• Архив

    «   Сентябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Папуасско-индонезийская свадьба. Западное Папуа

0648ffef4bb25ca64ee99d2b7990947e.jpg

Предыдущая история  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/2116.php

В местечко Напуа (Napua) мы отправились следующим утром, в надежде увидеть панораму Вамены с вершины горы, которое находилось в шести километрах от городка. Погода и масса свободного времени располагала к неспешности. Папуасы с грозными лицами катили на смешных велотакси, пристроив баулы у своих ног, а велотаксисты привычно жали на педали. Привыкнуть к столь яркому и необычному окружению слишком сложно, поэтому мы всё ещё таращили глаза на смешных людей с угрюмым видом. Столь странное сочетание детской наивности и непосредственности с жестоким взглядом из-под нависших бровей, я встречала в людях впервые.

Университет Вамены привлёк внимание экзотическим орнаментом на колоннах при входе. Данным учебным заведением здесь очень гордились. Студенческий городок был чист и ухожен.
Буддистские, мусульманские и католические храмы тут не редкость. Мусульманские мечети пороскошнее будут, а вот католические церкви довольно скромные, в одной из них звучала музыка.
Если бы не крест на фасаде здания, то можно было бы подумать, что это сельский клуб. Расчитывая попасть на мессу, неожиданно попали на свадьбу. Вошли с осторожностью, будучи уверенными, что нам не позволят сделать даже этого. Но к приятному удивлению сам священник предложил присесть.

Свадьба была индонезийской. Невеста, как и положено, в белом, а жених в европейском костюме, занимали соответствующее место перед собравшимися гостями. Приглашённые родственники, в ярких национальных одеждах, заполняли церковный зал. Красные платья, отделанные золотой вышивкой слепили взор. Дети, почти ангелы в кристально-белых нарядах сияли улыбками на чудесных лицах.



Зал был полон цветов. Слегка осмотревшись, поняли, что не только мы «фотографы», а и помимо нас хватает. Да и вообще, сейчас все фотографы!
Церемония была долгой и непонятной для нас. Читались молитвы нараспев, произносились поздравления. Молодые надевали кольца друг другу, зал в почтении стоял. После завершения венчания всех гостей поочерёдно пригласили для общей фотографии с молодожёнами. Родители и близкие родственники были первыми.



Затем дальние родственники, друзья, соседи и вдруг … папуасы!
Целая группа мужчин сидела на задних рядах и совсем не бросалась в глаза до момента выхода на люди. Их внешний вид совсем не соответствовал празднику, но коль они здесь, значит их пригласили! Национальные полосатые шапки, ожерелья, экстравагантные причёски, чёрные курчавые бороды, сразу бросились в глаза.
Кто-то был босиком, а кто-то в рваной обуви. Один из папуасов пришёл в праздничной котеке с повязанной на неё тесьмой! Правда на плечи была накинута жилетка нараспашку. Видимо, предназначена она была для торжественных случаев. Если её застегнуть, спрятав котеку, то потребовались бы штаны, но штанов, видно, не было.



Все они, как по команде уставились на молодожёнов, рассматривая платье невесты, её перчатки, да и её лично. А один из них в синем костюме, думаю, почтальона, что из гуманитарной помощи, застыл в изумлении, глядя на жениха с ярким макияжем.



Тот, что пришёл в церковь по - папуасски, долго не мог успокоиться, сражённый наповал нарядом невесты. Его обнимали друзья, пытаясь поставить в общую линию для съёмки, уговаривали приглашённые фотографы не выдвигаться вперёд, а папуас даже в толк не брал ответственность момента. Хоть невесту прячь! Всячески старался выйти на три шага вперёд, что б чужую жену на всю жизнь запомнить.



Потом подтянулись «окультуренные» папуасские семьи, а в конце церемонии священник предложил и нам запечатлеться на свадебной фотографии. Как-то сразу растерялись, а потом опомнились и решив, что хоть мы и не в свадебных нарядах, а всё не хуже папуасов и вышли ко всеобщей радости на «большую сцену», отдав предварительно фотокамеру профессионалам. При виде нас народ развеселился и охотно присоединялся для съёмки. Так мы стали звёздами!



После сего веселья гости по машинам расселись, да и папуасы в пикап забрались, вся колонна отправилась для продолжения банкета. Ну, а мы что? Нас в гости пастор Вилли пригласил! Кто бы отказался?

