• Архив

    «   Сентябрь 2018   »
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
              1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
                 

Берлинское детство

Недавно в издательстве Ad Marginem впервые на русском вышла тоненькая книжка под названием "Берлинское детство на рубеже веков", написанная Вальтером Беньямином. Под обложкой с детской фотографией автора собраны короткие зарисовки о Берлине начала XX века, о детстве, окончившемся в 1933 году, когда писателю пришлось эмигрировать из фашистской Германии.



Вальтер Беньямин, немецкий философ и писатель первой половины XX века, в первую очередь известен как автор серьезных работ по эстетике и истории. В рассказах сборника "Берлинское детство на рубеже веков" нет сухой теории и сложных терминов. При этом они полны стиля, культуры, истории и берегут образ берлинского модерна. "Не найти дорогу в городе - невеликая премудрость. А вот заблудиться в городе, как в лесу, - тут требуется выучка". Беньямин в этой книге как раз-таки блуждает. По Берлину своего детства.



Он пишет о пьянящем воздухе городских дворов, о золотых пушках на Колонне Победы, о садовом лабиринте Тиргартена. Портрет города сплетается со сказочными образами детских снов. Торговки на крытом рынке становятся жрицами Цереры, лоджии напоминают колыбель, азартные поиски перьев на Павлиньем острове превращаются в настоящее королевское завоевание... А сквозь канализационные решетки под землей можно увидеть мифического горбатого человечка, который крадет все, что попадется под руку. Крадет он и начало двадцатого столетия в Берлине, и саму жизнь Беньямина. "Берлинское детство" впервые напечатали после его смерти.



Конечно, если хочется гулять по Берлину со знанием дела - лучше взять с собой путеводитель "Вокруг света" или загрузить на айфон нашу берлинскую аудио-прогулку. Вы точно не заблудитесь, не пропустите ни одного памятника, музея и собора и узнаете яркие подробности городской истории и культуры. Но когда вернетесь, полные впечатлений, не забудьте открыть "Берлинское детство" Беньямина. Заодно можно сравнить образ города литературного и современного. А вообще, чтобы прочитать эту книгу, не обязательно любить Берлин. Главное - любить настоящую литературу.

Швейцария: зов джунглей

Застегнутая на все пуговицы Женева порой оказывается не так строга, как мы привыкли. Мрачные своды протестантских соборов, дипломатическое достоинство международных организаций, роскошь ювелирных бутиков - и здесь же, в самом центре неофициальной деловой столицы всей Европы - уникальная детская площадка. Ее создатель рассказал, где он вырос, что из русской литературы читал и как ему пришла в голову мысль сплести на берегу озера резиновые джунгли.

Женева открылась мне дважды, можно даже сказать трижды. Первый раз я приехала туда с родителями, когда мне было лет десять. Тогда все внимание мое заняли бурундуки на полянах Ботанического сада, крупные плоды каштана в парке Бастион, вкуснейший местный шоколад и такие продвинутые детские площадки, которых в конце девяностых в России увидеть было просто негде.

Второй раз я побывала в международной столице банкиров, дипломатов и часовщиков четыре года назад. Успела обойти Старый город, подняться на Северную башню Собора Святого Петра, подставить лицо под брызги, долетающие от знаменитого фонтана, сходить в музеи Реформации и современного искусства, отыскать на барахолке Пленпале пару безделушек и покормить лебедей на набережной. Ранним утром перед отъездом я напрасно искала мелькающих когда-то в траве бурундуков. Ботанический сад был полон тумана, оленей, загадочных цветов в душных оранжереях - но бурундуки так и остались воспоминанием.

Третий раз я "вернулась" в Женеву в прошлом году, когда работала над нашей GPS-прогулкой по Старому городу. Тогда же вспомнила интересное место, о котором в аудио-прогулке рассказать не привелось. Проходя по набережной четыре года назад, я наткнулась на детскую площадку, которая отличалась не только от российских, но и от европейских игровых зон. Совершенно случайно, я познакомилась с ее создателем, Жан Жоржем Эрнстом, который напомнил мне Хемингуэя, опытного рыбака и участника экспедиции на Южный полюс одновременно.



фото: сайт Гепард-парка

Пляж за хрестоматийным фонтаном на берегу Женевского озера – пожалуй, единственный в черте города. К тому же открыт для всех и бесплатно. Огромный платан, укрывающий тенью песчаную поляну, вдохновил Жан Жоржа на создание уникальной детской площадки, которую он назвал Чита-Бэйби-Плаг (или Гепард-парк). Сейчас над развитием детской площадки работает целая команда. Оригинальность всего этого "безобразия" - во вторичном использовании пришедших в негодность автомобильных и велосипедных шин и веревок. Конструкция напоминает резиновые джунгли, где дети могут свободно лазать по стволу и веткам, прыгать с одной лианы на другую, виснуть вниз головой и раскачиваться как настоящие приматы.  Все это развивает у детей воображение и чувство осторожности, они каждый раз заново определяют границу опасности, которую могут преодолеть во время "завоевания" ветвистого платана. Дети, по словам создателей, естественным образом осознают риск, особенно когда играют с непривычными объектами и материалами.

