, но команды подавались на норвежском, которого я не знаю. Дэвид транслировал их для меня по-английски, но усилий требовалось все равно немало. В итоге решение оказалось довольно простым. Мы опустили все гуары на полную длину, оставив лишь одну кормовую для управления. Таким образом, мы приобрели почти максимально возможную килевую площадь, что помогало избежать дрейфа, а одной гуары хватало для того, чтобы поворачивать плот к ветру или от него на достаточный угол. После того как мы сломали две гуары и остались без запасных, мы поняли, что выдвигать их на полную длину было ошибочным решением и ограничились половиной длины. Могучие доски толщиной сантиметра четыре были переломлены давлением волн, как спички. Приноровились. Когда выпадала моя очередь быть рулевым (половина моей с Дэвидом вахты), мне приходилось привыкать. Все-таки бальсовый плот это не парусный ял, на котором мне приходилось путешествовать до этого. Парусная площадь и инерция у плота существенно больше.

34d21dd621664f6aa58967518d8a702f.JPG
Слева направо: лидер экспедиции Торгейр Хиграфф, сломанная гуара, технический директор Оpera Softwere главный техник Хокон Виум Ли, профессиональный моряк и мой напарник по вахте Дэвид Шорт

Поначалу мы с «Тупаком» идем осторожно. Прислушиваемся друг к другу. Плот попался с характером. Как только упустишь курс, парус начинает полоскать, а рея на мачте — болтаться из стороны в сторону. Тогда приходится быстро опускать оба кормовых подветренных гуара и ждать, пока курс выровняется. Погода благоприятствует. Ветер мощный, позволяет идти 3–3,5 узла. Волнение умеренное. Хотя даже этого волнения хватает, чтобы по ночам мерзнуть от того, что вода заливает палубу и ноги. Пока по щиколотку. Вода холодная. Это потому что сейчас мы пересекаем холодное течение Гумбольдта, несущее воды Тихого океана вдоль побережья Южной Америки к экватору. Капитан говорит, что при таком ветре уже скоро мы должны выйти из течения. Тогда станет теплее, можно будет ловить рыбу и вообще все станет просто изумительно!
Посмотрим, что на этот счет думает океан.

10 ноября 2015 г.

Итак, завтра мы выходим в океан

От редакции «Вокруг света». В этом блоге российский участник экспедиции Kon-Tiki II, 26-летний путешественник из Москвы Андрей Чесноков рассказывает о том, как проходит уникальное путешествие. Узнать больше об Андрее можно здесь.


dc34c99d8004ca11937e697dcd9d654f.JPG

С чего начать... Наверное, правильнее всего с небольшого введения. Экспедиция Kon-Tiki 2 является третьей по счету экспедицией на бальсовых плотах через Тихий океан. Если не считать инков, конечно. Первая экспедиция была организована Туром Хейердалом в середине XX века и получила название Kon-Tiki. Целью экспедиции было доказательство возможности заселения Полинезии не со стороны Восточной Азии, как было принято считать, а со стороны Южной Америки. Предполагалось, что древние инки, проживавшие на территории нынешнего государства Перу, могли преодолеть колоссальное расстояние через Тихий океан на примитивных бальсовых плотах. Результатом экспедиции был ошеломительный успех.

Вторая экспедиция получила название Tangaroa. Она была организована в 2006 году последователем Хейердала норвежцем Торгером Хиграффом. Им же была организована и нынешняя экспедиция Kon-Tiki 2. В путешествии участвуют два плота из бальсовых деревьев: Rahiti Tane и Tupac Yupanqi. Свои имена плоты получили в честь полинезийского бога рассвета и великого мореплавателя древних инков.

37e1f1bbfacb8661da88b9a4252d346c.JPG

Экспедиция условно делится на два этапа: первый — от Кальяо, порта Лимы, Перу до острова Пасхи; второй — от острова Пасхи до берегов Чили. Главная задача экспедиции — доказательство возможности того, что навигационные свойства плотов позволяли древним инкам не только добраться до Полинезии, но и осуществлять обратный переход в Южную Америку. Помимо основной цели в ходе экспедиции будет производиться сбор уникальных метеорологических и экологических данных, а также данных по океанологии. Отдельное место занимает проблема пластика в Мировом океане.

Интернациональный состав команды представляют участники из Норвегии, Чили, Великобритании, Канады и Новой Зеландии. Также в экспедиции принимают участие представители из России: врач Борис Романов, путешественник и блогер Андрей Чесноков и врач Сергей Гольцов, который примет эстафету у Бориса Романова на промежуточной остановке на острове Пасхи.

c1865047e81463630967770fb56b35e0.JPG
Андрей Чесноков


Возглавляют экипажи норвежские капитаны Ойвин Лаутен и Кари Дал, являющиеся превосходными мореплавателями и обладающие всеми необходимыми навыками. Также в состав команды входят научные сотрудники, техники и моряки, каждый из которых является настоящим знатоком своего дела. Нельзя не упомянуть нашего координатора в Перу Янета Циснероса и студентов и выпускников норвежской школы мореплавания и судостроительства «Фусен», которые на протяжении последнего месяца с максимальным усердием и тщанием занимались постройкой плотов. Без их огромного вклада экспедиция не состоялась бы.

Что хотелось бы добавить от себя: разумеется, намного проще выходить на бальсовом плоту в океан, зная, что до нас это осуществили другие. Трудно представить, каково в этот момент было Туру Хейердалу полвека назад, ведь тогда его замысел при взгляде со стороны казался неосуществимым и воистину отчаянным.

0a27437cfa2291648da2c1eb17cb4408.JPG

Мы уже прошли через много трудностей и нам еще многое предстоит, но настроение команды решительное, и это позволяет чувствовать себя спокойно. Несмотря на это, расслабляться нельзя. Океан — стихия, требующая уважения и постоянной сосредоточенности. К слову о трудностях: помимо оформления необходимых бумаг и нагрузок на строительстве (многие участники работали по 12 часов в день, чтобы успеть к назначенному сроку), мы столкнулись с рядом технических проблем.

0b2fa3b7d6adaef9ba54dab520bce284.JPG

Например, в бамбуковых стволах, из которых собрана палуба, были обнаружены термиты. По понятным причинам нам очень не хотелось оказаться в океане на плоту, уничтоженном насекомыми. Термитов пришлось морить, что сбило график работ. Также, после церемонии спуска на воду в Каляо, порту Лимы, оказалось, что оборудование для научных исследований, которое мы должны погрузить, еще не доставлено, в то время как бальсовая древесина набирает загрязненную воду. Пришлось экстренно заказывать дополнительную буксировку в соседнюю бухту. Это только малая часть трудностей. Но теперь мы готовы. Под палубу, избавленную от термитов, загружено три тонны воды и еда для путешествия. Бумаги подписаны, электроника налажена.

154e36eadb980ae3f6eff4a3cad7cbcf.JPG

Итак, завтра мы выходим в океан.
Страницы: Пред. | 1 | 2 |