заключительный пост  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/2118.php

Разрешение на съёмку папуасы давали охотно. Западное папуа

предыдущий пост  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/2115.php

Побывав с проводником в деревнях дани, мне как-то не терпелось исследовать окрестности долины Вамены. Следующим днём мы с Любой вышли на улицы городка, что бы один на один встретиться с его жителями.
Первым условием, которое выдвинула сама себе -- это спрашивать у папуасов разрешение на съёмку, и это оказалось очень правильным решением. Как ни странно, но папуасам это льстило. Своё любопытство, которое оказалось сильнее страха, полностью удовлетворила, нещадно расстреливая из объектива аборигенов острова Новая Гвинея.



Сразу даже и не поверила, что кто-то окликнул меня по имени, но увидев Херимана, машущего нам руками, несказанно обрадовалась. По каким-то стечениям обстоятельств, мы с попутчицей оказались у его дома, куда он нас и пригласил. Да, наверное, и не мудрено, ведь городок Вамена - совсем ничего, поэтому пройти мимо нашего проводника мы не могли. Хериман тоже был рад встрече. Подарил нам интересные сувенирные открытки,



а его семья с большим удовольствием фотографировалась рядом с нами.
Папуасская чета, помогавшая тут по дому, тоже не осталась в стороне. Женщина внушительных размеров, не свойственных папуасам, работала в небольшой лавке Херимана, а её супруг с красным пером казуара на лбу, присматривал за территорией. Но самым важным моментом стала информация нашего проводника о достопримечательностях окрестностей Вамены. Великими их не назовёшь, но они могли быть интересными, и мы пошли, предварительно простившись и рассыпавшись благодарностями.

В какой-то момент Люба утратила интерес к папуасскому быту и решила вернуться в отель. Я её отлично понимала. Ведь такое огромное количество информации за вчерашние сутки просто подавляло, хотелось покоя и отдыха. Да и мне хотелось, но я пошла одна, понимая, что, если не пойду, то завтра об этом пожалею, а по истечении срока пребывания у папуасов, пожалею об этом ещё больше.

***
Путь мой лежал к реке, через которую был переброшен подвесной мост. По ходу надо было спрашивать «Джембатан гантунг Синаква», как учил Хериман. Подобные мосты аборигены традиционно сооружают через бурные реки и глубокие ущелья. Ближайший к городку мост находился за четыре километра. Петляя по почти безлюдным улочкам и переулкам, нежданно вышла к месту проведения аукциона.
Тот аукцион был не совсем аукцион. Действо носило религиозный характер. Его участниками являлись индонезийцы – буддисты, которые сидели в пластмассовых креслах, под огромным синим тентом. Папуасы как-то жалко стояли вокруг, переминаясь с ноги на ногу.



В центре на столах одноразовая посуда горками, тазики с едой, предназначенной для её поглощения по завершении всех торгов. Меня пригласили присесть. Надо было разобраться в ситуации, и я присела, вызвав оживление в рядах и неподдельный интерес. Двое молодых людей, держа в руках свиные головы, выкрикивали видимо цены и, найдя покупателя, бросали их в большие пакеты. Рядом со мной устроилась молодая девушка, заговорив по-английски. Она и рассказала, что завтра состоится большой праздник с приготовлением благотворительных обедов. А головы свиные выкупают не бедные индонезийцы для завтрашнего общего стола.
Да и сегодняшний праздник был не маленьким. Как только закончились свиные головы, народ сразу выстроился в очередь к столу с тарелками, меня тоже настойчиво приглашали откушать, но я вежливо отказалась, пообещав прийти завтра. Пройдя метров сто, оглянулась. Папуасы, держа в руках тарелки, уплетали буддистский рис, и как-то спокойно стало на душе. Сегодня домой они вернутся сытенькими, да и завтра значит тоже.

Обойдя все закоулки, внезапно вышла на большой перекрёсток со статуей папуасу, высоко возвышавшейся над народом, расположившимся своим не хитрым рынком у её подножия.



Обратиться было не к кому. Покрутив головой, заприметила «буржуйскую» личность, сидящую за столом среди бумаг. Стол возвышался на бетонном постаменте, а его хозяин невозмутимо жевал красную жвачку, перекладывая бумажные листы. Увидев меня у стола, директор рынка, коим оказался, приветливо заулыбался, показывая красные зубы и привычно сплёвывая красную слюну.