фото: сайт Гепард-парка

Работа Жан Жоржа над Гепард-парком началась в 2000-м, когда он собрал и обработал достаточное количество шин. Он до сих пор благодарен женевской администрации за то, что не встретил на своем пути сложностей. Ведь то, что эта детская площадка никак не впишется в принятые городские стандарты, стало ясно с самого начала. На сайте Гепард-парк, для желающих устроить подобную же зону, даются подробные инструкции. Например, подходящее дерево должно быть с горизонтальными ветвями не меньше 30 см в диаметре и должно медленно расти (платан, бук или дуб). Фруктовые деревья, липы и каштаны не подходят.



фото: сайт Гепард-парка

Жан Жорж вырос в небольшом городке под Парижем, и по его словам почти все детство провел, лазая по деревьям. Четыре года назад мой английский был еще беднее, чем у французского старика, поэтому узнала я о нем немногое. Жан Жорж рассказал, что раньше давал частные уроки произношения на разных языках. Так, например, не зная русского, он долгое время разбирал с учениками звучание русской речи на примере рассказа "Дама с собачкой".
- Я произнесу свое имя трижды, и только после этого ты попробуешь его повторить, - предложил он.
"Жан Жорж" на французский манер у меня получилось выговорить не очень-то хорошо, но и учитель мой не был так уж успешен, когда я попросила повторить "Огонь, ты слышишь, начал угасать". О Бродском Жан Жорж ничего не слышал, зато читал Пушкина и Толстого. Конечно, в переводе. Невнятно произнеся фамилию нобелевского лауреата,  старик, подтянувшись в прыжке, повис на одной из перекладин вниз головой:
- Так научила меня одна маленькая девочка... До этого я тоже не умел. Дети меня учат многому.
Потом он решил продемонстрировать другой аттракцион Гепард-парка и раскрутил меня на автомобильной шине, от неожиданности голова пошла кругом, и я с трудом вспомнила английские слова, которые дали бы понять, что стоит остановиться. Удивительно, как после этого мне удалось что-то сфотографировать.


Лэнд-арт: искусство земледелия

От рисунков пещеры Ласко до пейзажной фотографии XX века природа всегда была особым предметом изображения в искусстве. Во второй половине прошлого столетия эстетической прихотью художников разных стран стали работы не только о природе, но и в саму природу внедренные. Они отказались торговать искусством в стерильном пространстве галерей, увлеклись экологией и устроили паломничество в леса и поля, чтобы пачкаться в грязи, собирать листья, рыть траншеи, раскрашивать скалы  и лепить огромные скульптуры из земли и камней.

Andrew Rogers, Lions Paw, 2010

Понятие лэнд-арта (land art, earth art, site specific ect), зародившись в 1960-х, сейчас объединяет десятки разных направлений и сотни художников по всему миру - нетрудно закопаться. Работы нескольких художников, о которых речь пойдет ниже, могут стать хорошим полем для размышлений.


«Природа не развивается по прямой,
ее путь – это путь расползания, которому нет конца»

Загадочный волнорез, спиралью уходящий в мутные воды Большого Соленого озера (Great Salt Lake) в штате Юта - это не следы древней цивилизации, а самый известный арт-объект американского лэнд-артиста Роберта Смитсона (Robert Smithson). Спиральный молл (Spiral Jetty, 1970) длиной в четыреста пятьдесят метров выстроен из грязи, земли, воды, кристаллов соли и обломков базальта. Природа сама раскрасила дамбу в голубые и розовые цвета (голубые - соли меди, выпавшие в осадок на камни, розовые - микроорганизмы).


Robert Smithson, Spiral Jetty, 1970

Сегодня могучая каменная плотина почти не видна - поднялся уровень воды. Произведение знакомо зрителям, в основном, по фотографиям и по фильму, съемку которого Смитсон организовал в процессе работы. Доехать, в принципе, туда можно. Но, говорят, впечатление испортится - на уровне человеческих глаз дамба для многих не представляет интереса. Другое дело - фотографии с вертолета.


Robert Smithson working on the Spiral Jetty
Официальный сайт Роберта Смитсона

Молниеносный театр
Вообще, когда речь идет о лэнд-арте, фотографии и видео-записи часто становятся единственным способом увидеть объект, ведь художники намеренно ищут труднодоступные и удаленные места для создания своего произведения. Уолтер де Мария (Walter De Maria), например, выбрал участок в мексиканской пустыне, над которым часто гремят грозы, и установил 400 шестов из нержавеющей стали, примерно шесть метров высотой каждый. Во время грозы молнии непрерывно удаляют в сверкающие шесты, получается своеобразный метеотеатр.


