• Архив

    «   Ноябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
          1 2 3 4
    5 6 7 8 9 10 11
    12 13 14 15 16 17 18
    19 20 21 22 23 24 25
    26 27 28 29 30    

Никарагуанские зарисовки

Зарисовка 4
Случилось так, что мне захотелось устроиться на работу. В том давнем Никарагуа иметь работу было очень престижно, отношение всех окружающих к тебе сразу менялось. Неважно, какой была работа. Мне не хотелось, что бы меня считали приживалкой. Хотя сами никарагуанцы никогда не рвутся в бой, нет работы и не надо, кто-нибудь, вроде т.Чило, накормит, к тому же протяни руку и вот тебе банан, апельсин или манго.
Моё желание работать повергало многих в недоумение, ведь т.Чило всё даёт! Шансов устроиться на работу 5% из 100. Никто не верил в успех моих замыслов, кроме т.Чило. Кому нужны певцы – мудрецы в полуразрушенной стране?( Имею муз. образование). Работа должна была быть какой-то другой.
Прознала я о немецком институте им.Эрнста Тельмана, это на уровне нашего техникума тогда, или –же колледжа сегодня. Находился он в соседнем городе Хинотепе. Директором был рыжеволосый здоровенный немец Освальд. Улыбчивый и простодушный. На работу он меня взял, из уважения к моей европейской внешности и определили меня преподавателем(так я думала) на отделение кройки и шитья. Язык уже немного знала и немцы говорили по-испански.
К тому моменту в последний раз я шила только на свою куклу. Институт также получал заказы на униформу и я рьяно бросилась её отшивать. Толком ничего не умея и не зная, должна была ещё что-то показывать ученикам, поэтому задерживалась допоздна, что бы набить руку и научиться кроить.
Первую свою зарплату пошла получать через неделю. К моему удивлению её не оказалось. Я возмутилась и потребовала у Освальда денег. Освальд призадумался, того ли он взял? Он уже не улыбался и всё пытался мне что-то объяснить, но я была неумолима. Сошлись на том, что на следующей неделе зарплату мне выплатят. Позже я поняла, что взяли меня тогда просто стажёром.
В институте работали преподаватели немцы и немного из местного населения. Часто устраивали корпоративные вечеринки, спортивные состязания, праздники, было очень весело. Устраивались какие-то игры, лотереи, секретная почта на день Святого Валентина, когда я получила самое большое количество писем про любовь.
Моим поклонником был весь мужской пол, а женский – относился к этому ревностно.
Кормили нас здесь же в институтской столовой и что б попасть в неё , надо было пройти через всю территорию. К этому дефиле я готовилась тщательно. Изо всех корпусов по пути моего следования выходили все студенты и преподы. Похоже они к этому тоже готовились, т.к.комплименты каждый день были разными. Сначала меня это забавляло, а потом ходить сквозь строй надоело.
Проработав там пол года, поехала в Манагуа устраиваться на американскую швейную фабрику «Велькас интернасиональ», на конкурсной основе.
Приехала на такси в 6 утра занимать очередь, а там никого. Фабрика начинала работать в 8.Охранник меня пропустил во двор фабрики, где я пристроилась на мешках с обрезками и стала завтракать. Потом вздремнула.
Разбудили меня, когда уже было полно народу. Впускали нас по 3 – 4чел. Меня всё ещё не вызывали и я приступила к макияжу. Время от времени  кто-нибудь выходил из корпуса, или выглядывал. Я понимала, что всё внимание было обращено на меня. Некоторые слегка похохатывали, видимо над моим утренним дрёмом. Меня всё это уже начинало злить.
Наконец-то в 11 ч. меня пригласили, почти последнюю, видимо специально оставили  на «закуску», поиздеваться. Рука была набита в работе на индустриальных машинах, техникум дал определённые навыки. Чувствовала  себя уверенно. Решила, что отсюда не уйду просто так.
Принесли мне партию работы,  тут же её отшила и потребовала следующую, потом ещё и ещё. Приказала инженеру, что бы работу мне давали без задержек. Я ещё не знала, что он инженер, думала подсобник, разносящий работу, а себя считала почти принятой. В итоге я ушла в 6 вечера, видимо никто не посмел меня выставить раньше.
Решив, что меня уже приняли без вопросов, на следующий день явилась в 7.30 и уверенно уселась за вчерашнюю машину.  Позже явились сотрудники инженера и профессора, а я уже на рабочем месте. Это их повергло в некоторое недоумение, ведь меня никто не звал. А мне было наплевать на их конкурс!
Так и осталась на фабрике. Смешки и ухмылки сотрудников меня сопровождали какое-то время, пока я не стала делать в день по 6 норм! Мне нужны были деньги, а им подняли нормы. Появились злопыхатели, а мне всё равно. Оставаясь на фабрике до 9-ти вечера,  могла делать и 9 норм! Получала самую высокую зарплату, со мной сверхурочно оставался повар, электрик, механик и охрана.
Фабрика производила джинсовые вещи марки «Levi,s», хозяева -  американцы, муж и жена, выходцы из Сальвадора. Донья Элизабет ко мне относилась по особому, очень красивая, одевалась в стиле «Шанель».Я её обожала, она часто выписывала мне премии.
В общем за смешки и ухмылки я им сделала, извените, « козью морду». А когда через год  уезжала в Россию, что бы вернуться вновь, то донья Элизабет пригласила меня в кабинет попить кофе и выписала, в благодарность,  чек на 600дол. На эти деньги тогда в Никарагуа можно было жить 10 мес.
А ещё попросила привезти десяток таких же русских. Она всем гарантирует работу. Конечно абсурд, но приятно. За окном стояла толпа народу, искавших работу и всем отказывали.
Туда же на фабрику я устроила ещё одну свою подругу, русскую. Я умоляла донью Элизабет её взять. Настя была из моего города, в отличие от меня она вышла замуж за никарагуанца ещё будучи в России. .Он  говорил , что  беден, а она  ответила: «Ну и что? Мы тоже бедные», это при том, что её отец – художник и их шикарная квартира вся в чеканке и в картинах.
Там она познала нищету. В какой-то дальней провинции лачуга с земляным полом, кровать у каждого отделена тряпкой-шторой и она всю ночь смотрела в пустой оконный проём в ужасе, что кто-то влезет.
В работе на фабрике Настя тоже показала класс. Сейчас она живёт в Лос-Анжелесе и у неё всё хорошо. А тогда она каждый вечер стирала одну и туже футболку, а утром одевала вновь. Но чтобы вернуться в Россию, не могло быть и речи. Поражений мы не принимали.
Когда она в 1-ый раз посетила мой дом в Сан Маркосе, у неё случилась истерика. Она не могла понять ,почему у нас всё так по- разному. Я не знала – почему, так вышло.
Моя т.Чило дарила мне очень много хороших вещей и передавала подарки для моих близких, моя не правильная свекровь и не правильный муж тоже меня задаривали, у них был свой бутик ( по никарагуанским меркам). Я неоднократно ездила со свекровью за товаром для магазина в Гватемалу и Панаму, мне было интересно самой, заодно и помогала. В общем всё было дружненько.
Из США приезжали бесконечные родственники и, каждый что-то привозил в подарок.2-ды меня отправляли на каникулы, в Майами и Лас Вегас, за мой счёт конечно. Стоил билет тогда 100дол. Я хорошо знакома с жизнью «латинос» в США. Для себя я такой жизни не хотела бы.
Я  благодарна этим людям, за  многое, чему научилась и что увидела. Мне кажется, что  больше никогда не была так счастлива, как тогда, упиваясь всеми благами, дарованными  мне судьбой.