Неожиданным стало то, что он прекрасно меня понял и замечательно разъяснил, как добраться до нужного мне моста.
Взглядом окинула базар. Всё те же плетёные сетки на женских спинах, сигаретный дым столбом, казуаровые венки на головах у мужчин, сомнительные личности гангстерского вида, котеки престарелых дани, тщательно выбиравших доски для своих нужд. Кучами свалена капуста, репа, лопушистая трава копнами. Рынки ни чем не отличаются друг от друга, но их обитатели довольно интересны.



Народ почти не улыбался, исключением стал Август из деревни Кулуру, ему было свойственно даже веселиться. Но папуасская не улыбчивость совсем не означает их злобный нрав. Душевная простота глубоко сокрыта от нас.





За окраиной Вамены начались деревни. Низкие дома, крытые сеном - соломой, щебень навален кучами, дворы устланы травой в мелкий цветочек,



тут же могильные плиты, а рядом бельё для просушки разбросано. Ограды из частокола увенчаны дёрном с проросшими на нём колючими растениями. Навстречу мне везли на тележках щебень. Было ясно, что река совсем рядом. Вдоль песчаной тропы возвышались кучи битого камня, он был повсюду, а когда вышла на берег, то за дроблёным камнем даже реку не увидела. Яркими пятнами на берегу сохло стираное бельё, мужчины, сидя на щебне, монотонно долбили каменные глыбы.



Река оказалась бурной и порожистой, а вода просто ледяной. Но дети, как и повсюду, с визгом прыгали в холодную воду. Женщины стирали бельё, а заодно мылись сами.



Высокие лиственницы по высокому берегу источали еловый аромат. Папуасы дани нагишом расхаживали и здесь. Я шла вдоль берега, стараясь всё приметить и запомнить. Таким необычным всё мне казалось!
Висячий мост был закреплён на тросах. Полусгнившие доски местами провалились. Попробовала на него взойти, но он раскачивался, как качели. Того и смотри в прореху угодишь! Надобности перейти на другой берег не было, и я уселась у воды, наблюдать за теми, кто ежедневно ходит через мост и имеет к этому сноровку.



Кто-то перебегал его быстро, ловко наступая широкими босыми ступнями на цельные доски, а кто-то осторожно, держась за трос обеими руками. Река под мостом неистовствовала и угрожающе шумела. Вброд её не перейти, как и не переплыть на лодке. Мост полностью оправдывал своё предназначение, к тому же оказался высоковостребованным.
Вернулась обратно уже знакомой тропой, минуя кварталы индонезийцев с добротными домами, даже красивыми зданиями. Навстречу шли папуасы с луками и стрелами, или же без оных.



Может на войну собрались, а может, что бы меня напугать!




следующий пост  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/2117.php

Прилетели и сразу попали на суд к папуасам. Западное Папуа

предыдущий рассказ  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/2111.php

При входе в зону контроля аэропорта Сентани нужно платить не большую пошлину и это абсолютно во всех аэропортах Индонезии. При этом к основному билету наклеивается марка об оплате. Ещё в зале ожидания перед вылетом в Вамену, обратила внимание, что папуасы все на одно лицо! Вроде от одного папы! Уже позже узнала, что среди этнографов эта версия существует и даже как-то обоснована.

Посадка в самолёт началась. Женщина с сеткой-мешком за спиной рвалась к самолёту, не имея оплаты пошлины. Её не пускали, она дерзала, вновь и вновь подныривала под руки сотрудников аэропорта и всё-таки прорвалась. Быстро зашлёпала босыми широкими ступнями к трапу. Нас с подругой это как-то развеселило. К тому же небольшая группа белых туристов летела с нами. Мы духом воспрянули, но через 40 минут при посадке в Вамене, «наши» белые исчезли, встреченные проводником. А мы снова остались вдвоём.

И вот тут началось! Приземлились сразу за огородами. Ни тебе ограждений, ни тебе вспомогательных служб. Просто вышли из самолёта, и пошли пешком в город через большие ворота! Совершенно бесконтрольно, без досмотра паспортов и багажа.



По взлётной полосе ездили велосипеды и мотоциклы местных жителей, перевозя их с одной стороны поля на другую. Люди из деревни слева спешили в деревню справа прямо по аэродрому, буквально под крыльями самолёта. Через городские ворота на взлётную полосу въезжали на машине все, кому не лень, объезжая по полосе неудобные участки городских дорог.