Walter De Maria, The Lightning Field, 1977
Уолтер де Мария на сайте Лэнд-арт-плюс


«Искусство способно найти свое воплощение и в камне, и в шаге»
Первая работа художника Ричарда Лонга (Richard Long), реализованная в 1967 году, представляла собой вытоптанную в поле линию. Бесполезный, по сути, отрезок возможной тропы стал художественной работой.
У прогулки, в общем-то, долгая история - паломники, странствующие поэты Японии, английские романтики... Но только в конце XX века топтание на месте, хождение по кругу и бесцельное странствие по полям стало искусством. Карта с маршрутами путешествий, поэтические тексты или фотографии - вот единственные свидетельства экспериментов Ричарда Лонга. Сами прогулки ради искусства, призрачные опыты ходьбы остаются за кадром.


Richard Long, Dusty Boots Line, 1988
Официальный сайт Ричарда Лонга


Мастера упаковки
Американские художники Христо и Жан-Клод (Christo and Jeanne-Claude) считаются мастерами техники «эмбаллажа». На деле это загадочное французское слово значит, что супруги уже более 50 лет… упаковывают. От маленьких банок, стульев и мопедов они постепенно перешли к упаковке целых зданий и даже островов.


Wrapped Reichstag, Berlin, 1971-95


Surrounded Islands, Biscayne Bay, Greater Miami, Florida, 1980-83

По эскизам Христо были временно замаскированы Музей современного искусства в Чикаго (1969), целый отрезок морского берега близ Сиднея (1969), Новый мост в Париже (1985) и берлинский Рейхстаг (1995). Отзывы о работах супругов по всему миру неоднозначны, вызывают споры. Но даже если не знать эстетических доводов сторон, эти произведения  - как минимум неожиданный способ изменить до неузнаваемости привычные городские и природные виды.


Christo directing work at Wrapped Coast 1969
Официальный сайт Христо и Жан-Клод


Ювелир природы
По сравнению с Христо и Жан-Клод, британский лэнд-артист Энди Голдсуорси (Andy Goldsworthy) – настоящий ювелир. Как внимательный коллекционер выходит он на безопасную охоту за природой – собирает ветки, льдинки, камни. Собирает листья явора, платана, каштана, сминает, скручивает, скрепляет шипами, складывает внахлест, составляя узоры и геометричные картины. А постоянство своим работам придает с помощью фотографии.


Red cherry leaf patch, Cumbria, 1984


Goose feathers, Cumbria, 1983


Hole, Clapham Scar, Yorkshire, 1980
Электронный каталог работ Энди Голдсуорси

Русскоязычный сайт о лэнд-арте
Фото:

Арт-резиденция Паркеров в Никола-Ленивце

Последние три уикенда я провела на "благословенной калужской земле" (такая вот растяжка над трассой при въезде в область). С 20 августа по 8 сентября в деревне Никола-Ленивец проходила творческая резиденция Уильяма Паркера и Патрисии Николсон-Паркер. Русские музыканты, певцы, танцоры и дизайнеры под руководством известных американских супругов – джазиста и хореографа – в свободном режиме репетиций искали форму представления, которое, в конце концов, стало перфомансом, экспериментальным концертом и танцевальной импровизацией одновременно. Около двух часов среди берез и сосен калужского леса вживую звучала сочная партитура Уильяма Паркера, на сцене разворачивалась танцевальная история его супруги и русских танцоров, а между первой и второй частью на экране показали снятое с Патрисией видео. "Городским" вариантом стало выступление 11 сентября в ТЦ "На Страстном".

Шестой год подряд художник Николай Полисский проводит в Никола-Ленивце фестиваль Архстояние, который собирает тысячи людей, уезжающих за 300 км от Москвы, чтобы увидеть искусство среди заповедных лесов. И вообще, планы у организаторов на эти места - долгие и серьезные. Национальный парк на берегу реки Угры понемногу превращается в область гуманитарных экспериментов. В ближайшие годы там появятся зимние дома, новый кэмпинг, пространства для образовательных и художественных программ. Сейчас, как минимум, на выходные можно приехать отдохнуть.

В общем-то, творчество там рождается само. Когда над "Вселенским разумом" Полисского выползает горчичная луна, трава вокруг Ротонды Бродского становится влажной от росы и туман застилает ромашковое поле, цели искусства, новые художественные проекты - первое, о чем тянет поговорить. Русский это язык или английский - у всех появляется какой-то общий поэтический акцент. В городе, возможно, это звучало бы чересчур лирично, а там - в меру.

Разумеется, столичная культура не децентрализуется и не размажется по областям. Это и хорошо. Если уезжать из Москвы слишком часто, это превратится в очередной отформатированный культурный шоппинг.


Уильям Паркер


Патрисия Николсон


на репетиции



на репетиции


кадр из видео, режиссер Патрисия Николсон, арт-объект Николая Полисского "Вселенский разум"


кадр из видео, режиссер Патрисия Николсон, арт-объект Николая Полисского "Границы империи"