Меж двух лагун. Вулкан Азуфраль. Колумбия

На границу Колумбии с Эквадором приехала согласно своего маршрута, спланированного заранее. Я знала, что в окрестностях г. Ипиалес количество вулканов велико, практически все они действующие. А там, где вулканы, там и озёра диковинных расцветок, а ещё там растут редкие растения, о которых мечтала. Поэтому на второй день пребывания в Колумбии собралась ехать на Лагуну Верде (Зелёная Лагуна), где из разговоров с индейцами гуамбианос произрастает эспелеция. Находится та лагуна в кратере вулкана Азуфраль и я надеялась, что транспорт какой ни есть доставит меня максимально близко к самому подъёму. С этим вопросом направилась на автостанцию, что находилась прямо напротив моего отеля с громким названием Hilton.

Настроение было бодрым, а уверенности мне не занимать. Возможно есть в этом какая-то легкомысленная наивность. А что делать? Транспортники отправляли меня в разные поселения на маршрутках в поисках транспорта на лагуну, но заранее знали, что я его не найду. Такая вот у них подленькая хитрость заработать на нашем незнании. Когда я поняла, что моя вожделенная эспелеция останется не сбыточной мечтой, то прямо в публичном такси стала спрашивать у пассажиров на какой вулкан реально попасть сегодня, что бы увидеть это растение.

Одна разговорчивая дама из местных индейцев знала больше остальных и про Зелёную лагуну, и про Азуфраль и про эндемичное растение фрайлегон. На неё обрушила шквал своих вопросов. Таким образом я познакомилась с местной женщиной 35-ти лет и она вызвалась пойти со мной в горы за 10 000 песо. ($3.5) Я была рада, совсем не думая о высотах, а попутно согласна была смотреть вулканы с лагунами.Только после возвращения домой узнала, что находится то место на высоте 5 070 метров.

Мою новую подругу звали Милена и жила она в одной из деревень возле посёлка Текуэррес. Посмотрев на мой костюм она заявила, что в таком виде я не могу идти в горы, мне нужна тёплая одежда. Теплее флисовой куртки, кожаных мокасин и солнечной шляпы у меня ничего не было. Ах да! С собой был тонкий шерстяной шарф на случай авантюрной ситуации. Похоже она назревала.

Не долго думая поехали в деревню к Милене, где её родственники укутали меня в тёплые индейские пончо, напоили кофе и угостили большой горячей картофелиной в мундире. Я стала её чистить, а Милена съела с кожурой, заявив, что они картошечку кушают только так. Жаль, что их обувь мне не подошла. Был бы полный комплекс услуг.



Всё семейство, состоящее на тот момент только из женщин, уставилось на мои ноги, совсем не веря, что такие большие размеры бывают. Поэтому я осталась в своих черных мокасинах.



Милена договорилась с соседом о машине к началу подъёма на вулкан, назвав его красивым именем Винсент. Сразу представила себе лорда с буклями и в накрахмаленном жабо. Но появился коренастый мужчина лет 50-ти с седыми торчащими волосами и такими же растопыренными бровями. Ну и ладненько, поехали!

Подниматься мы должны были с Миленой вдвоём. На пропускном пункте находились несколько сотрудников заповедника и больше ни души. Их изумлению, что мы собрались идти одни без какой-либо группы, не было предела. С их слов, безлюдный путь на вершину вулкана составлял семь километров в сложных погодных условиях. К тому же пересечённая местность требовала отличной физической подготовки в условиях высоты. Подготовки у меня не было, не считая спортзала и беговой дорожки.



Тогда Винсент решил идти с нами, что бы тоже увидеть вулкан. Только поднявшись на высоту парамо, мне стали понятны все удивления и недоумения сотрудников заповедника. Ветер сдувал нас с тропы, ледяные облака заматывали непроглядным покрывалом, воздуха не хватало, идти было неимоверно тяжело.



Я дорожу этим походом. Такой подъём длинною в семь километров под силу только физически подготовленным людям, а проще сказать -- альпинистам. Как я это сделала? Я не знаю. Я почти умерла. Самым страшным была горная болезнь, когда ты не можешь дышать, двигаться, даже оценивать ситуацию. В эти моменты хочется просто лечь и не шевелиться. Холод, голод и жажда в такой ситуации просто ничего не значат. Они перестают быть проблемой. Проблемой становится нечто другое, непереносимо тяжёлое состояние физического тела. От недостатка кислорода кровь в жилах сгущается и замедляет свой бег. Она становится вязкой и не подвижной. Её нужно разжижать любым способом, что бы облегчить свои страдания.

Как ни странно, но через несколько дней человек привыкает к высоте и болезнь отступает. К какой высоте? К высоте в 2500 метров, или 3000 метров это возможно. Но на высоте в 5000 метров человеческий организм адаптироваться не может. Поэтому даже привычные к высоте народы Анд на таком уровне не живут. (Кстати, с возрастом горная болезнь переносится легче.)

Но именно на этой неудобной высоте находился вулкан Асуфраль.

-- каменистая кальдера



Это совершенно уникальное создание природы. В его кальдере насчитывается 12 лавовых куполов, некоторые из которых проявляют фумарольную активность. Один из куполов был уже близок. Спуск в кальдеру был крутой и долгий среди острых каменных глыб. Но уж лучше спускаться, чем подниматься! Когда расступились густые облака мы увидели долгожданный купол.





Его округлый конус пока ещё не тянется вверх. На его пике бьют горячие источники из нескольких фумарол.





Состав источников совершенно разного цвета.



Удивительно то, что по одну сторону стекают потоки жидкости почти чёрного цвета,



а по другую сторону чисто бирюзовые сернистые составы.



Они образуют лагуны. Эти две естественные лагуны имели между собой маленький пролив, но их воды не перетекают и не смешиваются.
По меркам вулканологов вулкан почти новорождённый, но уже стал знаменит своими лагунами и странным истеканием вод. К тому же берега именно бирюзовой лагуны медленно покрываются белым кальцием.



Я знаю только три места в мире, где источники с содержанием кальция выходят на поверхность и выпадает в осадок красивыми ажурными каскадами. Одним из таких мест является Памуккале в Турции, вторым Каменный водопад в Мексике, а третьим Йеллоустонский заповедник в США. Возможно на моих глазах рождалось ещё одно уникальное место с кальциевыми берегами.





Я стала тому свидетелем.

Кроме нашей промёрзшей и измученной ветрами тройки, на вулкане было несколько молодых людей из колумбийцев, которые так же страдали от горной болезни, трудной дороги и ледяного ветра.



Стоя над кратером, они пафосно клялись друг другу больше никогда сюда не возвращаться.



А я бесконечно благодарила свою судьбу, что она дала мне силы сюда подняться и увидеть ещё одно чудо нашего мира.

***
Дорога на вулкан Азуфраль меня измотала, хотя на снимках она ровная и чистая. Просто именно в таких местах я могла делать съёмку. А там, где было трудно, не подъёмно, опасно и жутко, я всего лишь могла едва двигаться, а то и совсем только ползти.
Спросите, зачем мне это? Отвечу, а что было делать?