Хотя Вамену трудно назвать городом, всего шесть улиц и девять кварталов! Но сюда летят самолёты и взлётных полос даже, кажется, две! Автомобильных дорог в эти места пока нет, хотя окрестности соединены с главной деревней сносными подъездами.

Вот и мы пошли за народом прямо в город, всё ещё не веря, что нас не остановят. А уж как вышли, так и встали в изумлении. Первая мысль была: «Вот, попали!» Кругом одни папуасы! Что ни личность, то персонаж!

-- что-то в нём от пирата

Взгляд у всех суровый и колючий из-под нависших надбровных дуг. Яркие, не первой руки одежды на них, при этом как-то мужские и женские вещи не различались по принадлежности. Глядя в глаза этим людям, мне становилось страшно, хотя я понимала, что это всего лишь внешний вид. А вот Любе было страшно до конца, она их серьёзно боялась, так и не сумев привыкнуть к облику аборигенов. Люба профессиональный фотограф, но фотографировать на улице не решалась, только в присутствии проводника и по разрешению самих папуасов.

Пережив эмоциональное потрясение, решили искать полицию, благо слово «полиция» понимал каждый папуас. Разрешение на посещение папуасских деревень получают именно там. Это слово - Сурат джалан - я выучила ещё у себя в России. Нужный нам главный полицейский участок находился за три квартала, туда и пошли, следуя жестам аборигенов. Войдя на плац, размером с небольшой стадион, снова встали в исступлении. Нашему взору открылась странная, красочная и необычная картина.



По всей площади большими группами сидели полуголые папуасы. Амулеты и бусы на груди. Лица у каждой группы были выкрашены по-разному. У одних чёрной краской, у других белые, красные продольные полосы, у третьих половина лица белая, а другая чёрная.



Люди сидели, склонив горестно головы к коленям. В руках у каждого длинные стрелы, луки и копья. Было ясно, что собрались разные племена местного народа.



Но что бы это значило? Подобное зрелище можно увидеть только по телевизору, да и то не часто. Это не было искусственно разыгранным спектаклем для туристов, это была жизнь островитян, непонятная и неведомая для нас. Мы с попутчицей испытывали откровенный ужас, понимая это, и также не понимая смысла событий и дальнейших действий этих людей с огромными луками, стрелами и пиками. Позже узнали, что это был суд.
Собрались племена Дани, Яли, Лани.

Увидеть такое мы не ожидали. Видимо все те люди съехались со своим оружием, что бы помериться силами в случае неудовлетворительного решения суда. Вот тут мы забыли о разрешении. Моя подруга Люба почти не фотографировала, натыкаясь на злобные взгляды, а я это делала трясущимися руками.





В центре площади под навесом, в пластмассовых креслах сидели толстые люди индонезийского происхождения. Это были судья и присяжные. Поодаль от них под палящим солнцем, расположились просто на траве четверо подсудимых и среди них женщина. Конвоиры с оружием стояли за их спинами. По периметру всего плаца патрулировала вооружённая полиция.



Мне было невыносимо жаль тех людей, ну просто до собственной боли в сердце. Да и вообще мне было их жаль до конца, пока я не перестала их видеть.
Случилась беда. Где-то на реке перевернулась большая лодка с людьми.
Погибли 60 человек, женщины, дети. Подсудимые не справились с управлением, но сами остались живы. Теперь их судили. Съехались племена со стороны потерпевших и со стороны подсудимых. И те и другие в большом горе, чем и объяснялись их угрюмые позы.
Выступал прокурор и представители от племён. Действо оказалось долгим и нудным.
Целый день люди просидели под солнцем, лишь только венки из перьев казуара защищали их лица. Жёны подсудимых с цветными сумками-сетками за спиной весь день ходили вокруг площади, ожидая решения суда.



Хотелось сделать много фото и из разных точек, но, увы, полиция зорко следила за нами, а любопытные горожане, стоящие вокруг, закрывали весь обзор.
Тут к нам подскочил бородатый папуас и стал навязчиво предлагать услуги проводника, чем немало удивил, и даже в чувство привёл. А я-то думала, не папуасское это дело! Тут мы вдруг вспомнили, что нам в полицию надо за разрешением.

следующий рассказ  -  http://www.vokrugsveta.ru/blogs/Protuberansi/