• Архив

    «   Сентябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Пустынная жизнь бедуинов. Сирия.



Середина ноября 2010 г. Я всё ещё была в Сирии. Подруга уехала, а я оставалась, дважды меняя дату вылета. Всё это время меня сопровождали многочисленные приключения и …кипели страсти.

Я в Пальмире, где в течение нескольких дней будут проходить международные верблюжьи бега на ипподроме в 25 – ти км. от города.

Рядом с ипподромом, в пустыне, находятся верблюжьи загоны, куда нас с подругой возили  наблюдать за кормлением животных. Но самая главная достопримечательность тех мест, это белоснежный дворец принца Катара, сливающийся с таким же белым, раскалённым небосводом, в зелёном саду, среди бассейнов и фонтанов.

Сегодня было открытие фестиваля – конкурса среди верблюдиц. Привезли их из Саудовской Аравии, Эмиратов, Катара и Сирии.  
Маникюр, педикюр, макияж, новая попона и т. д. Выставляли напоказ, как девушек. Я только что вернулась из Ливана, куда выезжала попить кофе и продлить визу. Говорят, было много туристов, но на смотрины не успела.
Смотрели Королеву в 6ч. утра, а потом Королева спать легла под тентом и её охраняли, что б никто не беспокоил.

Скачки начнутся через пару дней. А пока я со своим знакомым, еду в гости в бедуинскую семью, что находится в пустыне.


Старая женщина, лицо в наколках, которые ей сделали ещё в детстве, живёт с сыном и его дочерью. Жена сына умерла. Иногда их навещают внуки с родителями из дальних шатров, тогда работа спорится. Чинят тенты, завозят воду, готовят туристический шатёр для приёма иностранных гостей.

Хамуди, мой знакомый, им помогает материально, а они смотрят за его шатром. Вот и сегодня вечером здесь будут ночевать французы, я тоже останусь на ночь. Проведу ночь в пустыне.

Тётка в наколках, чтоб не видел шейх (прозвище Хамуди), выпросила у меня 200 лир, показав записку с просьбой на английском, да ладно, она всё время улыбается мне своим золотым зубом.

Вечером французы уже на месте. Один молодой человек немного говорил по-русски, а женщина по-испански, организовался собантуйчик.

Бедуинка в наколках (зовут Диляля), всех поит чаем, тихая беседа за столом. Хамуди разжигает угли в мангале, для тепла. Звонит моя Наташа, она дома в России, плачет и хочет к нам.

Уже приступила к работе, а я всё ещё счастлива. Опять яркое звёздное небо и луна, которая исчезает ближе к полуночи, а к утру вновь появляется. И так всегда. Странное явление.

Вышитые красные матрасы и подушки, тёплые пледы, уютная мягкость. Коты всю ночь жрали, хрустя, мои чипсы, шурша пакетами на весь тент, а утром знакомая француженка сказала, что нельзя так много есть чипсов.

Больше не буду.

На рассвете в Пальмире на все голоса кричали маутзины и было слышно здесь, за 5 км. от города. Воздух чист и прозрачен, восход солнца я захватила.
Пустыня просыпалась, приятная свежесть исходила от, остывшего за ночь, песка. Лучи солнца скользили по склонам гор, пробуждая их к новому дню.
url=http://www.ostashkov.ru/foto/free/62D0CDAF/][/url]

В течение дня ездили на гору Одинокого Мужчины, которая овеяна странной легендой о сыне и матери. Сын всегда сидел на вершине горы и убивал всех, кто вторгался на его территорию. Зачем он это делал - я не поняла.


Вечером мы опять в шатре ждём туристов. Здесь есть даже барная стойка и определённый запас пива. Ну а продукты, средства первой необходимости и личной гигиены, привозили из города по вечерам.

Хамуди разжигает костёр. Диляля в наколках долго сидит с нами, шевеля угли. Звёзды во всё небо!  Как хорошо быть счастливой!

Бедуинская семья незаметно «переползла» из своего шатра к нам.



Внуки Диляли кружились волчком в бликах огня. Потом она тихо запела, запел и сын, перекликаясь с ней. Все сидели кружком, а дочери и невестка стали танцеват.

Младшая дочь Диляли, девочка лет 14-ти, не сводила глаз с меня и Хамуди. Видимо что-то трогательное для неё было в наших отношениях, она заплакала и стала спрашивать меня, почему я уезжаю.

Мой друг читал стихи на арабском, я их не понимала. Диляля весь платок вымочила в слезах. А я сказала, что приеду вновь, не надо плакать. Тогда она ответила, что это дым от костра и рассказала притчу бедуинскую.

Два бедуина влюбились в девушку, она не знала, кого выбрать. Мать разожгла костёр и посадила перед ним первого. Тот быстро заплакал от дыма. Тогда посадила второго. Тот долго терпел, но тоже заплакал. Дочь сказала, что за него и выйдет, а мать ответила нет, выйдешь за того, у кого слёзы близки.

Вообще сирийцы, народ очень сентиментальный и чувственный и они этого не стесняются. Их песни с глубоко трогающими словами. Пустых песен здесь не поют.

Всё было по-настоящему, и песни и танцы. Всё происходит не просто так, а для чего-то. Видимо надо было мне решиться на многое, что бы увидеть и пережить все те события, которые пережила.

Перед отъездом в Россию я, по моей же просьбе ещё несколько дней провела в бедуинском шатре. Была объезжена пустыня в погоне за волками, были молодые соколы, с «шорами» на глазах, будущие охотники на лис. Было блуждание по пустыне в замкнутом мистическом кругу. Происходили многие странные вещи. Такое случается не часто.


Какой путешественник не мечтает о подобном?
За всё за это я благодарна моему другу Хамуди и если бы не сирийская революция, то до скончания дней моих я писала бы только сирийские опусы.

А пока мне предстояло отправиться на верблюжьи бега.